Лили. Дело 2. Букет смерти - Анна Орлова

которым, впрочем, не суждено было исполниться. По словам Одли, его младший брат угодил в дурную компанию и в итоге попал в очень неприятную историю. Дело дошло до суда, и адвокат Далтон, желая любой ценой выгородить своего клиента (юношу из очень богатой семьи), сумел-таки свалить вину на парнишку Одли. Якобы адвокат даже откровенным подкупом свидетелей не брезговал! В результате младший Одли отправился в тюрьму, а Далтон получил весьма щедрый гонорар.

Разумеется, официант при виде негодяя, сломавшего жизнь его брату, весь вскипел… но деваться было некуда.

Он как раз подал аперитивы, когда посыльный принес букет. Посыльный был незнакомый, да мало ли в городе посыльных? Поставив цветы в вазу, официант отнес их к столу, за которым сидел Далтон с друзьями. Никаких визиток он, Одли, не заметил и при нем ничего такого из букета не вынимали. Далтон, кажется, удивился – причем удивился неприятно. Не понравились ему эти лилии, он даже хотел их отослать.

– Так почему же не отослал? – простодушно удивилась я. – Он ведь хозяин торжества.

– Дама не позволила, – объяснил официант охотно (он на все мои вопросы отвечал с готовностью). – Некрасивая такая, очень властная. То есть она не запретила, конечно – стал бы он слушать! – а спросила, ехидно так, мол, чем ему помешают цветы? Окна открыты, все за столом здоровы. Нехорошо так сказала, как будто… ну, с намеком.

Мы с Рэддоком переглянулись. Он встрепенулся и, кажется, с трудом усидел на месте.

– Странная ремарка, не находите, мисс Корбетт?

Я согласно кивнула и проговорила медленно:

– Любопытно. А Далтон что?

– Да ничего, – Одли нервно пригладил ладонью короткие черные вихры. – Стушевался, кивнул мне и встал. Вроде как, простите, приспичило ему… извините…

– А кто еще из них выходил? – живо заинтересовалась я. С самим Далтоном все ясно – он явно отлучался, чтобы принять лекарство, иначе убийственный для него запах лилий свалил бы его намного раньше.

Не сидели же гости весь вечер за столом, как приклеенные!

– Да все они, – махнул рукой официант. – Сначала этот… Далтон. Потом он еще с девушкой той кудрявой танцевал. О-ла-ла! – красивая девушка и танцует как ангел. И та, вторая, некрасивая, в дамскую комнату ходила. Второй мужчина, кажется, ее брат, уходил курить на террасе.

– Вместе с Далтоном?

– Нет. – официант помотал головой. – Тот не курил, хотел долго жить, ха-ха!

И руки потер эдак злорадно. Каюсь, в чем-то я его понимала. Теперь, несколько успокоившись, Одли окончательно осознал, что ему повезло лицезреть труп своего заклятого врага.

В дверь робко постучали.

– Простите, можно?

Не дожидаясь разрешения, в кабинет заглянул метрдотель. Окинул обстановку быстрым взглядом, заметно нахмурился при виде мокрого пятна на ковре… и стал чернее грозовой тучи, поглядев на официанта. Должно быть, решил, что тот отлынивает от работы.

– Мистер Одли очень нам помог, – сообщила я, поняв, что иначе беднягу ждет выволочка. – Он как раз рассказывал нам о событиях того вечера.

– О, – сник метрдотель. – Прискорбные, весьма прискорбные события. Но мы счастливы, что у нас остаются еще верные друзья! Как ваш кузен, мисс Корбетт.

– Да-да, – рассеянно отозвалась я, обдумывая все, что наговорил Одли. – Дариан упоминал, что часто у вас обедает.

Он гордо приосанился.

– И обедает, и ужинает, и пирожные наши очень любит. Постоянно заказывает!

– Дариан заказывает пирожные? – поразилась я, вынырнув из своих невеселых мыслей.

На моей памяти особого пристрастия к сладкому кузен не выказывал, даже поддразнивал Дэнни за любовь к «девчачьим» лакомствам.

– Да-да! – маленький метрдотель приосанился. – Скажу без хвастовства, месье Корбетт очень ценит нашего повара и непременно – непременно! – еженедельно заказывает дюжину разных пирожных. Каждую пятницу, хоть часы сверяй! Вот и сегодня заказал.

– Сегодня не пятница, – вмешался инспектор каким-то напряженным голосом, постукивая пальцами по сверкающей пепельнице, только что замененной расторопным официантом. – Только вторник.

– Я тоже удивился, – закивал метрдотель. – Даже переспросил у курьера. Он ведь новенький, мог что-то перепутать. Но он показал мне бумажку, там черным по белому записаны адрес и дата.

– Пирожные. Курьером. – Лицо Рэддока стало страшным. Он вскочил на ноги и схватил шляпу. – Лили, быстро! А вы поймайте нам такси, и поживей!

– Это самые лучшие пирожные, вы не подумайте! – вскричал метрдотель, на глазах бледнея. – Я ручаюсь, что…

– Быстро! – кажется, инспектор с трудом сдерживался, чтобы не придать ему ускорение пинком.

Метрдотель опрометью выскочил прочь, следом побежал официант, размахивая руками и поминая всех святых.

– Думаете?.. – выдохнула я, холодея.

– А вы нет? – Рэддок выглядел сосредоточенным и напряженным. – Проклятье, мы ведь даже толком его не искали!

– Выходит, курьер? Одному компаньону он принес отравленный букет, другому – отравленные пирожные.

Я сжала кулаки, чтобы не разрыдаться от бессилия.

Дариан ничего не заподозрит. Выпечка в фирменной упаковке, а что курьер незнакомый – так ведь не со всеми же курьерами в городе он успел перезнакомиться! Дариан сочтет, что в ресторане что-то напутали, и с удовольствием полакомится.

– Лили, – инспектор взял меня за плечи и развернул к себе. – Успокойтесь, прошу вас. Такси сейчас приедет. Кстати, можно позвонить мистеру Корбетту, на коммутаторе найдут номер.

Я покачала головой.

– У него дома нет телефона, только в офисе. Чтобы клиенты ночами не трезвонили.

Рэддок выругался сквозь зубы и осторожно меня встряхнул.

– Мы успеем. Слышите, Лили? Спасем мы вашего… кузена.

* * *

Инспектор мог бы поспорить с каким-нибудь древним многоруким божеством. Он умудрился одновременно вызывать на подмогу полицейских, распоряжаться насчет скорой по адресу Дариана (чтобы не терять времени, если пациент, паче чаяния, еще жив), уточнять что-то у официанта и запихивать меня в такси. Сама я, к своему стыду, от ужаса превратилась в соляной столп.

Со всем перечисленным Рэддок управился за каких-то пять минут. Такси мчалось по городу, наплевав на дорожные знаки и, местами, на светофоры. Водитель так проникся сунутым под нос значком и сказанным сквозь зубы: «Живо!», что автомобиль летел по улицам, кажется, лишь изредка касаясь колесами асфальта.

Инспектор посматривал на меня встревоженно, а я просто молча глядела в окошко.

Рэддок неловко похлопал меня по локтю.

– Лили, не переживайте. Быть может, мистер Корбетт не для себя покупал эти пирожные, а чтобы угостить, кхм, гостя?

– Гостью, вы хотите сказать, – через силу усмехнулась я, обернувшись к нему. – Вы полагаете, это послужит мне утешением?

В таком случае Дариана тут же арестуют. При первом отравлении фигурировала его злосчастная визитка, и если при втором жертва отдаст концы из-за заказанных им же пирожных, то дело запахнет керосином. Поди докажи, что Дариан не приложил к этому руку! Особенно если сам он к сластям не притронется.