Планетроника: популярная история электронной музыки - Ник Завриев

К тому же Kraftwerk, которые в отличие от большинства коллег по краут-рок-сцене смотрели на американскую музыку с большим интересом, использовали в треке похожие вокальные гармонии. Однако «Autobahn» был уже не совсем краут-роком, здесь Ральф Хюттер и Флориан Шнайдер уже сделали несколько уверенных шагов в сторону электронной поп-музыки.

Другими важными проводниками краут-рока к массовой аудитории стали Брайан Ино и, что удивительно, Дэвид Боуи. Его «Берлинская трилогия» (альбомы «Low», «Heroes» и «Lodger») была во многом вдохновлена именно записями краут-рок-музыкантов – Tangerine Dream, Neu! Kraftwerk и Harmonia. По слухам, Боуи даже предлагал Kraftwerk стать продюсерами этих пластинок, но те отказались, и выбор в результате пал на Брайана Ино. Оказавшись в Германии, Ино не только подружился с краут-рок-тусовкой, но и начал с ними сотрудничать в музыкальном плане, в частности, записал совместную пластинку с группой Cluster. Причем несмотря на схожесть музыкальных взглядов, их подходы к жизни все же сильно отличались. «Брайан все время пытался объяснить нам, как на музыке зарабатывать, – вспоминал участник Cluster Ханс-Йоахим Роделиус, – а мы смотрели на него с недоумением и объясняли, что занимаемся совсем не этим».

Тут нужно вспомнить еще одного важного персонажа: это продюсер Конрад (или Конни) Планк, который связывает краут-роковую сцену с электропопом и новой волной, о которых мы говорили в главе про Шеффилд. С одной стороны, Планк был «первым продюсером краут-рока» и работал с такими группами, как Can, Cluster, Kraftwerk и так далее. С другой стороны, уже в 1980-е Планк стал модным и востребованным саундпродюсером далеко за пределами Германии: он сотрудничал не только с Ниной Хаген или Einstrurzende Neubauten, но и с такими коллективами, как DAF, Ultravox, Echo The Bunnymen, с итальянской певицей Джанной Наннини и даже приложил руку к дебютному альбому Eurythmics. О работе с Kraftwerk он, кстати говоря, отзывался с горечью: на раннем этапе Планк группе очень помогал и был фактически соавтором их первых пластинок, в ответ на что Kraftwerk в какой-то момент выписали ему чек и попросили больше в их студии не появляться.

«У Планка была одна удивительная способность, – поясняет Лев Ганкин. – Он умел заставить в том числе и электронные барабаны звучать достаточно живо. Я не знаю, как он это делал, как расставлял микрофоны и как потом редактировал записанную партию ритм-трека, но получалось у него всегда очень круто, и за это мы его и ценим, в числе прочего. Вообще, Планк и Дитер Диркс, у которого была своя студия, на которой записывалось большое количество краут-роковых пластинок, это два главных «технаря», которые своими студийными изобретениями определили звучание сцены».

Однако к концу 1970-х пик краут-рока проходит (популяризация жанра стала одновременно и началом его заката), и он как бы уходит в тень. Несмотря на то что краут-рок как бы противопоставлял себя англо-американскому классик-року, его представителей в какой-то момент постигла похожая судьба. С одной стороны, у музыкантов элементарно исчерпался ресурс – невозможно находиться на пике, в авангарде мировой музыки в течение десяти лет и более. Во-вторых, панк-революция, добравшаяся в том числе до Германии, просто сметает с музыкальной шахматной доски все расставленные там фигуры.

«В этот момент некоторые музыканты решили просто затаиться, – продолжает Лев Ганкин, – и подождать, пока вернется интерес к музыке, которая им ближе (что в итоге и произошло). А многие просто ушли в андеграунд. Например, Мани Ноймайер и Ули Трепте из группы Guru Guru продолжали в рамках разных проектов записывать очень классную музыку – и в составе Guru Guru, и в сайд-проектах Spacebox или L.S. Bearforce. Но это уже вещи, в курсе которых только знатоки, поскольку пластинки издавались небольшими тиражами. Артисты поняли, что музу свою они предавать не хотят, им до сих пор в кайф и до сих пор интересно делать примерно то, чем они занимались последние 10 лет, поэтому почему бы этого не делать и дальше, но на немного более низком уровне медийной поддержки.

С музыкантами Can история немного другая. Ирмин Шмидт стал успешным соло-композитором, он стал записывать и выпускать музыку к фильмам, частично наследующую его краут-роковым экспериментам. Хольгер Шукай всегда интересовался технологией, на последних альбомах Can, в записи которых он участвовал, он уже не басист, а специалист по радиоволнам, телефонам, сэмплам и прочему, и на своих сольных альбомах, и в каких-то других проектах он продолжал копаться в возможностях этой эстетики».

В 1980-е и 1990-е Хольгер Шукай немало сделал уже не для краут-рока, а для, скажем так, электроники широкого профиля. Он сотрудничал и с Брайаном Ино, и с бас-гитаристом Public Image Limited Джа Вобблом, и с участником техно-проекта Air Liquide Ирмином Кохом (Dr Walker), и даже записывал ремиксы. А его совместные пластинки с Дэвидом Сильвианом из группы Japan конца 1980-х – это яркий и довольно редкий пример раннего (то есть появившегося до подъема чиллаутной музыки) эмбиента.

Музыкальным явлением, которое во многом (хотя и далеко не во всем) наследовало краут-року, стала так называемая Neue Deutsche Welle, «новая немецкая волна». Самые «попсовые» представители этого течения (например, певица Nena и ее хит про 99 воздушных шариков или группа Trio с песней «Da Da Da») в начале 1980-х добились прямо-таки массовой популярности. Но поляна эта была очень разнообразной, и экспериментальных пластинок, продолжающих многие идеи краут-рока, в NDW-пространстве вышло немало. Тут можно вспомнить группы Der Plan и Din A Testbild, чье звучание строилось во многом именно на краут-роковых принципах.

NDW-сцена станет заодно и мостиком между краут-роком и электроникой уже современной, клубной. Одной из первых здесь приходит в голову группа Grauzone, которая играла музыку на стыке краут-рока и NDW. Коллектив, что интересно, был даже не немецким, а швейцарским, а одним из его участников был Марко Репетто, который в 1990-е примет активное участие уже в клубном электронном движении, – в его обширной дискографии будет самая разная музыка, от IDM и эмбиента до техно и транса.

Еще одним важнейшим составом на экспериментальном фланге NDW станет группа Palais Schaumburg. Интересны они еще и тем, что станут своего рода инкубатором для немецкой экспериментальной электроники. Через состав Palais Schaumburg пройдут и Мориц Фон Освальд (будущий изобретатель даб-техно и основатель лейблов Basic Channel и Chain Reaction), и Томас Фельман (которого позже мы узнаем и как успешного соло-артиста, и как участника группы The Orb), и FM Einheit, который и в Einsturzende Neubauten поиграет, и сольные пластинки будет записывать весьма интересные. Нетрудно увидеть и связь краут-рока и Neue Deutsche Welle с только-только зарождавшейся в тот момент индастриал-сценой. Радикальными идеями краут-рока вдохновлены и первые записи тех же Einsturzende Neubauten, и дебютный альбом Die Krupps «Stahlwerksynfonie» («Симфония сталелитейного завода»).

Краут-роковые семена проросли и в благодатной британской почве. «В Англии влияние краут-рока и знание о краут-роке никогда не исчезали полностью, – замечает Лев Ганкин. – Во многих поколениях находились музыканты, так или