Студент поневоле - Елена Товбаз

Чародей улыбнулся.

— Мне удалось выделить лечебную культуру, и теперь её можно выращивать. Она быстро размножается, и скоро у нас будет столько сыворотки, сколько потребуется.

Хм, что же это за бактерия злобная, способная убить драконий вирус, обитает во мне?.. Надо будет сдать анализы, если… когда вернусь домой… Домой… Мне стало грустно. Я едва не забыл, что у меня где-то есть дом. Мама, папа, сестрёнка, брат, дед… Я киснул весь день, и даже улыбка Астры не смогла меня развеселить.

В следующий раз, когда мы собрались уходить, чародей снова убедил нас остаться.

— Опять в ущелье? Рана Дэва намного серьёзней, чем я думал. С трудом предотвратил заражение. Ему бы поправиться… Останьтесь до весны.

— А ледник? — возразил Дэв. — Я должен проводить их, отец.

— Куда ты обещал их отвести?

— К горам Кристаллам.

— Туда пешком не меньше месяца добираться, а Зирберо с товарищами донесёт вас за несколько часов.

Дракон подтвердил:

— Мы — ледяные драконы — умеем благодарить, а сёдла найдутся. Если вы никому не скажете.

Но я придумал кое-что полегче.

— Норд, как насчёт превращений?

— Вполне, — ответил тот.

— Зирберо справится один.

— Интересные новости! — возмутился Линк и язвительно добавил:

— Не то, чтобы я горел желанием провести пару часов в виде хрусталика, дамской заколки или пуговицы от штанов… Но не проще ли было сделать это ещё в Фегле и послать во льды Кееса? Как самого ушлого.

Ишь, разнылся. Я целые сутки был девчонкой и ничего. Справился. А тут, лежи себе в рюкзаке и ничего не делай…

— Ты прекрасно знаешь, — остудил его Норд, — что в таком случае мне пришлось бы превращать вас каждые два-три дня, а более трёх превращений за раз вредно для человеческого организма. А тебя, дружище, пришлось бы превращать каждый день. Длительность превращений зависит и от массы тела. Наукой доказано.

— А как же студенты-зверушки? — подозрительно спросил я.

— Сравнил! Превращателю можно. И будущим превращателям по статусу положено, а тут — Хранитель знаний, существо уязвимое…

Норд подшучивал над магистром, а я вспомнил Тима и подумал: «Какая всё-таки опасная штука — превращательская наука».

Так и решили подождать до весны, оставшись ещё на месяц во дворце чародея. Мы с Линком ежедневно просматривали карты и обсуждали дальнейший маршрут. Ледяные горы заканчивались озером большую часть года лежащим подо льдом.

— Это граница, — комментировал магистр. — Сразу за ней начинаются горы Кристаллы. Обходить долго, но мы пройдём под ними. Где-то в том районе вход в заброшенную шахту. Центральный туннель — сквозной…

Каждый находил себе занятие по душе. Верения учила язык леддинов. Дэв помогал отцу. Астра прибиралась. Я упражнялся в превращениях и слонялся по дворцу.

Обследуя как-то верхние этажи, я нашёл грустную Верению. Она сидела у окна и смотрела вдаль. «Вот ведь, и здесь вперёд меня умудрилась», — с досадой подумал я.

Стать первопроходцем не получилось. Я хотел уйти, но заметил, как девушка украдкой вытирает слёзы, и растерялся.

— Кеес, у меня день рождения, сегодня, — печально сказала она. — А мама…

После того, как она полчаса проплакала у меня на плече, я уговорил её спуститься к остальным. И там мы устроили праздник, с почти настоящим тортом из настоящего мороженного (национальная леддинская еда), феглярийскими свечками, пением и танцами. Напоследок, к восторгу Верении, чародей подарил ей от «всех нас» дракончика из синего хрусталя. Видели бы вы, как сияли её глаза.

— Спасибо… вы такие хорошие, — шептала она, прижимая его к сердцу. Тут я вспомнил, что мой подарок остался в Фегле. Так некстати…

Настал день нового похода. Собранные мы стояли на уступе перед дворцом, ждали, когда Дэв оседлает Зирберо и прощались. Неожиданно Геурз вынес мне меч, который я оставил в комнате.

— Возьми, он твой по праву.

— Не могу, меч принадлежит вашему герою.

— Ты тоже наш герой. Прежде всего — воин, сразивший чудовище и спасший целый народ от лихорадки. Ты заслужил его. Дирктарвернталь одобрил бы мой выбор — он бился за свой таадат.

— Спасибо, — я принял меч с радостью в сердце.

— Возьми и это, нашёл в сундуке, — он протянул мне плетёные ножны. — Подойдут к такому славному клинку. Надень.

Я поблагодарил и, вложив меч в ножны, спросил:

— А леддины и драконы в курсе, откуда лекарство?

— Конечно.

— Можешь оказать мне услугу?

— Сколько угодно, Кеес.

— Пожалуйста. Скажи им, что я из Фегля.

Он недоумённо смотрел на меня.

— Я понимаю — пророчество. Но пусть думают, что я родом из Фегля. Чтобы помирить вас раз и навсегда, и позволить вашим потомкам любить друг друга. Ваши народы заслуживают жить в мире, без тайной ненависти друг к другу, которая может вспыхнуть в любой момент. Феглярийцы и леддины — хорошие люди и не должны страдать из-за давней ошибки… Оступиться может каждый, особенно в молодости.

Геурз наклонил голову:

— Я исполню твою волю.

Когда он вновь посмотрел на меня, в глазах его блестели слёзы:

— Ты прав, Кеес. Пора положить конец недомолвкам, предубеждениям и предрассудкам. Легко оступиться, сложно понять, когда это делает кто-то другой. Мы все заслуживаем мира и прощения. Спасибо тебе. Ты — настоящий…

Тогда я не знал, что удостоился высшей похвалы, но навсегда запомнил слова старого чародея. Жаль, что Линк этого не слышал, занятый разговором с Дэвом.

— Сейчас в стране — ранняя весна, — говорил Линк….

Я превратил снаряжение и всех спутников по очереди, попрощался с чародеем, и мы с Дэвом уселись в двойное седло. Он настоял на том, чтобы проводить нас.

— Обещал до границы — значит, до границы.

И перечить ему было бесполезно.

Зирберо взлетел, облетел дворец, снизился над выступом, где чародей махал нам рукой, и понёсся над ущельем. Я смотрел вниз. Лёд местами потрескался, а кое-где поверхность ледника напоминала стиральную доску. Ступать по ней сейчас было бы опасно.

В конце ущелья дракон поднялся над вершинами, и ещё долго внизу топорщились снежные пики. И так, пока не достигли озера, и помчались на другую сторону. Под нами трещало, льды расползались, наталкивались, болтались в мутной воде и таяли. Или плыли дальше, а волна выталкивала их на берег, где образовалось скопление плавящихся на солнце льдин…

Дракон приземлился чуть дальше от берега. Местность резко изменилась. Снега не было, лишь бурые камни и свинцовые лужи. Пахло талой водой и каменной грязью. Перед нами выросли новые горы — высоченные гладкие, похожие на растущие из земли кристаллы.