Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

портить себе настроение. — Бедный Ганс… так старался… но упал в кошмар… да какой я рыцарь… если не смогла его спасти… все время его попрекала… а сама, извращенка… с подушкой обнималась… представляла, что это он… так мне и надо, дурынде!.. надо было сдаться… так бы хоть поцеловались… а что теперь? Пинком под зад теперь… кому нужна утопленница… влюбленная в принца?.. Леснику… уйду к тому страшному леснику… и буду с ним жить…

— Мне начинать ревновать? — со смешком спросил я.

— Ну вот, опять… — Кая почему-то подняла голову вверх и погрозила грезе крылом. — Отстаньте! Не нужен мне ваш принц! У меня свой есть! Точнее нет уже…

Она вздохнула тяжело, опустила крыло и продолжила, бормоча глупости, резать путы. Я фыркнул от смеха. О боже господи, за что мне все это?! Фыркнул, подошел к девушке, клацая костями, и, сев на пол за ее спиной похлопал по плечу.

Сипуха обернулась на меня обиженно.

— Я уже сказала, что мне нужны не настоящие принцы, — сказала она. — Иди обратно в грезу откуда пришел и скажи им, что я не вернусь.

— А настоящие нужны? — весело спросил я.

— Конечно нужны, — пробурчала сипуха, отвернувшись. — Но настоящим не нужна я.

— А если бы нужна была, что тогда? — спросил я.

— Ну… — девушка замялась, сцапала целую охапку ниток и принялась их кромсать, пока они не перестали срастаться. — Не знаю. Что там делают всякие глупые парочки?! На лодке катаются, гуляют, конфеты лопают, целуются по темным углам… эх…

Птичьи плечи ее поникли, но момент грусти продлился не долго, и она зло отбросила к стене кинжал — резать им было больше нечего.

— Я ведь так это всегда ненавидел! — сказала она с чувством. — Всегда идиотами таких людей считала! Гадко же, когда они вот так сидят и милуются, носами тыкаются! Фу! Гадость какая! И сама — туда же!

— Слушая, я тебя не понимаю, — хмыкнул я. — Так что ж ты тогда хотела настоящему принцу сказать, как вы вернетесь?

— Да что-что… — вспышка негодования ушла так же быстро, как пришла. — Хотела сдаться и… не знаю. Может, я себе надумала, но вроде я ему нравлюсь. Может просто поиграет и бросит… а может и нет. Голова взрывается от этого, почему нельзя просто взять и честно сказать?! Думала — ну и ладно. Ну поиграется и бросит — так хоть чуть чуть девушкой побуду. А то так и умереть старой девой не долго! И Отна еще, дура, все меня подначивала. Признайся, Кая, смотри как он на тебя пялится, че ты такая трусиха, — очень похоже передразнила коллегу сипуха. — А я что?! А я совершила такую дурацкую… хрень, что теперь меня пинком и под зад…. к леснику…

— М… может выйдешь и проверишь? — предложил я. — Наверняка принц там с ума сходит от беспокойства.

— Да он же утонул! — возмутилась Кая. — Нет, я сейчас встану и пойду искать ныряльщика…

— А вдруг не утонул? — еле сдерживая смех, спросил я. — И что же, зря энергию потратишь?

— Ну… — надулась, взъерошив перья сипуха. — Страшно выходить. А вдруг я выйду — а меня там уже из замка выставили?

— И что же, будешь сидеть здесь пока тело от голода не умрет? — уточнил я.

— Нет, — буркнула Кая, а потом поднялась тяжело на ноги и посмотрела на меня сверху вниз. — Шел бы ты отсюда? Сказала же уже — грезы мне не надо,

— Мне тоже не надо, — сказал ей я. — Хотя жаль. Я-то думал, что там круто. А, как оказывается, не очень. Ну и не пойду, раз тебе не понравилось. Ну его.

Кая остолбенела. До нее, видно, наконец дошло, что я мог оказаться и не грезой. Она подняла крылышки и закрыла их изгибами глаза, втянув шею.

— Ваше высочество, только не говорите, что вы все слышали… — голос ее был полон стыда.

— Какое высочество? — весело уточнил я. — Не вижу здесь никаких высочеств.

Сипуха выглянула из под крыла и посмотрела на меня с опаской. Я скрестил руки на груди и принял как можно более строгий вид.

— Эх ты, рыцарь-сныцарь, — поругал ее я. — Как ты могла только на курорт без разрешения умчаться, а? Всех перепугала, чуть в кошмар своего принца не упустила! Ну все, премии тебе точно не видать в этом месяце. А с работы тебя никто не отпускал. Так что отставить саму себя увольнять.

— Правда? — чуть расслабилась Сипуха. — Вы на меня не злитесь?

— Злюсь, — я бы улыбнулся, если бы мог. — А сейчас выйди уже. Покусаю тебя немного и прощу.

— П… покусаете? — удивленно наклонила голову к совиному плечику она.

— Покусаю, — согласился я. — Встретимся во льдах.

И с этими словами я вышел. Вышел и, быстро проверив комнату на наличие людей, подгреб сонно хлопающую глазами сипуху к себе. Подгреб, навалился на нее, и, пока она еще толком не очухалась, поцеловал в губы. Девушка опешила, но за что я ее люблю — она всегда умела быстро собраться. И на этот раз собралась. Правда, целоваться она не умела от слова совсем. Зато за шею обняла и притянула к себе с таким рвением, что я понял — человек хочет учиться. Ну хоть чему-то я мог научить ее, а не она — меня.

Неумелый, но такой желанный поцелуй прервался, и я ткнулся ей носом в шею, намереваясь выполнить свою угрозу и покусать так, чтобы засосы пришлось прятать. Но девушка неожиданно выдала:

— Сон… вы ведь меня точно с работы не выгоните?

Я посмотрел на нее, попытавшись вложить в этот взгляд все свое негодование.

— Выгоню, — сказал я уверенно. — Если не перестанешь называть меня на “вы” и портить такой важный момент.

Кая покраснела и глупо улыбнулась.

— Ладно, я как всегда не с того начал, — вздохнул тяжело я. — Вот ведь… каждый раз забываю, что до того, как лезть целоваться, стоит сначала объявить девушке четко и ясно, что она теперь — моя. Иначе все почему-то начинают сомневаться, думать, что вас используют и все такое…

Я весело улыбнулся и прижался своим лбом к ее лбу.

— Кая, я принимаю твои чувства, — чуть официально и занудно сообщил ей я. — Не согласишься ли ты быть моей…? Не знаю, как это тут по вашему называется. Любовницей? Фавориткой? Подругой сердца? В общем, парой. Обязуюсь катать тебя на лодке, кормить конфетами и целовать по темным углам. А, ну и еще не крутить шашни с другими девушками и не ходить в гарем. Что скажешь?

— Предложение принимается, — воровато прищурилась сипуха.

И снова притянула меня за поцелуем —