Живущие во мраке. Хроники Перворожденных - Эль Эбергард

Их встреча произошла в Турции. То утро Ангерис запомнил навсегда, хотя старался забыть всеми силами. Голодный, со следами побоев он ждал казни через повешение, когда к нему в камеру вошел незнакомец. Он предложил ему вечную жизнь в обмен на столь же вечную и верную службу.

Озлобленный и одичавший турок решил, что над ним издеваются и накинулся на пришедшего, чтобы как-то выместить на нем все свои обиды. Каково же было его удивление, когда мужчина в белом плаще с легкостью отбросил его назад, а сам подпрыгнул, будто хищный тростниковый кот, и наступил на грудь Ангериса тяжелым сапогом, сшитым из превосходной кожи (Ангерис немало украл дорогих вещей за свою жизнь и разбирался в их стоимости). Незнакомец снова повторил свое предложение, ничуть не рассердившись, и напомнил, что уже слышны молитвенные выкрики муллы, а значит, казнь должна была вот-вот начаться.

Турок, подвывая от страха, согласился, не совсем понимая, чего от него хочет этот сильный и страшный господин. Дальше был укус, резкая боль, и Ангерис потерял сознание, не вынеся новых испытаний, погрузившись в пучину таких страшных сновидений, что можно было сойти с ума.

Как потом рассказал ему Арес, его просто выволокли на улицу и сбросили в сточную канаву за городом, решив, что его искусало какое-то неизвестное животное, отчего он и скончался, не дождавшись казни.

С тех пор турок получил не только жизнь, силу и бессмертие, но и рабский ошейник, который носил, впрочем, с непонятной гордостью. Никогда прежде не испытывавший добрых чувств, он привязался к своему Хозяину и готов был сгореть для него под солнцем, если бы тот приказал.

Сейчас Арес отдал ему обычное распоряжение – избавиться от умершей в постели девушки – ухоженной и высокооплачиваемой проститутки. Ангерис частенько приводил Хозяину таких девиц, достоверно зная его вкусы и предпочтения, не задавая лишних вопросов.

Пока турок возился с телом, Арес с удовольствием принял душ, думая о тревожащей его новости. Если та девчонка в скорости родит наследника, то ему – Аресу, можно будет распрощаться с мыслями о наследовании трона Перворожденных, что совершенно не входило в его честолюбивые планы. Отец и так предпочел оставить корону Торну, хотя именно Арес был старшим сыном. Конечно, он знал причину, по которой ему отказали в наследовании. Совет решил, что правитель Перворожденных не должен обладать низменными пороками и чернить честь королевского рода Эйнгардов.

Арес понимал, что для достижения цели ему понадобится поддержка членов Совета, а также большинства Перворожденных. Для этого еще предстояло поработать, чтобы высокий и неоспоримый авторитет братца пострадал. Как именно, Арес еще не знал. Он вынашивал планы мести со дня коронации, но ему ни разу не представилась возможность очернить брата. Торгрейн был до отвращения хорошим Королем.

Несколько раз Арес замышлял совершить государственный переворот и свергнуть Торгрейна. Он не раз представлял себе, как скованного серебряными цепями брата приводят к трону, на котором восседает он – Арес. Новоиспеченный Король непременно бы даровал милость своему ближайшему родственнику, если бы тот раскаялся и склонился перед своим повелителем. А уж если Торгрейн отказался бы, то ему пришлось бы его отправить в Изгнание, откуда нет пути назад. Еще никто из осужденных на Изгнание не возвращался живым. Было бы интересно, впрочем, испытать братца.

Арес признавал, что Торгрейн наделен недюжинной силой воли, кроме огромной физической силы, что делала его практически непобедимым. Почему-то старший Эйнгард был уверен, что отправь он младшего на подобное испытание, тот приложил бы все усилия и, кто знает, еще бы вернулся обратно требовать корону назад.

Плохо было то, что на стороне Торна было большинство. Ареса не уважали так, как брата. И все потому, что тот был излишне честен, прямолинеен и справедлив. Но сейчас Торгрейн собирался сделать нечто, выходящее за рамки дозволенного. Связать себя с человеком! Допустимо ли подобное?! Вызовет ли резонанс этот нелепый брак в среде Перворожденных, определится в ближайшее время. Но пропускать столь интригующее мероприятие Арес позволить себе не мог. Любопытство, замешанное на ненависти, подогревало его интерес.

Криво ухмыляясь, он подошел к шкафу и отодвинул зеркальную скользящую дверцу.

– У нас праздник – произнес он, обращаясь сам к себе, и снимая с вешалки упакованный в полиэтиленовый чехол смокинг. – Так постараемся же выглядеть безупречно.

И он хищно оскалился своему отражению.

Юго-Западное побережье Великобритании. Корнуолл. Поместье Штормхолл

Валерия мерила большими шагами спальню, нервно ломая руки, и бросая панические взгляды на пурпурно-алое платье, сшитое для нее. В иное время она бы восхитилась безупречному мастерству портнихи, сотворившей это парчовое чудо с длинным шлейфом. Но теперь его бордовые переливы напоминали ей тонкие струйки крови.

Она плохо спала ночью, прислушиваясь к шорохам и далеким голосам, доносившимся из коридора или через распахнутое окно. Валерия опасалась, что с ней могут сделать что-то под покровом ночи, отчего вся издергалась и не могла успокоиться, чтобы отдохнуть, а потому пришедший под утро сон был нервным и кошмарным. Она проснулась в холодном поту в предрассветное время и с тех пор уже не смогла сомкнуть глаз, хотя ее так и клонило прилечь на большую и удобную кровать.

С самого утра зарядил мелкий дождик, упрямо барабаня по крыше, заливая террасу с цветами и образуя лужицы воды на подоконнике. Свежий влажный воздух несколько приободрил ее и голова стала думать яснее.

Ее готовят к браку с предводителем этих… этих… не то фанатиков, не то идолопоклонников, а она совершенно беспомощна и позволяет им бесцеремонно вмешиваться в свою жизнь.

В дверь постучали. Это Игриэль пришла сообщить ей, что брачный союз будет заключен через несколько часов в узком кругу гостей, и место священника займет Уолтер Годфри, которому даны полномочия Распорядителя и Хранителя ритуалов, а заодно принесла поднос с пудингом, запеченным яблоком и румяными тостами. Валерия только сейчас поняла, как сильно проголодалась и съела все до последней крошки, под жалостливым и одобрительным взглядом горничной.

– Хотите еще? Я принесу.

Девушка дожевывала хрустящую булочку, поэтому просто кивнула. Да и с чего бы ей устраивать голодовку. Раз уж им что-то от нее нужно, нечто очень зловещее и неведомое, пусть как следует ее кормят.

Валерия предположила, что в основе брачного ритуала ее кровь сыграет некую важную роль. Старик ученый говорил, что ее ценность и значимость именно в этом. Кошмар наяву. Она вновь испытала прилив ужаса, перешедшего в злость.

«Никогда бы не подумала, что такое возможно в наше время» – с негодованием думала она.

Между тем Игриэль вернулась с подносом. Валерия решила кое о чем расспросить ее, наливая ароматный черный напиток из кофейника в чашку.

– Игриэль, ты давно здесь работаешь?

– Нет, не очень, миледи. Всего лет сорок.

Валерия поперхнулась.

– Сколько же тебе лет?

Горничная потупила взор.

– Сорок шесть, миледи.

Валерия посмотрела на ее юное лицо и упругую кожу, решив, что ослышалась или перепутала английское наименование цифр.

– Прости, как ты сказала?

– Мне – сорок шесть – улыбаясь, повторила Игриэль и на ее щеках заиграли ямочки.

– Но… Но ты удивительно, нет – необычайно молодо выглядишь!

И у Валерии мгновенно возник ассоциативный образ булгаковской Маргариты, щедро умастившей тело колдовским кремом.

– Дело в морском воздухе?

Последовавший ответ и вовсе сбил ее с толка.

– Миледи, все потому, что я из Призванных. Это произошло, когда мне исполнилось шестнадцать. С тех пор я старею в десятки раз медленнее, чем обычные люди.

– Постой-ка…

Валерия облокотилась на спинку дивана, а потом и совсем сползла на сам диван.

– Здесь, правда, ставят научные эксперименты на людях? Вот почему все возятся со мной и несут чепуху про пятую группу крови.

– Нет, нет! Вы уникальны, миледи. Я мало что знаю, но для Вас окружающий мир полностью изменится, как только проведут церемонию Призывания. Традиции очень сильны в здешних местах. Вы не разочаруетесь.

– Я тоже стану… Призванной? Как это происходит?

– Простите, я и так многое Вам рассказала. До вечера Вы ничего не должны знать. Мне нужно покинуть Вас – извиняющимся тоном сказала Игриэль.

Валерия вздохнула, но позволила девушке уйти. Решив отвлечься от тягостных мыслей, она решила взять какую-нибудь книгу в библиотеке. Девушка долго бродила вдоль книжных полок, пребывая в растерянности, так как выбор оказался весьма велик. Наконец, она остановилась на одном экземпляре, удобно устроилась в широком кресле с горой подушечек и погрузилась в чтение.