Хвост Греры 2 - Вероника Мелан

– Фото будет. – Лаконично бросил Декстер и вновь сгрузил с плеч рюкзак, поставил его на бетонку, нагнулся. Признаться, Мак порадовался – шагать несколько часов кряду не тяжело, но скучно. А «тик-так» против них, как напомнил шеф.

– У нас есть дрон?

– Есть. Мелкий. Но скоростной.

Разлившееся внутри теплое облегчение напомнило по ощущениям выпитый бокал хорошего вина. Разведывательный дрон – это вещь. А Комиссионный разведывательный дрон – вещь просто бесценная. Он не просто сделает фото – он выведет точнейшие голограммы. К тому же скорость перемещения удивительная. «Спасибо, Дрейк». Начальник на то и Начальник, чтобы обо всем думать заранее.

Декстер запустил аппарат по направлению к городу, тот взлетел с тихим писком и стрекотом, как сверчок. Сверкнул маячком и растворился на фоне ночного неба.

«Ни одной звезды, – подумал Мак, осознав этот странный факт только теперь. – Луна есть. Но ни одной звезды».

Ждать возвращения разведчика решили, сойдя с дороги на обочину. Там как раз лежало замшелое и теплое бревно.

Пахло близкой грибницей. И еще можжевеловыми соцветиями, их горьковатыми цветами. Травой, черноземом, прением. И чуть-чуть тленом – бревно было старым. Мак по опыту знал, что иногда приятнее действовать, иногда сидеть, затаившись, понимал, что действия эти равнозначны по важности, если распределены правильно.

Сейчас они ждали. Тихо плыла ночь; спали местные птицы.

Машин на дороге так и не появилось.

Какое-то время все трое молчали, сидя на теплой земле, привалившись спинами к коре, – убраться с глаз посоветовал Декстер. Думал каждый о своем.

– Через сколько он вернется? – спросил Аллертон Рена.

– Думаю, минут через семь-десять.

Хорошо. Значит, сидеть недолго. Молчала Дина, она редко ходила на настоящие боевые задания после случившегося на «F», Дрейк давал добро на дальние вылазки только в случае острой необходимости. Как сейчас.

– Как там наши? – поинтересовался Аллертон, вспоминая Лайзу. Наверное, она уже выбрала себе спальню, наверное, уже завернулась в одеяло. Хотя о чем это он, ночь царит здесь, а на Земле, вероятно, ранний вечер.

– Все хорошо, – Бернарда крутила в пальцах местную травинку и совсем не берегла бежевый плащ, в котором теперь сидела на земле. Одежда – наименее важная из проблем в свете того, что теперь занимало их головы. – Я сняла им целую базу. Небольшую. Выкупила ее на три недели вперед пока…

– Дорого?

– Разве деньги важны? Дрейк снабдил. Там три отдельных здания, в каждом по четыре двухкомнатных номера. Места хватит. Владелец так обрадовался долгосрочной аренде, что обещал кормить трижды в день за сокращенную плату.

– Повезло ему.

– Угу.

– Хорошее место?

– Не самое новое. Но живописное. Рядом деревушка, наши смогут туда ходить за свежими продуктами. Антонио все равно настоит…

Декстер не вмешивался, хотя собственного повара он знал лучше всех.

– Ты перенесла котов?

– Да. Они с Клэр… Она все боится, что потеряет их. Халк придумал какие-то чипы…

– Наши не потеряют. Была бы проблема, решение они найдут. Развлекутся заодно. Один только Эльконто знает миллион способов создания умных ошейников.

– Сейчас он нам завидует.

Аллертон хмыкнул. Завидует, конечно, Дэйну бы всегда в бой. Собственно, он хороший боец, один из лучших. Вот и пусть защищает на Земле девчонок – они им важнее всех.

– У Лайзы…

– … все в порядке, – закончила за него фразу Ди. – Она молодец. Комнату вам заняла с большой кроватью.

Почему-то эта мысль вызвала на лице Чейзера улыбку с оттенком грусти. Слишком далеки между ними сейчас расстояния, практически непреодолимы. Но это временно.

Декстер молчал. Он вообще умел подолгу молчать.

Шевельнулся только тогда, когда издали послышался тихий звук.

– Дрон возвращается.

Из шести предложенных фото Бернарда выбрала ту, на которой красовался один из трех мусорных баков.

– Почему эта?

Мак, если бы был телепортером, оперся бы на край улицы, освещенный фонарями. Или на ряд погасших окон первого этажа. Но ей виднее.

– Здесь знак, видишь? Навряд ли он существует в каком-то другом мире, меньше шансов ошибиться.

Декстер вместо комментариев погасил дрона, упаковал его в сумку и взял Дину за руку. Аллертон сделал тоже самое.

– Поехали.

Все-таки именно так преодолевать расстояние – счастье. Без изнурительных часов монотонного шагания, просто закрыв и открыв глаза.

– Транспорт, – изрек одно слово Рен, но Мак уже и без того приглядывался к стоявшим на обочине машинам. Сканировал их на предмет мощности двигателя, проверял количество топлива в баке. Да, двигатели иные, на системе электронного сгорания частиц, но принцип схожий, он разберется с управлением. Сигнализации присутствовали, но внутренним импульсом он отключит сирену до того, как та перебудит улицу. Деревья, освещенные фонарями, стояли здесь же и выглядели, как на фото, – дрон, как ему и было задано, сфотографировал окраину.

– Эта.

Мак положил руки на темный пыльный корпус одного из седанов. Закрыл глаза и ментально пережег провод, отвечающий за звук сигналки, через секунду уже распахнул водительскую дверцу. Авто неприметное, но двигатель мощный, заряд катушки полный. Рен без вопросов загрузился на пассажирское сиденье рядом с водителем, Дина заняла место сзади.

Ночь тихая. Ни пешеходов, ни любопытных лиц из окон. Как бы диковинно ни назывался иномирный город, сейчас он спал. Чужаков, угоняющих машину, никто не заметил.

Он мог вести без сна и без отдыха трое суток подряд. Переходил почти в автоматический режим водителя, частично отключал часть работавшего ума, давал сознанию отдых. Дина уснула, убаюканная тряской салона, минут через двадцать после начала движения. А Мак рулил. Наблюдал незнакомые дороги, обочины, строения, дорожные знаки. Сидел рядом молчаливый Ассасин. Время от времени он проверял настройки местного навигатора, сверял карту окраин с той, что на планшете.

К точке «Б» – второму углу периметра Даувара – они подъехали спустя три часа. К точке «С», когда часы на приборной панели показали пять утра.

– Слушай, какой величины этот город? – Мак не думал, что ехать придется так долго. Несмотря на обветшалый вид строений, дороги тянулись бесконечно.

– Не село, очевидно.

– Да уж. Просто мегаполис, судя по величине.

К этому моменту работало три датчика, осталось установить последний. Проще было бы отправить дрона, получить новые фотографии, разбудить Дину. Но «разведчик» имел ограничение и дальше пятнадцати километров забраться не мог. Приходилось использовать наземный транспорт.

Четвертый датчик они установили, когда почти рассвело.

На часах семь утра местного времени. Запустили процесс вычисления, вернулись в машину.

В девять процесс еще шел; Рен, кажется, дремал. Мак, однако, знал, что дрема Рена так же опасна, как и его бодрствование. Никакой разницы. Сам он сидел на неудобном сиденье чужой машины. Рассматривал то пыльное лобовое стекло, то отшиб за ним. Край спального района, разруха, груды мусора на обочинах. Сколько лет Манаан уже восстанавливался после нашествия тли? Вероятно, долго. Аллертон почему-то искал глазами темные пятна, покрывавшие здания, некий подвид разложения, после вспоминал, что «вошь» эта жрала органику – не дома, не сваи, не бетон. Как они вообще пережили нашествие? И насколько развитыми были раньше? Потихоньку просыпались люди, заспанные, выходили из подъездов. Открылся одинокий ларек, торгующий разнообразными товарами – Мак не видел отсюда, какими именно, но предположил, что сигаретами, газировкой, жвачками. Возможно, хлебом, неким набором продуктов. Товары первого потребления всегда и везде одинаковы, если, конечно, мир не высокотехнологичный и давно не обзавелся молекулярно-атомарными автоматами по выдаче сформированного мыслью товара. Манаан в этом плане отстал.

К киоску нетвердой походкой подошел мужичок, что-то купил, отправился прочь. Зашевелилась на заднем сиденье Бернарда. Издала сонный звук, через секунду потянулась.

– Мы… тут… – Ей понадобилось несколько секунд, чтобы сориентироваться. – Все датчики…

– Установлены. Работают.

Открыл глаза Рен. Проверил процесс сканирования, не обнаружил надписи «завершен», глаза прикрыл. Мак знал, что он и с закрытыми глазами видит местность, как наяву, что ощущает невидимые течения людских эмоций, отлично улавливает агрессию. И,