Опасное наваждение - Натали Питерс

– Я не боюсь его, – прорычал Сет.

– А следовало бы. Я видела, каким он бывает в бешенстве. Он наверняка убьет тебя.

Я встала и глубоко вздохнула.

– А может, ты убьешь его, – небрежным тоном сказала я, – и это разобьет сердце твоей матери. И Габриэль, которая была слишком мала, чтобы понять, что случилось в тот первый раз. Ее сердце тоже будет разбито. Позор ляжет на всю семью. Но ведь это судьба, не так ли? Судьба послала меня сюда, чтобы погубить всех Мак-Клелландов! – Я откинула голову и рассмеялась. – Насмешница-судьба! Юпитер отдал прекрасную Венеру уродливому, жестокому Вулкану. Но она любила прекрасного Аполлона. И на небесах разразилась война!

Смеясь и плача, я опустилась на подушку возле его ног. Он схватил меня за плечи и с силой встряхнул.

– Прекрати! – рявкнул он.

Я умоляюще посмотрела на него. По моим щекам текли слезы.

– Не говори им, – попросила я. – Пожалуйста, Сет. Ты можешь загладить все обиды, которые уже причинил мне. Обещай, обещай мне…

– Ты, истеричка…

– Пожалуйста, Сет, – прошептала я и, подавшись вперед, положила руки ему на грудь. Потом коснулась приоткрытыми губами его щеки. – Пожалуйста! – Я покрывала его лицо легкими поцелуями, пока он не задрожал. – У тебя нет выбора… и у меня тоже, – пробормотала я. – Ты сделаешь это для меня… я знаю, ты сделаешь это. Ты позволишь мне стать счастливой, Сет. – Я положила руку спереди ему на брюки. Сет был возбужден. – Обещай мне… обещай…

Халат соскользнул с моих плеч и повис на руках. Я взяла его ладони и прижала их к своей груди.

– Я не… – попытался сказать Сет, но мой нежный поцелуй помешал ему закончить фразу.

– Ты сделаешь это, – с жаром сказала я. – Скажи «да», Сет. Только одно слово: «да». И больше ничего. Да. Да.

Сердце его бешено колотилось, дыхание стало частым и шумным. Я сбросила висевший на руках халат и осторожно увлекла Сета вниз. На себя. Он зарылся лицом в мои волосы.

– Да, скажи «да», – уговаривала я. – Обещай мне, Сет. – Я медленно извивалась под ним. – Обещай… да…

– Черт тебя возьми…

– Да, Сет… о, Сет… уже… сейчас… да…

Он вошел в меня, резко и безжалостно. Я была его заклятым врагом.

Глава 15

КОНЕЦ НАШИМ НАДЕЖДАМ

Сет ушел от меня на следующее утро около девяти. Я пыталась уговорить его выйти через черный ход, но он грязно выругался и, нагло посвистывая и помахивая тростью, вышел через парадную дверь. Он был действительно невыносим. Но я победила. Он ничего не расскажет, я была уверена в этом.

Этот рождественский день я провела с семьей Мак-Клелландов и, конечно, вечером была у них на балу. Я боялась, что Сет испортит мою радость какой-нибудь двусмысленной шуткой или намеком, но он был холоден и держался вежливо-безразлично, так что даже Стивен не мог к нему придраться.

Я только раз видела его днем. Мы со Стивеном играли с детьми на полу в детской. Помнится, я предсказывала Мери судьбу.

– Эта линия говорит, что ты очень красива, Мери. Линия справа означает, что ты будешь счастлива в любви. А какая длинная линия сердца! Длиннее, чем у твоего папы!

Стивен рассмеялся. Мальчики потребовали, чтобы я погадала им тоже. Мы болтали и веселились, когда я случайно подняла голову и увидела, что в дверях стоит Сет и с неприкрытым отвращением смотрит на нас. Он тихо отошел раньше, чем кто-либо заметил его.

Позже, вечером, на балу, он танцевал со мной вальс.

– Ты была бы отличной парой Аполлону, – заметил он, кружась со мной по залу.

Я слегка вспыхнула.

– Пожалуйста, не говори гадостей. Ты весь день так хорошо вел себя. Не испорть все напоследок.

– Ты понимаешь, что мы не сможем до бесконечности скрывать наши отношения? – тихо спросил он.

– Сможем! – возразила я. – Нужно только быть внимательными. Послушай, Стивен сказал мне, что если ты… то есть мой муж… не появится в течение семи лет, я могу официально объявить его умершим. Прошло уже три года. Стивен сказал, что мы прибегнем к этому способу, если возникнут трудности с разводом или признанием брака недействительным…

– Я думал, ты не хочешь говорить со мной об этом.

– Я только хотела сказать, что пока все идет хорошо. Через некоторое время я перестану считаться твоей женой, понимаешь? И тебе не придется ничего делать, просто сидеть и ждать. О! Перестань, ты прижимаешь меня слишком сильно. Почему бы тебе не уехать, Сет? Возвращайся туда, куда ты обычно исчезаешь.

Он разозлился:

– Ты не забыла, что это мой дом? Я хотел провести Рождество в лоне любимой семьи. Я думаю, это вполне нормально, поскольку я уже достаточно времени провел в твоем прекрасном лоне.

– Ты самый худший из дьяволов, которых мне доводилось встречать в жизни, – прошипела я.

– А ты самый прелестный из них. И самый страстный. Согласись, мы словно созданы друг для друга.

– Нет!

Я была рада, что музыка наконец стихла и к нам подошел Стивен. Сет сразу удалился.

– Не позволяй ему надоедать тебе.

– Это была моя вина, – улыбнулась я. – Он сказал какую-то пошлость про оперных певцов, и я не сдержалась. Твой брат любит дразнить… – Оркестр заиграл польку. – Идем танцевать, милый. Ты так хорошо танцуешь…

– Лучше, чем Сет? – усмехнулся Стивен.

– Гораздо лучше, – заверила я его. На самом деле они были одинаково хороши: сильные, грациозные, уверенные в себе танцоры. К счастью, они сильно отличались друг от друга во всем остальном, и это облегчало мой выбор. Потом воспоминания вернули меня к предыдущей ночи с Сетом, я вспомнила, с каким диким голодом он набросился на меня, и покраснела. Я боялась, что вчерашняя ночь – это только начало.

– Ты вся горишь, дорогая, – сказал Стивен. – Может, сядем?

– Нет, нет, все в порядке, – возразила я. – Просто здесь немного жарко.

– На нас смотрит Сет. Я уверен, он мне завидует. Что за негодяй! Прошлой ночью он ушел из дома и вернулся только утром. Мне противно думать о том, куда он ходил.

– Мне тоже, – тихо ответила я.

Следующая неделя была заполнена бесконечной суетой. Мы с Давидом поссорились из-за последних изменений в программе, и кончилось тем, что он вырвал ее у меня из рук и сам отнес в типографию. Я подгоняла портниху, занималась рекламой и продажей билетов и в последний момент забыла об обещании, которое дала Стивену: не совершать экстравагантных поступков. Чтобы Французская опера ломилась от народа, я прибегла к испытанному приему – в полдень, в пятницу, за день до концерта, проехала по Бурбон-стрит на белой лошади. Вокруг меня сразу собралась большая толпа, а несколько восторженных юношей засыпали меня цветами. Я улыбалась и махала рукой, и тут откуда ни возьмись появился Сет. Он гарцевал на великолепном черном скакуне.