Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

– А разве нужно показать именно помещение, дом, в котором выросли претендентки? Ведь и так понятно, что снова будут в фаворе аристократки, – я развиваю дальше свою мысль вслух. – Почему мы снова хотим ограничить девушек? Пусть сами решат, как они представят то место, где выросли. Каждая выберет то, что посчитает нужным, то, что лучше всего расскажет об их доме. Песня. Пусть тогда поёт. Если конкурсантке лучше рассказать о нём в танце, пусть танцует. А может, это будет какое-нибудь лакомство. Или инсценировка из жизни девушки, которая имеет огромное влияние на её судьбу.

– И снова, какие критерии оценивания? – никак не угомонится Клеопра. – Слишком уж это всё расплывчато.

– А как можно оценить небо и землю? – спрашиваю в ответ.

Правда, я хотела привести другое сравнение, более точное, на мой взгляд: как можно сравнивать голову с… ну, с той самой филейной частью тела, которая любит и всегда находит приключения.

– Каждая девушка уникальна, как и все люди, – я села на своего любимого конька. Правда, эти слова обычно говорю в адрес своих учеников. – Если оценивать всех одним мерилом, ничего путного не выйдет. Я считаю, что для каждой участницы мы должны применять подходящие ей критерии оценивания, исходя из того, какой способ представления она выбрала.

Я говорила с жаром, с присущим мне увлечением, когда дело касалось учеников, раскрытия их талантов и способностей, и просто веры в них.

Воцаряется задумчивая тишина. Кажется, многие прикидывают в уме достоинства и недостатки моего варианта. Кто-то даже делает какие-то заметки в своих папках. Некоторые, кто уже высказывался против, не меняют своего решения. Это заставляет меня нервничать, но и радоваться, потому что несогласных меньше.

Ожидание ответа затягивается. А я уже смирилась с тем, что мой вариант отвергнут, когда слышу:

– Разумеется, это большая нагрузка на безопасность, но если девушки предпочтут, как вы сказали, более простые варианты для представления, то можно попробовать, – великий князь говорит, не спуская взгляда с короля, а когда сказал, переводит взор на меня.

А я… А у меня челюсть упала на стол. Конечно, это образное выражение, но рот от удивления у меня всё же открылся. Когда я это понимаю, то быстро его закрываю. И стараюсь не глазеть на фельтмаршалока, шокировавшего своим заявлением, кажется, не только меня, а добрую половину присутствовавших.

Единственная, кто сохраняет невозмутимый вид, так это леди Вайроника.

– Что ж, раз нет возражений в плане безопасности, – берёт слово его величество. – К тому же, предложенный вариант отличается от того, что было раньше, поэтому подготовиться девушки из привилегированных сословий не могли заранее, что уравнивает шансы всех участниц.

Монарх оглядывает доверенных лиц. Недовольные есть, но они помалкивают.

– Раз больше никаких возражений нет, леди Наирэль, прошу вас как распорядительницу объявить конкурсанткам наше решение, – он встаёт, на миг замирает и объявляет: – Да начнётся второе испытание.

ГЛАВА 11. Покушение

– Прошу всех судий следовать за мной, – поднимается леди Вайроника. – Будете присутствовать при объявлении и жеребьёвке, – тут она обводит всех взглядом. – Возражения по поводу жеребьёвки будут?

Возражений нет. Или, как говорят у нас, у матросов нет вопросов.

Мы следуем за распорядительницей в коридор, где к нам присоединяются наши служанки-телохранительницы. По пути леди Наирэль отдаёт приказ собрать всех претенденток в Малом зале, куда мы приходим первыми. Нам предлагают занять удобные кресла. Замечаю, как по комнате начинают кружить фиолетовые сферы, подлетающие к нам и снимающие нас крупным планом. Входят двое военных, которые ставят рядом с распорядительницей трёхногий столик. На него водружают большую чашу. Мне со своего места не видно что в ней. Но следом влетает фельтмаршалок, который ладонью проводит над чашей, а после говорит, что нет никаких чар, окружает её защитными заклинаниями и также быстро уходит.

И уже через пять минут распахиваются двустворчатые двери, впуская конкурсанток. Все как одна одеты в одинаковые светло-розовые пышные платья и с венками в волосах.

Они выстраиваются перед нами в несколько рядов. Только две девушки стоят в стороне ото всех: Мирель Вулпу, не расстающаяся с плащом, скрывающим её лицо, и баронесса Никалина Тика. Последнюю сторонятся и сами участницы.

– Уважаемые претендентки, – начинает леди Вайроника, и в комнате затихает малейший шум, даже юбки не шуршат. – Я поздравляю вас с успешным прохождением первого испытания…

Баронесса Тика громко фыркает. Все оборачиваются посмотреть на неё. Кроме принцессы де Браера и Мирель Вулпу. Первая, наверное, не оглянулась из-за воспитания. Принцесс же должны вроде как готовить к различным ситуациям. А вот, почему вторая не испытала приступа любопытства, предположить не могу.

Леди Наирэль просто улыбается и продолжает как ни в чём не бывало:

– И с началом второго испытания.

После этих слов поднимается лёгкое волнение. Видно, что девушки нервничают, озираются и немного недоумевают.

– Прошу вас успокоиться, – хлопает в ладоши распорядительница. – Само испытание будете проходить в очерёдности, согласно выпавшему жребию. Подходите по одной и тяните номер.

Возникает заминка. Конкурсантки переглядываются, боятся идти первыми. Воспользовавшись замешательством других, быстрым шагом к чаше подходит баронесса Тика, опускает руку и достаёт небольшой свёрнутый трубочкой листок, перевязанный розовой лентой. Она ловко развязывает ленту и разворачивает лист.

– Пятнадцать, – объявляет баронесса Никалина.

Замечаю на её лице некую растерянность. Кажется, она не ожидала честной жеребьёвки. Не отрывая взгляда от листа, баронесса возвращается на своё место.

После неё решается идти принцесса. Плавной походкой, исполненная чувством собственного достоинства, она приближается к чаше и достаёт номер. Также неспешно разворачивает лист и зачитывает:

– Четырнадцать.

После неё постепенно активируются и другие участницы отбора. Девушек из неродовитых семей видно сразу. Они всё время норовят пригнуться, поклониться, благодарят почти невпопад. Да и шли крестьянки последними.

Правда, их пропускает Мирель Вулпу, которой достаётся последний номер с цифрой «двадцать два». Не проверь всё сначала великий князь, я бы решила, что тут не обошлось без постороннего вмешательства.

Леди Вайроника записывает что-то в своей папке, наверное, очерёдность девушек, и, когда вынут последний номерок, объясняет суть второго испытания.

– Всё, что вам потребуется, оплачивает его величество, – добавляет она в конце. – У вас есть неделя, чтобы сообщить о том, как будете представлять свой дом, что вам будет необходимо, и первому номеру даётся столько же на подготовку. Все остальные представляют свой дом с интервалом в два дня в порядке очерёдности. Желаю вам удачи!

Слушаю распорядительницу и понимаю, что король правильно сделал, что позвал её. О таких мелочах мы даже не подумали. Хотя то, что она сообщила, очень важно, на мой