Эммануэль. Антидева - Эммануэль Арсан

– О тебе, например.

– Например. Дав ассистенту высказаться и удерживая в памяти лишь общие слова, я бы отпустила его, легла бы на пол и раздвинула бы ноги, коснувшись ими холодного металла. В этот момент я бы осознала, что потолок, о существовании которого я и не подозревала, движется, на нем появляются фигуры, чьи-то руки жестикулируют, цвета меняются, и внезапно начинают разыгрываться невероятные эротические сцены всех времен и народов: старцы лишают невинности маленьких девочек; мальчишки занимаются любовью друг с другом; пятеро дикарей одновременно наслаждаются пленницей, используя все ее ненаглядные дырочки, а затем вместе со съестными припасами перекладывают ее на стол; нимфы совокупляются с кентаврами и с лебедями, а современные девушки развратничают с маленькими ослами и большими собаками. Одного только подобного эротического зрелища хватило бы, чтобы взбудоражить плоть, но вдруг я нащупываю под ногами широкие педали с поверхностью нежной, как лепесток цветка. Я нажимаю на педали, на одну, затем на другую, аккуратненько, и тут прямо из стены появляются, по очереди или одновременно (смотря, насколько умело я буду пользоваться педалями) кольчатые руки, похожие на шланги от душа или на жутких хромированных змей. Вместо ладони каждая рука завершается потрясающим членом. Ни один из членов, конечно, не похож на другой – в арсенале представлены мягкие, будто сделанные из детской плоти, твердые, словно дерево, нежно-зеленые, словно прерии, и прочие – напряженные, расслабленные, ликующие…

– Мммм… ммм…

– Нескончаемый мир удовольствия. Представь, каково может быть возбуждение, порыв! Но надо выбрать, с чего начать. В этом-то и заключается гений изобретателя. От твоих собственных движений, от твоей страстности или нежности зависит, удастся ли тебе заполучить выбранную игрушку. Ведь мало решить, что тебе нужно, надо еще поймать добычу, а она будет извиваться и скручиваться, словно кобра, танцевать, покачиваться из стороны в сторону, словно волна, биться об пол и о стены, словно хлыст, взмывать вверх и падать вниз, как воздушный змей, приближаться к тебе и внезапно отстраняться, доводя тебя до безумия и вызывая головокружение. И наконец, когда ты окончательно настроишься на мастурбацию, один из жутких, ненавистных и желанных змеев войдет в тебя – молниеносно, мастерски. Ощущения настолько невероятные, настолько идеальные, что ты забудешь свою досаду и горечь и будешь лишь стонать: «Да-да-да, еще!» И: «Я люблю тебя!» Ты почувствуешь себя влюбленной, отдашься целиком и полностью. И будешь права. Какое искусство, какое чудо науки! Ты ждала презрительного холода металла, а получила нежность лепестков розы, тепло человеческого дыхания. Ты боялась, что тебя пронзят насквозь, оставят окровавленной, а вместо этого проникновение оказывается столь нежным и аккуратным, что ты плачешь от счастья. Движения то замедляются, то ускоряются, силы в них то больше, то меньше, инструмент любви чудесно извивается внутри твоего тела, проникает все глубже, рай не кончается, и ты уже согласна умереть от удовольствия. Но инструменту лучше, чем тебе, известно, где начало, а где конец любовного акта, поэтому он позволяет себе исследовать грани, до которых никто никогда не доходил. Ты открыта и словно выставлена напоказ на уроке по анатомии. Впрочем, вскоре ты уже не помнишь себя, ни о чем не думаешь, ты смеешься, изнемогаешь, плачешь, наслаждаешься, погибаешь, ощущаешь жизнь во всей ее полноте, ты уплываешь к звездам.

Тебе кажется, что все уже закончено, однако нежные змеи до сих пор вьются у твоих ног, и та, что сделала свое дело, уступает место той, которую твоя нога сначала отстранила. Тебя переполняют новые ощущения. На сей раз в тебе орудует более настойчивый и более мощный инструмент, при каждом толчке ты кричишь от удовольствия. Наконец, тебя оставляют в покое, ты еле живая, но на этом все не заканчивается – в игру вступают различные механизмы самых разных размеров – огромные и длинные, разбухающие на глазах и неутомимые, как сверло.

– И так будет продолжаться, пока девушка не умрет?

– Инструменты не лишены человеческих качеств. В какой-то момент все искусственные фаллосы почувствуют оргазм, и сперма изольется в тебя, или на твой живот, или на твои груди, или на твое лицо, или просто брызгами разлетится в воздухе. У спермы будет редкий запоминающийся мускусный запах. Если ты захочешь, то сможешь подставить ротик и напиться, искусственные любовники щедры на сперму в отличие от настоящих. Ты сможешь утолить свою жгучую жажду. Только представь – огромные кольчатые пенисы по очереди будут погружаться в твой рот и ублажать твой язык, сочась самым сладким нектаром в мире. Мужчинам такое и не снилось! Медленно впрыскивая в тебя любовный напиток, механизмы будут заботиться о том, чтобы ни один из нектаров по своему аромату не походил на другой. Изысканный тонкий и оригинальный вкус опьянит тебя. Тебя заберут из комнаты, когда механизм отдаст приказ, и перенесут в помещение, где люди, дорого заплатившее за удовольствие, насытятся тобой еще до того, как ты опомнишься. Таким образом, ты принесешь хитроумной компании двойной доход: во-первых, суммы, которые ты потратишь на развлечение с искусственными фаллосами, а во-вторых, суммы, которые другие люди потратят на развлечения с твоим телом.

Ариана извлекает из ларца два невероятно длинных одинаковых фаллоса из пенистой резины, увенчанных неимоверно большими головками. Прикручивает основание одного к основанию другого так, что получается двойной член с небольшим утолщением между мошонками. Ариана аккуратно сгибает игрушку в дугу – вероятно, внутри стволов пружина, поскольку, соприкоснувшись головками, эластичный двойной фаллос вновь обретает прежнюю форму.

Ариана погружает итифаллический предмет глубоко в вагину Эммануэль. Затем, расположившись напротив, другой конец игрушки вставляет в собственное влагалище, ложится на Эммануэль и медленно начинает заниматься с ней любовью. Пышные лобковые гривы спутываются, Ариана, словно любовник, ублажает подругу. При каждом движении, Ариана и Эммануэль чувствуют, как закрепленный стальной пружиной латекс входит все глубже. Девушки стонут от удовольствия. Ариана кусает губы Эммануэль, проглатывает слова любви. Соски трутся друг об друга, руки Эммануэль раскинуты так же, как ноги – Ариане нравится видеть любовницу полностью поверженной. Упругие ягодицы работают все быстрее – спазм, который переживает Ариана, так похож на мужской оргазм, что ей кажется, будто она эякулирует. Только в отличие от мужчины, Ариана не падает от усталости, а продолжает удовлетворять плоть Эммануэль, которая испытывает один оргазм за другим и в слезах удовольствия, ничего не слыша и не видя от счастья, ногтями раздирает спину своей неутомимой повелительницы. Так девушки развлекаются до самой ночи, забыв о существовании мужчин. Даже сон не в силах их разделить. Жильбер, не солоно хлебавши, с улыбкой насладившись зрелищем, молча покидает спальню.