Звездный лис - Пол Андерсон

— Конечно, планету. Если мы дома сообщим, что здесь высокоцивилизованные туземцы. Земля утратит интерес к Троэсу и рорванцы смогут колонизировать планету. Вот тогда планета уже действительно будет принадлежать им, и мы не сможем ее отобрать.

Гуммус-луджиль встал. Пицо его было угрюмо. За несколько минут изменился его взгляд на многое.

— Отлично сделано, Джон! Черт меня побери, если вы не правы. Но… Вы думаете, они хотят убить нас?

— Нет. Помните, они спасли Джоаба и Фридриха, когда легко могли бы оставить их умирать. Думаю, они не убьют нас, если только не заподозрят, что мы знаем правду. Наш отрицательный доклад дома ценнее, чем наше исчезновение.

— Что ж, — Гуммус-луджиль улыбнулся, белые зубы осветили его широкое, смуглое лицо, — тогда все просто. Мы играем с ними, пока не вернемся в лагерь, а потом говорим…

— Это не так просто, Кемаль! Эвери в сговоре с ними!

Глава шестнадцатая

На этот раз инженер ничего не сказал, но рука его сама потянулась к висевшему на поясе пистолету.

— Эвери… старина Эвери… — сказал Лоренцен, чувствуя, что внутри нарастает истерический смех. — Он подделывал лингвистические сведения. Он давал большинство ответов на наши вопросы. Он учил рорванцев и засиживался допоздна, говоря с ними… — Лоренцен кратко пересказал подслушанный разговор.

— Вы считаете, что исчезновение «Да Гама» связано с ними? — хрипло спросил Гуммус-луджиль.

— Все совпадает, не правда ли? Первая экспедиция исчезла. Вторая встретила при подготовке множество помех, вплоть до внезапной смены всего руководства института. Правительство помогло набрать добровольцев для экспедиции, и у нас получился самый плохо подобранный, конфликтующий, недееспособный экипаж, какой поднимал когда-либо корабль в космос. Наш Эвери с самого начала был психологом экспедиции, но не делал ничего, чтобы уладить эти конфликты. Эвери занимает официальный пост, он один из советников, на которых все больше и больше опирается парламент… И когда мы, несмотря ни на что, все-таки прилетели, появились рорванцы. А если мы захотим полететь домой с положительным сообщением… Что ж, «Да Гама» уже исчез.

Пот блестел у них на лицах. Они стояли друг против друга, тяжело дышали, и Лоренцен вновь начал дрожать.

— Но правительство… — почти простонал Гуммус-луджиль.

— Не официальное правительство. Парламент действует в чашке с золотыми рыбками. Психократы, советчики, незримая власть. Они повсюду имеют своих людей. Одного патрульного корабля, укомплектованного их людьми, вполне достаточно, чтобы позаботиться о «Да Гама». Да и о нас тоже…

— Но почему? Во имя Господа, почему?

— Не знаю. Может, никогда и не узнаю. Но представьте более старую цивилизацию, чем наша. Может, рорванцы и есть подлинные хозяева Галактики, может, психократы на Земле лишь их орудие, а может, и те и другие — игрушки в руках обитателей какой-нибудь иной планеты. Они не хотят, чтобы люди вышли в межзвездное пространство.

Вновь наступило молчание. Они думали о миллиардах солнц и о великой холодной тьме между ними.

— Ладно, — задумчиво сказал наконец Гуммус-луджиль. — Но что же нам делать теперь?

— Не знаю, — с отчаянием отозвался Лоренцен.

— И может, стоит подождать, выиграть время, пока сможем поговорить с капитаном Гамильтоном один на один. Но, с другой стороны, нам могут и не дать такой возможности.

— Да, может случиться все что угодно. Если кто-то или что-то узнает, что нам известно… Или, возможно, рорванцы решат не рисковать, не оставлять все на потом и уничтожат нас и лагерь, пока Гамильтон ничего не подозревает. — Гуммус-луджиль взглянул на передатчик, стоявший в углу. — Сомневаюсь, чтобы можно было вести передачу отсюда. Б стенах слишком много металла. Он будет экранировать. Нужно выйти наружу.

— Хорошо. — Лоренцен встал и взял ружье. — Сейчас такое же подходящее время, как и всякое другое.

В лагере были установлены робомониторы, которые автоматически записывали все сообщения их передатчика и в случае необходимости поднимали тревогу.

Астроном снова выглянул в главный коридор. Ничто не двигалось, тишина, гробовое молчание, лишь гулкий стук сердца. Лоренцен задал себе вопрос, сумеют ли они выбраться из пещеры и вернуться незамеченными. Если даже и нет, все равно следовало рискнуть. Пот заливал лицо, Лоренцен не мог унять нервную дрожь, но работу все равно нужно было сделать. С этим связано нечто большее, чем просто овладение Троэсом. Солнечная система, все человечество должно знать, кто здесь подлинный хозяин, иначе никогда в оставшиеся дни Лоренцен не будет знать мира.

Гуммус-луджиль надел на плечо лямку приемопередатчика и встал, хмурясь. В одной руке у него было ружье, за поясом нож. Приготовления закончились, пора выходить.

Они вышли в коридор. Глаза задержались на пологе, закрывавшем вход в соседнее помещение. Там был Эвери. Хорошо бы застать Торнтона и фон Остена одних, но они не могли рисковать разбудить человека или существо, называвшее себя Эдвардом Эвери.

Мимо длинного ряда дверей — шаги, казалось, грохотали на весь поселок — они шли из центрального помещения к выходу в безмолвной пустоте туннеля.

Из бокового прохода внезапно вышел рорванец. Он держал мушкет и преграждал им дорогу. Желтые глаза сверкали внезапной тревогой.

— Куда вы идете? — спросил он.

Лоренцен вовремя удержался от ответа: предполагалось, что он не знает языка. Он улыбнулся, развел руками и подошел поближе. Ружье рорванца задрожало. Если бы они были неожиданными гостями… Наконец рорванец принял решение и оттолкнул их назад.

— Конечно, — горько прошептал Гуммус-луджиль, — а завтра скажут, что это для нашего же блага, потому что тут много опасных хищников. Подойдите к нему, Джон. Не угрожайте, а попытайтесь спорить…

Лоренцен кивнул. Он приближался, пока мушкет не уперся ему в живот.

— Послушай, — терпеливо сказал он рорванцу, — мы всего лишь хотим прогуляться. Разве нельзя? Все, что нам нужно, это небольшая прогулка.

— Нет! — выкрикнул охранник и попытался оттолкнуть его.

Гуммус-луджиль оказался рядом с Лоренценом, схватил мушкет рорванца и потянул в сторону. Лоренцен тоже ухватился за мушкет, вдвоем они вырвали его у противника. Турок выбросил вперед кулак. Рорванец упал на спину. Гуммус-луджиль оседлал его и схватил за горло.

— Все в порядке, — сказал он через мгновение.

— Разорвите его одежду на полосы. Нужно связать его и заткнуть рот. Может, лучше было бы убить этого ублюдка, но…