Испытание любви - Диана Гамильтон

– Итак, – сказал Джеймс, ставя пустую чашку на поднос. – У нас теперь очень много дел. Нам нужно поработать над сделкой с «Росси». Проверь, не обманул ли нас Хью и в этом деле. Затем собрание руководителей отделов. Назначь его на десять. Хорошо, Лив? Сделай так, чтобы пришли все. Нам придется назначить нового директора по реализации. Кого – молодого Фостера или Лиама Гриффица? А может быть, кого-нибудь со стороны? Надо подумать. На этот раз нам нельзя ошибиться. Итак, пока мы не заключили сделку с «Росси», нам с тобой придется взять всю работу на себя.

Оливия похолодела. Когда она поднялась, ноги ее не держали. Она подтолкнула файл по столу к Джеймсу, собираясь пойти к себе и заняться собранием.

– Тебе придется назначить себе нового помощника, – сказала она, чувствуя угрызения совести – как-никак совершала своего рода предательство. Но самое главное – ее преданность Натану, и она ни о чем не сожалела. – Извини, Джеймс. Я знаю, тебе тяжело. Но работа Натана связана с постоянными разъездами по всему миру. Он хочет, чтобы я была с ним, и, естественно, я тоже этого хочу. – Она увидела его сердитые глаза. – Конечно же, я отработаю положенный месяц, и надеюсь, к тому времени все уладится.

– Сомневаюсь. – Он тяжело опустил руки на стол и посмотрел на файл «Росси». – Если мы не получим итальянский заказ, а это лишь верхушка айсберга, и не найдем новые заказы взамен упущенных моим дорогим братцем, нам – конец. Тут не просто вопрос сокращения рабочих и служащих, хотя и это очень плохо. Нам грозит банкротство.

– Я ничего не знала об этом! – Оливия снова села. Да, она знала, что компания теряет заказы. Но не до такой же степени! Компания была на грани катастрофы! Очень многое произошло за те два месяца, пока она отсутствовала.

– Здесь все бурлило, в то время как ты наслаждалась медовым месяцем, – признался Джеймс. – Нам придется работать, засучив рукава, чтобы снова встать на ноги. – Он посмотрел ей прямо в глаза. – Я очень на тебя надеюсь. Ты – моя правая рука. Ты умеешь управлять этим бизнесом не хуже меня. Ты мне нужна, Лив. Ты должна быть рядом со мной, если мы хотим одолеть это испытание. Можешь растянуть этот месяц до шести? Через полгода, с твоей помощью, я снова запущу эту махину.

Что она могла ответить? Оливия закусила нижнюю губу и вздохнула. Они так долго работали рука об руку. Джеймс и Ванесса были рядом с ней после смерти Макса. Поддержали ее, помогли ей подняться. А еще раньше, когда она была простым секретарем в бухгалтерии, именно Джеймс заметил ее способности, стремление получать новые знания и навыки. Он стал продвигать ее по ступенькам должностной лестницы, и в конечном итоге она достигла вершины: стала его личным помощником. Он доверил ей все тайны управления компанией. Могла ли она подвести его после всего?

Закрыв глаза, она быстро обдумывала ситуацию. Она и Натан проведут вместе всю оставшуюся жизнь. Что в таком случае значат какие-то шесть месяцев? Поймет ли ее Натан, когда она объяснит ему сложившееся положение?

– Шесть месяцев, – согласилась она в надежде, что поступает правильно. – Я тебе многим обязана. – Увидев облегчение в его глазах, она поднялась и взяла поднос. Как же ей сказать Натану об изменении планов? Он поймет, повторяла она себе снова и снова. Конечно, поймет. Он ведь не ребенок, не станет закатывать истерику, если что-то делают не так, как ему хочется.

Двухчасовое собрание прошло успешно. Во время длительных дискуссий обсудили, как наилучшим образом организовать работу в отделах, как привлечь новые заказы. Непривычно серьезная Молли вела протокол. Менеджеры с озабоченными лицами покинули зал, чтобы сообщить новости в своих отделах.

Вернувшись из зала заседаний, Джеймс открыл файл "Росси".

– Начнем? Нам нужен Фостер, чтобы пройтись по стоимостям и выяснить, какую смету внес Хью. Если она завышена, то ее придется пересчитать.

Оливия подвинула стул к краю стола, открыла блокнот, и они с головой окунулись в работу, внимательно изучая те разделы, которые следовало проверить. Они обменивались идеями, делали различные предположения и совершенно забыли о времени, которое летело незаметно. Вдруг дверь кабинета распахнулась.

– В ваших приемных нет ни души. Надеюсь, я не помешал? – раздался холодный голос Натана.

Оливия подняла голову. Сердце ее бешено колотилось. Лицо пылало. Она не могла справиться с охватившим ее чувством вины. Она взглянула на часы, стоявшие на столе. Половина второго. Она должна была встретиться с Натаном полчаса тому назад. Какой ужас!

– Нат, извини. Возникли неотложные дела. – Оливия вскочила. Она понимала, что ее суетливость может быть неправильно воспринята. Сцена, которую застал Натан – Оливия и Джеймс сидят очень близко за столом, склонившись над горой бумаг, – может быть им оценена не так.

Ее поспешное извинение не произвело никакого впечатления. Прищуренные серые глаза оставались холодными, выражение лица – агрессивным.

– Монро. – Оливия представила мужа Джеймсу, стараясь хоть как-то разрядить обстановку.

Джеймс поднялся и протянул руку. Его улыбка была дружелюбной и радостной. Казалось, он забыл о своих заботах и тревогах.

– Рад, наконец, с вами познакомиться, несмотря на то, что вы пытаетесь забрать у меня Лив.

Не самое удачное, что он мог бы сказать в данных обстоятельствах, подумала Оливия. Сердце ее ушло в пятки. Ну да ладно, мысленно извинила его она. Натан медленно шагнул вперед и лишь коснулся протянутой руки.

– Никаких попыток, Колдвелл, – поправил он Джеймса жестким тоном. – Я уже одержал победу. Еще один короткий месяц – отсчет начинается сегодня, – и моя жена для вас станет воспоминанием.

Джеймс был явно сбит с толку. Оливии стало не по себе, когда она заметила в его синих глазах злость. Он не понимал, чем вызвано подобное враждебное настроение Натана, так как ничего не знал о лжи, которую слышал Нат. И не подозревал, что разжигает в Натане ревность, которую тот изо всех сил старался обуздать. Ревность до добра не доведет, подумала Оливия. А виной всему – ее глупость. Как она могла забыть о времени! Почему ничего не сказала Джеймсу о грязных измышлениях его брата?

Но сейчас было уже слишком поздно. Оба мужчины ощетинились. В любой момент Джеймс мог сказать, что Нат ошибается, что он уже убедил, Лив продлить срок до шести месяцев, и она согласилась. Никаких проблем…

– Мы должны спешить. – Оливия схватила мужа за руку, но почувствовала его сопротивление. Оливии потребовалось даже приложить некоторое усилие. – Надеюсь, ты заказал наш обычный столик? Они не станут бесконечно держать его! – беспомощно бормотала она.

Глаза ее умоляли Джеймса молчать, не говорить ничего. Она продолжала тянуть Натана за руку. Наконец он повернулся и пошел за ней из кабинета. Однако никакого облегчения Оливия не почувствовала: обед с мужем не сулил ей ничего приятного.