Хранители Академии. След Чайки - Броня Сопилка

– Хватит, – ответил Ворон с некоторым ехидством. – Уверен, что у Лёнчика крови куда больше чем он говорит. Лёнчик – тот ещё хамстер, не удивительно, что его внук выбрал тело этого зверя для подселения, – и этот гад носатый засмеялся. И дракон его тоже, хотя выглядело это так, словно он раскашлялся или расчихался – во все стороны летели клочья сероватого дыма, которые отлавливала Дай-Ру, впитывая хвостами или подгоняя облачка к Юмэ в качестве очередной игрушки.

Птицы под сводами притихли, на мир медленно и величаво наползала ночь. Но уснули только птицы да лисенок, свернувшийся клубком в гнезде из материнских хвостов. А вот собравшейся на вечно живой травке Полигона компании да не совсем безумному ректору Академии было этим вечером не до сна…

Когда только стали сгущаться сумерки, Мурхе попросила хранителей сделать светильник. По-моему, она это сказанула, не подумав, и уж точно не ожидая выполнения просьбы, даже зажгла уже небольшую флашку, чтобы приспособить её под светляк, – но Тан и Лисс подпрыгнули вверх и выдохнули два облачка энергии: сгусток пламени и трескучий электрический шар. Облачка эти, встретившись, завертелись юлой и засияли ровным ярким светом.

– Ого, – повела бровью Глинн, гася ненужную уже флашку.

– Гхм, – Ники и переглянулась с Владом. Но от комментариев оба воздержались.

Хранители слегка смутились, а затем хитро покосились на хозяйку, не глядя на меня. А я так и не понял, сама она это придумала, разыгрывая нас, или эта парочка действительно способна творить самостоятельно.

Я задумался, что же такое Дар.

В детстве у меня был Лисс, отзывающийся на малейшую мысль, порой даже неоформленную, и я вовсе не интересовался, как у него это получается. Получалось частенько не то, что мне нужно, а изредка – ему удавались невидимые саламандры или всегда разные и невероятно красивые огненные цветы. Или даже обычные заклинания, которых я не знал. Да и не мог знать в силу неопытности.

Взрослея и знакомясь с законами управления Даром, я постепенно подчинил его, как положено, поставил в рамки предсказуемости, оформил мысли в заклинания, рассортировал цветы фейерверка по видам. Самого Лисса я счел порождением собственной детской фантазии, а особенности его поведения объяснил себе тем, что так, по мнению меня маленького, должен был вести себя лисенок из огня. Став взрослым и серьезным человеком, я прекратил тешить себя иллюзией верного друга, и выпускал Дар лишь в виде готовых заклинаний. Не удивился, встретив Лисса на Полигоне месяц назад, я лишь потому, что слишком многого тогда не помнил.

И до сих пор не обращал внимания на его подозрительную самостоятельность, привыкнув к нему, к тому, что рядом с ним есть дикая и своенравная кошка-молния, на фоне которой он просто образец послушания. К тому, что повинуется он не только мне.

Вот только… управляет ли им сама Мурхе?

Управляет ли она своим собственным Даром?..

Кто не хотел запирать Дар пауком? Неужели Лина?

Кто тогда скомандовал взломать щит, наброшенный на нас ректором? Я? Или она?

Кто создал щит, которым Лина пугала Ворона тогда, в таверне? Ведь это было совершенно новое плетение, основанное на том, чего Лине никто не преподавал, хотя знал я. Вот только я тогда вообще не думал о щитах, тем более о плетении, которое совместила с солидой Мурхе. Или всё-таки думал?

В конце концов, кто надоумил многоножку ректора впустить Дайра, чтобы освободить ребёнка и сорвать такой ценный эксперимент её хозяина?! Неужели сам дедуля этого хотел?

Дай-Ру сказала, что что без его желания Дар этого не сделал бы, но так ли это?

И вот сейчас с этим светляком, с этой спонтанной смесью энергий… Что это было – невысказанная идея занозы? Или личная инициатива Хранителей.

Кто они? Независимые существа? Или часть нашей души, часть нас?

Если верить Ники с её теорией о творении миров и битых отражениях творца, то они вообще не могут быть самостоятельными. Хотя… если так думать, то и души без дара разумом обладать не должны.

Так что же такое Дар?

Так кто же такие Хранители? На что способны? Разумны ли?

В некоторых мифах они обладают великими знаниями и являются посланниками богов или даже самого творца, его Даром нам. Кстати, именно так и называют его Заветы Семерки: Дар Богов. Божественный Дар. Но чтобы не возникло разночтений между собственным Даром Богов – несомненно, Божественным, – у обычных магов он называется просто Даром. Именно, как подарок Богов людям, он наследуется по крови аристократов, или проявляется в потомках Безымянного среди простолюдинов.

Но так ли это, в самом деле?

Или Дар… хранитель… талант есть у каждой души? Нужно лишь осознать, призвать?

Мурхе не отвечала на мои мысли, может и не слышала вовсе.

Она вместе с неугомонной парочкой, сейчас притихшей, серьезно внимала Ники и Владу. После того, как они заставили нас зазубрить ид нашего мира, они приступили к лекции об абсолютных щитах. Тех самых, без которых в другой мир – ни ногой. И до глубокой ночи Мурхе училась создавать абсолютный щит, постепенно его утончая, чтобы выяснить состояние и, в частности, агрессивность окружающей среды. Ибо из него при максимальной плотности – даже ид нельзя определить.

Абсолютный щит, или сокращенно «абса», оттого и абсолютный, что совершенно непроницаем для света, и вообще каких бы то ни было энергий, невидимых частиц или даже волн. Снаружи щит и укрытый им маг невидим или почти невидим. Внутри абсы – он слеп, глух и рискует погибнуть от удушья через два-три часа в зависимости от изначального объема защитной сферы и собственной активности мага.

– Хотя по правилам ТэБэ время пребывания в абсе не должно превышать получаса, – сообщила Ники, постепенно проявившись после первой демонстрации щита.

Зорхир, самый тихий из вольных слушателей, на эти слова скептически хмыкнул:

– Можно подумать, нормальный маг не сумеет перегнать углекислый газ в кислород при необходимости.

– Сможет, – Ворон смерил умника одобрительным взглядом, но усмехнулся затем отнюдь не добро, поясняя: – Только рассчитывать на это не советую. Там, где нет воздуха, утончение абсы приведет к неким потерям не только кислорода, но и всех остальных газов, наполняющих рабочую сферу. А создать кислород из ничего гораздо сложнее, не находишь?

Мальчишка сник и нахохлился, но нервно подрагивал периодически, словно желая возразить. Влад с интересом смотрел на него, точно