Эммануэль. Антидева - Эммануэль Арсан

– Но разве не прекрасно жить с тем, кого любишь?

– Прекрасно. А я и не отрицала этого.

– Разве что чуть-чуть.

– Не думаю. Я уверена в том, что жизнь – это взаимодействие, обмен, и это добродетель. Я не страдаю из-за того, что жизнь переменчива. Неизвестность – плата за счастье жизни, разве нет? Вот я и живу. Вот и рискую. Но если ты определила свои цели, если нашла свой способ жить, если заботишься лишь о том, чтобы не сойти с проторенной дорожки, не сбиться с пути, если твои мечты сформулированы, тогда ты имеешь право на стабильность, приличествующую твоему возрасту: ты имеешь право на почетное место среди черепов и костей, уверенных в своем будущем и бесстрашно покоящихся в склепе постоянства.

Ариана де Сайн улыбнулась своим предкам-моралистам:

– Конечно, я буду рада, если Жильбер останется моим мужем, но я также буду счастлива, если каждый из нас найдет в себе силы для новых приключений. Перемены – это не потери. Меня пугают люди, которых страшат перемены. Лишь одно обстоятельство может погубить нашу с Жильбером любовь.

Ариана задумчиво посмотрела на гостью:

– Если Жильбер умрет, я покончу с собой. Ты не знаешь, что такое любовь.

– Может быть, – соглашается Эммануэль. – Может, пока и не знаю. Но я учусь.

Как-то раз Эммануэль принялась вспоминать загадочный Малигат.

– А кто та девушка с львиной гривой?

– Командорша нашего ордена.

– Видимо, она стала членом ордена совсем малышкой.

– Да, ее заслуги были замечены рано.

– Я бы хотела узнать ее.

– Если хочешь, познакомлю.

– Мы уже познакомились, но дальше знакомства наше общение не зашло.

– А куда бы ты хотела, чтобы все зашло?

– Отличный вопрос!

– Не спали крылья, мой ангел!

– Надо же: теперь ты осторожна. Ты ведь сама говорила, что все надо попробовать!

– Я не знаю, к чему ты стремишься.

– Лучше скажи, какие опасности меня подстерегают.

– Иногда, наслаждаясь, можно умереть.

– О чем ты? О запрещенных наркотиках?

– Не о тех, которые ты имеешь в виду. Но достаточно вопросов.

– И все же… Ты пробовала?

– Я уже сказала тебе, что не буду отвечать.

– Мне все-таки хотелось бы встретиться с Мерве.

– А с чего ты взяла, что она тебя захочет, позволь поинтересоваться?

– Я думала, моего желания достаточно!

Ариана удовлетворенно улыбается.

– Скажи мне правду: тебе действительно женщины нравятся больше, чем мужчины? – спрашивает Ариана.

Эммануэль морщит лоб, колеблется:

– Честно говоря, я не знаю. Я обожаю смотреть на женщин, трогать их грудь, чувствовать языком их язык, заниматься с ними любовью. Мне нравится своими бедрами касаться их ягодиц. Мне нравится вкус клитора…

Секунду Эммануэль размышляет, затем задумчиво произносит:

– Но сперма мне, конечно, тоже нравится. И ощущение члена внутри меня.

– Ну, женщины тоже могут проникать друг в друга.

– Это не то же самое.

– Иногда это может быть еще и лучше.

– Все зависит от проникающего предмета.

– Подумай: я могу позвать мужчину или ты можешь довериться мне.

– Ну, доверюсь тебе, пожалуй, – соглашается Эммануэль.

Ариана наклоняет голову и целует девушку.

– В качестве вознаграждения дам тебе потом испить спермы Жильбера.

Ариана уходит, затем приносит круглую шкатулку из флорентийской кожи со старинной позолотой и размером примерно с коробку для шляп. Шкатулка кажется тяжелой. Ариана опускает ее на кровать.

– Попробуй открыть.

Эммануэль ищет защелку или замочную скважину, но не находит.

– Это секретная шкатулка, – констатирует девушка.

Ариана ликует, просовывает ноготь в паз, крышка щелкает и открывается. Эммануэль хлопает в ладоши.

– Ну и коллекция! – восторгается Эммануэль, прыгая по пружинному матрасу на коленках.

В шкатулке – разноцветная, разнокалиберная, невероятная, неожиданная коллекция фаллосов.

Некоторые напоминают змей, иные – словно большие сморчки. Одни – прямые с толстенькой головкой, обращенной к небу, другие слегка изогнутые, какие-то восточные, смуглые. Длинные и короткие, толстые и тонкие, гладкие и шероховатые… Основание каждого члена скрыто бархатным чехлом, узким или вздутым.

Хозяйка горделиво извлекает из ларчика одну игрушку за другой. Они эластичны, словно покрыты настоящей кожей, те, что из пенистой резины – очень нежные на ощупь. Размеры на любой вкус – от зубочистки до дубины; некоторые головки отделаны специальным каучуком – если на них нажать, они увеличиваются в объеме вдвое. Еще есть керамические и фарфоровые члены, украшенные рисунками, они, как детские пистолетики, даже могут стрелять водой (или взбитыми сливками). Деревянные члены, расписные или отполированные, напоминают Эммануэль о храме, куда ее водил Марио однажды ночью, о смущении и одновременно об экзальтации и восхищении собственной дерзостью. Какой рывок Эммануэль сделала с тех пор!

Девушка взвешивает в ладони эбеновый фаллоимитатор с рельефными венками, черными и узловатыми, будто корни баньяна. Остальные члены, чьи головки или стволы покрыты жесткими волосами, бородавками или обтянуты нейлоном, Эммануэль не интересуют. С другой стороны, олисбос, изготовленный из желтоватой слоновой кости, с шелковистой головкой, привлекает девушку до невозможности. Она влюбиться в него готова! Как прекрасно было бы иметь у себя дома такой набор драгоценных игрушек, искусно повторяющих оригинал. На ощупь фаллосы прохладные. Эммануэль взволнована, она не прочь испытать какой-нибудь соблазнительный предмет на себе.

Однако у Арианы другие планы:

– Оставь этот натюрморт, – говорит хозяйка. – Лучше скажи, что ты думаешь об этом?

Она показывает гостье фаллос из белой слоновой кости, более новый, в отличие от предыдущего, и весьма оригинальный по форме. Вместо того чтобы имитировать реальность, талантливый художник в поисках инноваций сотворил нечто вроде короткого пузатого банана, округлого с обеих сторон. Эммануэль размышляет о том, как такой предмет удержать – ведь он выскользнет из ладони и навеки пропадет во влагалище!

– В том-то и весь смысл, – объясняет Ариана. – Этим предметом пользуются не как членом любовника – туда-сюда. Его вводят во влагалище и там оставляют. Рекомендуется ходить с ним на прогулки или качаться в кресле-качалке.

– Зачем в кресле-качалке?

– Потому что этот чудесный предмет содержит ртуть, которая циркулирует совершенно свободно, разделяется, соединяется, ударяется о внутренние препятствия, возбуждает – и так до бесконечности. Ты себе не представляешь, какие чувства будит эта игрушка.

– Я узнаю это немедленно!

– Подожди. Посмотри сначала на этот.