Заветное желание Его Темнейшества - Евгения Рарог

Компании было скучно. Очень. Выпитое дешёвое вино пьянило, вводило в кураж и требовало выхода. И вот уже Глен, словно бы случайно, наступает Августу на ногу, закидывает руку на плечи и ухмыляясь, дышит перегаром прямо в лицо. Август всё еще не намерен вступать в конфликт, и морщась, пробует просто скинуть руку Глена, но тот держит крепко. Глен выше и мощнее. Рядом раздаются смешки и ехидные замечания. Рамон держится в стороне, но явно руководит весельем. В Августе поднялась волна раздражения. Как смеют они так провоцировать, его, Повелителя теней. Его, который, одним движением руки лишил жизни почти полмира. Подножка Глена стала последней каплей, переполнившей терпение Августа. Глен сильнее, но Август знает куда и как бить. И Глен медленно оседает на землю держась за правый бок и хватая ртом воздух.

— Ах, ты ж, сука…

Слышит Август и поворачивается к говорящему. Пара точных ударов, и тот замолкает, сгибаясь пополам. Разум Августа пуст и спокоен. Раздражение ушло, освободив место холодной ярости. Тело двигается само, управляемое знаниями, впитанными за годы, уходя от неловких ударов и выбирая самые болезненные места на теле противников.

Август остановился, когда вся компания стонала и валялась на земле. Мышцы и суставы ныли от неожиданной и непривычной нагрузки. Он молча обвел взглядом лежащих на земле, нашёл Рамона. Навис над ним. Тощий Август сейчас казался Рамону ошеломляюще огромным.

— В следующий раз я тебя убью… — равнодушно и тихо сказал Август.

Рамон сглотнул, но не пошевелился. Он сразу и безоговорочно поверил в угрозу Августа. Холод в голосе дополнял смысл сказанного, делая слова на редкость убедительными. Он смотрел вслед уходившему Августу. Огромная, вышедшая из-за деревьев луна ярко освещала дорогу, но прятала в тени и лицо Рамона, и ненависть в его глазах. Рамон поднялся, вытер кровь с лица. Растянул губы в ухмылке, но сразу же сморщился. Разбитая губа болела. Ничего… Он сделает жизнь Августа невыносимой. Для этого совсем не обязательно идти в прямое противостояние. Есть огромное количество других способов. Август даже не узнает, кто будет стоять за всем.

Рамон не стал ждать, когда его «приятели» придут в себя. Он в одиночестве шёл к храму, вынашивая план мести, который позволит ему остаться в тени. Наметив основное, он решил зайти через другие, восточные ворота. Нужно было встретиться с одним из стражей. Рамон решил отомстить через Рию. Самого важного человека в жизни Августа. А для этого нужно было кое с кем поговорить.

Тень от каменной стены вдоль которой шёл Рамон скрывала тропинку, но он хорошо знал дорогу. Настолько хорошо, что не боялся запнуться. Зависть, самоуверенность, ненависть не лучшие попутчики для человека. Размышляя о мести Рамон не заметил, как тень впереди стала гуще. Он полностью погрузился в мысли и пропустил удар в лицо. Пришедшийся ровно туда же, куда ударил ранее Август. Голова взорвалась болью. Рамон отступил на шаг, стараясь удержаться на ногах. Второй удар под дых, заставил скрутиться и хватать ртом воздух.

Луна, выглянувшая из-за облаков, осветила лицо нападавшего и, словно испугавшись, скрылась снова.

— Ты чего…

Новый удар по челюсти не дал назвать Рамону имя нападавшего, опрокинув его в траву. Следующий удар пришёлся по печени. Нога била без промаха. Боль полностью заполнила Рамона, не давая вдохнуть ни грамма воздуха. Удары в лицо сыпались один за другим. Рамон, защищаясь, инстинктивно вскинул руки. Это не помогло. Кроваво-красная боль заполняла каждую клеточку тела. Перед смертью он успел услышать влажный хруст собственного черепа. Дёрнулся в последний раз и замер. Нападавший брезгливо вытер запачканную кровью руку об одежду Рамона, встал, покрутил запястьем, разминая сустав.

— Если хочешь сделать хорошо, надо делать самому, — пробурчал он себе под нос и растворился в тени.

Глава 12

Следующим утром Августа рано вытащили из постели.

— Он! Это он! — вопил Дирк, тыкая в Августа обгрызенным ногтем.

Сонный Август не мог сообразить кому и что от него надо. Он совершенно вымотался вчера. Восстановиться за ночь он не успел. Непривычное к тренировкам тело ныло. Мышцы пронзило болью, когда ему вывернули назад руки. Под громкие вопли Дирка, Валенс и Нейл вывели Августа из общей спальни.

— Заткнись, Дирк, — поморщившись, бросил ему Валенс, — прибереги голос для префекта.

Дирк послушался и умолк, но далеко не отходил. Август заметил торжествующий вид Дирка и решил, что Рамон таким образом мстит ему за вчерашнее. Драки были запрещены, но Август не беспокоился. Вчера компания была навеселе, а этот проступок карался жестче.

— Что происходит? — на всякий случай решил спросить Август. Нужно было подтвердить свои догадки.

— Иди, — грубо подтолкнул его Нейл, и на вопрос не ответил.

Августа приволокли в одну из кельев восточного крыла, находившихся за казармой. Выход оттуда был только один, через казарму, где всегда был кто-то из стражи и поле для тренировок. Кельи, как им и полагается имели одно крохотное окно, под самым потолком. Его и окном-то было нельзя назвать. Скорее лаз для вороны. Не келья — камера. Перед уходом Валенс задержался у дверей и не оборачиваясь бросил:

— Не ври, префекту, Август.

С лязгом грохнул навесной замок. Ключ в нём повернулся с противным скрежетом. Его давно не использовали. Август остался один.

Храм гудел как переполошённый улей. Рия, беспокойно высматривала Августа. Обычно не отлипавший от неё и проводивший каждую свободную минуту с ней, он вчера даже не объявился. Тётушка Бринна немного успокоила её, сказав, что видела Августа утром. Но и к вечеру Рия Августа не нашла. Занятая с самого утра поисками Августа девушка не обращала внимание на разговоры.

— …убили…

Услышала она отрывок разговора и догнала идущих впереди служительниц.

Женщины в храме, как и везде оставались собой. Они любили посплетничать и пообсуждать окружающих. Всё женщины одинаковы. Кроме жриц. Те уходили от мира, запирались в храме и в своём внутреннем мире, чутко прислушиваясь к голосу богини. Служительницы же жрицами не являлись, они скорее были прислужницами. Выбирали их из тех воспитанниц, кого, на двадцатый день рождения, обошла своим вниманием Айне и которые так и не вышли замуж. Повод для обсуждения сегодня был громкий.

— Кого убили, Ниса? — догнала женщин Рия.

— Ты что, не знаешь? — всплеснула та руками. — Рамона убили. Сегодня ночью. Да говорят избили сначала сильно. Еле узнали его, и то, по одежде.