Тренер Култи - Мариана Запата

– Доброе утро.

– Доброе. – Он закрыл дверь. – Дай мне десять минут.

– Ага. – Я покосилась на стакан в его руках, а Култи обошел меня и направился по коридору в глубь дома.

Сложно было не заметить голые стены и скудную обстановку. Даже в гостиной, мимо которой мы проходили, обнаружился только трехместный диван перед большим телевизором. Ни футболок в рамках, ни трофеев, ни других вещиц, которые показали бы, кем является хозяин этого дома. Следующая дверь вела в большую просторную кухню, в глаза бросались нержавеющая сталь фурнитуры и гранитная столешница – все это смотрелось как более дорогой вариант какой-нибудь кухоньки из икеевского каталога.

– Есть вода, молоко и сок, – сказал он, проходя и залпом проглатывая зеленую бурду, которая была у него в стакане.

– Не надо, спасибо, – рассеянно ответила я, выглядывая во двор через большое окно над раковиной. Кроме новенького газона, который не помешало бы хорошенько полить, там ничего нет. Большинство домов в этом районе построены на месте старых участков, и дом Култи занимал столько места, что в небольшом прямоугольном дворе места едва хватило бы разве что на столик с креслами, если бы они ему понадобились.

Култи склонился к раковине, чтобы ополоснуть стакан, и задел меня плечом.

Я отодвинулась от окна и от него.

– У тебя отличный дом.

Он кивнул, рассеянно оглядевшись.

– Давно переехал?

– Два месяца вроде, – ответил он.

Зашибись из него собеседник. Я посмотрела, как он ставит стакан в посудомойку, и кашлянула.

– Район тут хороший.

Он пожал плечами.

– Тут тихо.

Что-то в этих словах заставило задуматься.

– Никто не знает, что ты тут живешь?

Немец бросил на меня скептический взгляд. Я так и не поняла, что он значит.

– Никто. – Он продолжал как-то странно смотреть на меня. – Я готов выходить.

Значит, он не хотел, чтобы люди про него знали. Неудивительно, но я решила не развивать тему.

– Пойдем.

Забрав из полупустой гостиной спортивную сумку, Култи вышел за мной, включил сигнализацию и запер дверь. Черная «Ауди» стояла во дворе, отгороженная от проезжей части кованой решеткой.

– Значит, соседи не знают, что ты тут живешь? – спросила я, когда мы сели в машину.

– Нет. Я ухожу и возвращаюсь раньше них.

– А как ты покупаешь продукты? – Мне всегда было любопытно. – Заказываешь онлайн?

– Хожу пешком. Магазин в трех кварталах отсюда.

Пешие прогулки, личный водитель, все эти вопросы о лишении прав от людей, которым платили за расследования… Я с любопытством покосилась на Култи, но решила не закапываться слишком глубоко. Какая разница? Даже если и было что-то такое, меня это не касалось, как его не касалась история с Эмбер и ее тупым мужем.

– Наверное, я просто не понимаю, как тебя до сих пор не узнали. Ты же везде, даже на рекламном щите у моего дома, – сказала я, покачав головой. С другой стороны, я так привыкла видеть его на плакатах, что могла бы разглядеть его лицо в любой кляксе.

– Никто не обращает внимания. Я ношу кепку, и единственные, кто со мной разговаривает, – это пожилые люди на скутерах, которым не дотянуться до нужной полки.

Я улыбнулась, поглядев на него.

– Не представляю, как ты так живешь, если честно. У нас есть фанаты, но это другое. Футболку с моим номером носят только брат с родителями. Но я не люблю быть в центре внимания, так что меня устраивает.

Он склонил голову, глядя в окно. Его голос был таким серьезным, таким отстраненным, что я с трудом отвела от него взгляд.

– Мне хватило чужого внимания. Больше не нужно.

Значит, поэтому он жил здесь и носил кепку в магазине.

Иногда кажется, что у некоторых есть все. Что еще надо? Деньги, внешность, слава. Чего тут желать? Друзей? Отношений? Кого-то, кто мог бы развеять скуку?

Лично я знала сотни людей, но лишь семеро были по-настоящему мне близки. И пусть мы общались с ними очень давно, только пятеро точно остались бы со мной даже после футбола.

Вновь покосившись на Култи, я подавила вздох. Жалеть его не входило в мои планы.

* * *

– Тебе места мало? – прохрипела я.

Култи прижался плотнее.

– Да.

Одновременно защитник и нападающий, он загнал меня в угол, чтобы я не смогла увести мяч. Он играл грубо, даже немного жестко, будто я была просто низким мужчиной, и не боялся телесного контакта – явления, часто возникающего в футболе. Он теснил меня, сдерживал, а я отвоевывала сантиметр за сантиметром, пробиваясь вперед, и иногда срывалась на бег в надежде обойти его.

Получалось не очень.

За всю игру я добралась до мяча всего раза четыре, и в итоге Култи либо вынуждал меня выбить его за пределы поля, либо отбирал сам. Это одновременно бесило и раззадоривало, особенно когда я гналась за этим громилой или пыталась не дать ему отобрать мяч.

Играть с кем-то, кто быстрее, сильнее и талантливее, довольно непросто, но я хотя бы пыталась, и в итоге Култи победил один – ноль, удачно пробив по «воротам» из палок и пустых бутылок, найденных у меня на заднем сиденье.

Хренова немецкая буханка.

– Еще раз?

Уложив руки на бедра, я пару раз глубоко вдохнула через нос и кивнула стоящему напротив мужчине, который тоже переводил дыхание. В парке, который находился в двадцати минутах езды от его дома, не так уж много народу, но больше, чем когда мы только приехали.

– Давай, – вопреки здравому смыслу сказала я.

И мы продолжили.

Накопившаяся усталость нам не мешала. Стоило мне завладеть мячом, как Култи бросился следом, отставая буквально на шаг. Он начинал потихоньку сдавать, и я этим пользовалась. Вчерашняя игра вымотала меня, но Култи был на тринадцать лет старше и давно не тренировался. И в скорости я ему практически не уступала.

– Тормозишь? – выдохнула я, пытаясь обвести его и свернуть влево.

– Молчи и играй, – хрипло пропыхтел он.

О да, ему конец.

Краем глаза я заметила группку людей, наблюдающих за нами с края поля, и тут же Култи поставил мне подножку.

– Сволочь, – прошипела я, едва успев увернуться.

Воспользовавшись заминкой и моей злостью, он увел мяч.

Собрав в кулак последние силы, я все же смогла отобрать его, бросилась к воротам и пробила по мячу. А когда мяч влетел в них, то вскинула руки и показала Королю язык.

– Я победила. – О да, я вела себя совершенно по-детски и непрофессионально.

Словно решив окончательно добить Култи, наши зрители начали аплодировать.

Кое-кому это не понравилось. Даже,