Снежность Иве, или Господин Метелица - Вера Платонова

– Господин Тиберус! – застучали в дверь. – Вы просили сообщить, когда куафёр* ее величества сможет принять вас!

– Спасибо. Меня не беспокоить до завтра! – глухо ответил Дагмар, покашливая.

Осталось дождаться, когда наступит время маскарада, и можно будет в тени сумерек прогуляться за мечом.

Внутри магической ловушки со стоном заворочался главный королевский лекарь.

– Ну, рассказывай, что тут вас происходило, – присел Дагмар на ковер, чтобы видеть глаза предателя.

г. Фьорс, столица Фьоренхолле. Королевский дворец

Макс стоял у входа в парковый лабиринт, укрывшись в тени одной из колонн, и ждал. Наконец, послышались размеренные шаги, и в начале аллеи показалась фигура, укрытая плащом с ног до головы. Человек вышел на середину площадки, той самой, на которой он совсем недавно играл с девушками в жмурки и застыл на месте, вытянув руки по швам. Макс немного выждал, пытаясь понять наверняка, один тот пришел или привел за собой стражу. И, наконец, выступил вперед.

– Я уж думал, что не придешь, – сказал он. – Или что записку обнаружила Адалин.

– Было сложно, – ответил лжекороль, отбрасывая капюшон с лица. – Я теперь плохо выгляжу. Королева сердится на меня за это и заставляет Тиберуса ходить за мной по пятам. И на него тоже злится.

– Ого, – не удержался от возгласа Макс, с любопытством разглядывая изменившиеся черты своего двойника. – И как же ты смог от них улизнуть?

– Королева отправилась ловить двух шкодливых мышат. А лекарю не терпелось отправиться примерить свой маскарадный костюм.

– Ну что ж. Тогда идем.

Макс повел Двойника вглубь лабиринта и, сделав нужно количество поворотов, отыскал нужную скамейку, из-под которой вынул маску и книгу.

– Готов? – спросил он.

– Мне все равно когда, – Максу показалось, что на лице его дубликата мелькнула тень грустной улыбки. Неужели он стал чуть более очеловеченным, или это эффект сползающего лица?

– Тогда попытаемся. Да поможет мне богиня все сделать правильно. Хоть у меня и нет магии…

– Немного магии есть во мне, – подал голос двойник. – Иначе я не смог бы выдавать себя за тебя. Адалин влила ее в меня, чтобы я мог двигаться и разговаривать.

Макс взял маску и аккуратно положил ее на лицо двойнику, связав шелковые ленты позади головы.

Затем раскрыл книгу и вынул из кармана небольшой нож, им резанул подушечку безымянного пальца и капнул крупную каплю крови на книгу. Кровь в одно мгновение впиталась в распухшие и пожелтевшие от старости страницы, и на них стали проступать слова и знаки. Макс отыскал нужный лист и начал срывающимся голосом читать:

– “Открываю ключом своим замок, который сокрывал лицо мое и уста мои замыкал, возвращаю себе личность свою. Я, Максимилиан Первый, законный король Фьоренхолле, возвращаю себе то, что принадлежало мне по рождению и природе”.

Он отложил книгу и снял маску с двойника, лицо которого уже успело принять кукольные черты. Боясь возликовать раньше времени, Макс надел маску на себя, готовый терпеть все, что должно будет произойти дальше.

Лицо снова, как и в тот раз, зажгло огнем, сначала слабо, а затем сильнее. Вскоре боль стала такой невыносимой, что Макс не удержался и закричал не в силах больше ее терпеть. Но усилием воли удержался от того, чтобы сорвать ненавистную маску и глубоко дышал, ухватившись за ствол растущего рядом дерева, впиваясь пальцами в жесткую кору.

Наряд стражи, патрулировавший парк, сменил направление, заслышав подозрительные крики, доносившиеся из лабиринта. Когда они, слегка поплутав по хитроумным дорожкам, все же добрались до нужного уголка, то вытянулись в ряд, завидев там восседающего на скамейке короля, одетого в просторный плащ.

– Прошу прощения за беспокойство, ваше величество, – отрапортовал старший по отряду. – Мы заслышали шум и решили проверить, нет ли здесь чего подозрительного.

– Все в порядке, я просто поранил руку об острую ветку и от неожиданности вскрикнул, – сказал Максимилиан, демонстрируя рану на пальце, и заодно пряча ноги, обутые в простые сапоги под скамью. – Благодарю за исправную службу.

Дождавшись, пока стражники отойдут подальше, он вскочил с места и заглянул за скамейку. Манекен сидел там неподвижно, как и полагается восковой кукле, не проявляя никаких признаков жизни.

Максимилиану пришлось раздеть своего двойника, чтобы сменить одежду и обувь. Он в который раз убедился, что тот не ожил каким-то чудом, и вышел из лабиринта.

Некоторое время ему сложно было чувствовать себя уверенно, Максимилиан даже поймал себя на мысли забраться во дворец через окно по старой привычке, так он привык скрываться в собственном доме. Но переборов себя, он выпрямился и уверенным шагом подошел к большим дверям.

Стражники, стоявшие у них, отсалютовали королю алебардами и разошлись в стороны, склонив головы и позволив двум лакеям распахнуть двери внутрь.

Максимилиан одобрительно кивнул и степенно прошел мимо.

В холле его приветствовал старый дворецкий Вильгев, который позволял себе иногда обратиться к его величеству с пустяковым разговором на правах того, что когда-то катал его, маленького, на своей спине, изображая лошадку.

– Уже нагулялись ваше величество? И решили вернуться?

– Да, Вильгев, король вернулся.

Такой ответ показался Вильгеву несколько странным, но зато для короля он значил много больше, чем просто пара любезных слов.

Глава двадцать шестая, в которой все надевают маски

г. Фьорс, столица Фьоренхолле. Королевский дворец

В одной из просторных гостиных все было подготовлено для финалисток королевского отбора. На этот раз изысканные наряды, каждый из которых мог служить образцом роскоши и мастерства портных, предоставлял королевский двор Фьоренхолле.

Заключительный маскарад должен был надолго войти в историю самых помпезных торжеств, которые когда-либо проводились не то, что в стране, но и во всей Люзиорре.

В комнате стояло пять зеркал в полный рост и пять золотых трюмо, снабженных пятью бархатными пуфиками. И возле каждого красовалось по установленному портновскому манекену с надетым на него маскарадным платьем. Выполнены они были в едином стиле, но каждое давало отсылку или намек на какое-либо животное или птицу. Самые роскошные ткани, богатые фактуры, кропотливые и дорогие виды отделок присутствовали в этих нарядах. Фантазийные юбки, удивительные корсеты, тончайшие кружева и искрящиеся золотом и серебром ленты. К каждому платью прилагались туфли и свой набор тонко подобранных аксессуаров.

Девушки толпились у входа, гадая, кому же какой образ достанется. Старый Отто прошел на середину комнаты и