Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

— А что тут сделаешь? — пожал плечами Элдрин. — Они это должны решить сами как-то.

Настроение у нас несколько снизилось, кто ж знал какие проблемы принесет нам появление драконов.

После обеда я отправилась в лабораторный корпус на занятие по артефакторике. Сопровождал меня уже Элдрин. Когда мы вышли из столовой, впереди увидели быстро шагающую Кирану, а следом за ней не отстающего и злого Ривена Локрейна, выговаривавшего ей что-то по пути. То, что они рассорились, было заметно. Кирана явно не желала слушать парня, а тот не сдавался, при этом выглядел весьма решительно. Поскольку шли они перед нами, мы какое-то время наблюдали, как парень пытался остановить Кирану и насильно обнять и поцеловать в несколько хамоватой манере, а та весьма решительно вырывалась. Когда же маг-оборотень дернул девушку весьма грубо и попытался ее удержать, сжав лицо рукой, Элдрин не выдержал и громко свиснул, привлекая внимание.

— Эй! — крикнул он. — А ну поумерь свой пыл!

— Тебе какое дело, Ризгас? — обернулся тут же маг.

Кирана тем временем воспользовавшись тем, что парень отвлекся, вырвалась и убежала в сторону общежития. Маг проводил ее взглядом и злобно уставился на дроу. Мы как раз поравнялись с ним.

— Никакого, — ответил Элдрин улыбаясь, — я конечно тоже люблю, когда девушки немного сопротивляются, но не путаю с тем, когда они против.

Маг находившийся в агрессивном настроении, еще больше разозлился.

— Тебе зависть диктует вмешиваться в чужие отношения? — Ривен перевел злобный взгляд на меня. — Иди, и со своими девками отношения выясняй.

— Ты кого имеешь в виду, ущербный? — теперь уже Элдрин завелся и угрожающе подобрался. — Скажи, и я решу, как сильно ты пострадаешь!

Адепты, проходящие мимо нас, стали останавливаться и прислушиваться к ссоре мага и проклятийника. Что может быть лучше, для юного поколения магических существ, мучаемых одолением твердого гранита науки и терзаемых тяжелым учением, как не ссора боевиков?

— Обломишься, дроу, и на таких как ты своя управа найдется!

— Ты что ли? — усмехнулся Элдрин. — Да у тебя мозги ушли в… гантели, — успел исправиться дроу, посмотрев на меня.

— Так и быть, ты сам напросился, Ризгас, — выплюнул маг, сжимая кулаки, — сегодня на тренировке — спарринг: ты и я. Надеюсь, ты поймешь, что не все в этой жизни решается с помощью титула.

— Оˊкей, — улыбнулся дроу, — а ты — что не просто так у нас имеется титул. Но только спарринг — до тренировки, не хочется пропускать занятие.

Маг развернувшись ушел своей дорогой.

— Элдрин, он маг пятого курса, и Стомиан говорил, что очень способный, — заметила я, сомневаясь, что нужно было эту ссору доводить до поединка.

— Так это же и прекрасно, конфеточка, — улыбнулся мне Элдрин пребывая в отличном настроении. — Неужели сомневаешься во мне?

На самом деле я видела Элдрина в поединках только со Стомианом и Корином и это скорее были дружеские бои. Ребята явно знали возможности друг друга и работали над недостатками. Посмотреть на бой хотелось.

— Нет, — ответила я. — Но переживать буду. Мне же можно посмотреть?

— Естественно, — еще шире улыбнулся дроу. — Ты же все равно не равнодушна ко мне.

Обняв меня за плечи, Элдрин повел в сторону лаборатории.

— Неужели твоя подружка, наконец раскусила подгнившую натуру мага-«искателя справедливости»? — задал он риторический вопрос. — Как думаешь?

— Не знаю, она все еще не общается со мной, — призналась я.

— Если бы Тирел не был упрямым идиотом, отягощенным детскими травмами, все бы так не повернулось, — вздохнул он. — Знаешь, кто всегда больше всего осуждает недостатки других?

Я отрицательно покачала головой.

— Тот, кто сам больше всего грешит, и в какой-то момент вдруг решает стать правильным и честным.

Мы дошли до корпуса и поднялись на этаж артефакторов, где занятия уже ждали мои сокурсники, став в стороне от остальных. На дроу косились девушки, кокетливо улыбаясь.

— Ты намекаешь на Тирела? — удивилась я.

— А на кого же еще? — расцвел дроу, заметив заинтересованные взгляды. — Ты ведь поди не знаешь, что наш «праведник» раньше учился на факультете проклятий в военной академии Рхага? Представь себе, что ему — со светлой искрой, приходилось делать, чтоб не выгнали за профнепригодность? Он всеми силами всегда пытался доказать своему отцу и клану, что является достойным наследником и одним из сильнейших. То, что его батюшка вдруг выдал ему лицензию на убийство именно тогда, когда он плюнул на все и перестал пытаться кому-то что-то доказать, и когда она ему больше не нужна — это как насмешка судьбы. Уж сколько раз Тирел раньше его просил и умолял об этом.

Я была вынуждена признать, что действительно не знаю о своей команде практически ничего: о семье Стомиана, об Элдрине и о Тиреле.

— Он не доучился? — поняла я.

— Нет, ушел с третьего курса, — подтвердил дроу. — А через год поступил на лекарский факультет уже в столичную академию. И начал все с нового листа. Заметь! Посредственный проклятийник стал прекрасным лекарем. Магистр Фиарель пророчит ему великое будущее и обожает, за то, что он всего по одной капле крови может установить, чем когда-то болела и болеет сущность. А его обоняние помогает определить наличие в крови зелий и разбирать их состав до мельчайших составляющих. Вампиры были бы непревзойденными лекарями, если бы им была свойственна белая магия. Но Тирел такой один.

Открылась дверь лаборатории и нас пригласили в аудиторию.

— Иди, покажи всем неудачникам, почему мы — главы всех домов Риордании, — подмигнул мне с улыбкой темный эльф.

Пафосность последних слов Элдрина меня немного позабавила. Но зато снова появилось хорошее настроение.

Занятие у нас сегодня вел магистр Сомерсет. Декан более официально представил курсу нового адепта и выдал ему отдельное задание, в качестве зачета. А мы получили задание сделать артефакт или амулет, сохраняющий одежду у двуликих сущностей. Простой в изготовлении, но тем не менее весьма востребованный и часто покупаемый в лавках.

Все расы, которые имели вторую ипостась, при превращении теряли одежду. Она просто рвалась. Артефакты или амулеты, помогали буквально не остаться с голым задом при обратном превращении. Понятное дело, что те, кто не мог купить себе такой, вынуждены были до превращения раздеваться и таскать потом одежду в специальной сумке. Это для них было унизительно и не удобно. Поэтому на первое превращение родители обычно делали подарок своим чадам в виде такого артефакта. Ну, а качество сделанного изделия влияло на ткань. Дешевые амулеты сохраняли одежду плохо, она истончалась и приходила в негодность очень быстро. А вот дорогие и качественные артефакты, сохраняли свойства даже самой дорогой и тонкой ткани