Испытание любви - Диана Гамильтон

– Ты хочешь получить ответ? – И он ответил ей – хотела она того или нет, – страстно прильнув к ее губам, всем телом прижимая ее к двери и прерывисто дыша.

Оливия обмякла в его объятиях. Это произошло само собой, будто ничего другого и не могло произойти. Она уже гладила его мягкие густые волосы, с жадностью раскрывая губы навстречу его упоительному поцелую.

Спустя несколько мгновений его руки и губы стали ласковее и мягче. До тонкости зная ее тело, зная каждый оттенок ее настроения и степень ее желания, Натан возбуждал ее все больше и больше. Пальцы Оливии скользнули вниз под его майку и стали гладить упругий, плоский живот. Оливия слышала глубокое дыхание Натана. Ее рука ощущала напряжение его мышц. Желание бурлило в нем, выплескиваясь наружу. О, как хорошо они понимали друг друга!

– Любовь моя, – шептал Натан, – сколько удовольствия ты мне доставляешь!..

В упоении она провела пальцами по его раскрытым губам. Затем ее рука медленно опустилась, лаская его красивое тело, наслаждаясь каждой его клеточкой. Потом так же медленно Оливия стала расстегивать перламутровые пуговицы своей блузки. Одну за другой. Блузка упала с ее плеч. Не сводя глаз с Натана, Оливия неторопливо тонкими пальцами дотронулась до расположенной впереди застежки шелкового кружевного лифчика.

– Волшебница! – не выдержал он, беря на себя эту небольшую приятную обязанность.

Движения его были легки и уверенны. О, эти отяжелевшие округлости! Какое-то мгновение он любовался ее красотой. Глаза его горели. Затем он сорвал с себя майку и прижал Оливию к груди. Волнение, передаваясь от одного к другому, все сильнее разжигало их страсть.

– Здесь нам не о чем спорить, моя дорогая, – прошептал он, целуя ее шелковые волосы. – Только ты и я. – Взяв Оливию на руки, он понес ее в постель.

Оливия лежала в мягкой постели. Ей было тепло, уютно и покойно. Тело ее, насытившись любовью, блаженно расслабилось, а влажные губы все еще ощущали вкус страстных поцелуев Натана. За окном был радостный солнечный летний день.

Вытащив руку из-под покрывала, Оливия коснулась того места, где ночью рядом с ней был Натан. Она, должно быть, спала всего пару часов, подумала Оливия, улыбаясь. Приходилось только удивляться запасу жизненных сил Натана. Как он мог работать после бессонной ночи?! Да, в этом ему не было равных.

Сейчас она примет душ, оденется, а потом пойдет и вытащит Натана из его кабинета, небольшой комнаты, оборудованной новейшими электронными приспособлениями, которые позволяли ему быть в курсе событий на всех мировых финансовых рынках, связаться с кем угодно, когда угодно и где угодно.

Оливия вновь закрыла глаза. Вначале ей надо собраться с мыслями. Спокойно во всем разобраться.

Первое: никогда прежде в поведении Натана не было и намека на мужской шовинизм. Он появился вместе с вопросом об ее уходе с работы. С самого первого дня их знакомства Натан, прежде всего, заботился о ней. Он делал все, чтобы ей было хорошо, уютно, комфортно, чтобы жизнь доставляла ей только удовольствие.

После горестных лет, прожитых с Максом, когда абсолютный эгоизм и самовлюбленность были нормой, внимание Натана, его нежная забота стали для Оливии полным откровением, перевернули ее представление о браке, об отношениях мужчины и женщины. С Натаном она чувствовала себя в безопасности. Ее баловали, ею восхищались, ее любили.

Второе: даже когда они начали сердиться друг на друга, когда он сказал ей, что хочет, чтобы она оставила работу и поставила крест на карьере, которой было отдано столько сил, – даже тогда он намеренно сгущал краски. В глубине души Оливия не сомневалась, что сумеет убедить его и, в конце концов, он поймет, что она не может просто так бросить работу, которая очень много значила для нее на протяжении стольких лет. Нельзя предпринимать подобный шаг, хорошенько его не обдумав.

Но все изменилось после того, как Натан услышал слова Хью в ночном клубе.

И это факт номер три.

Ядовитые семена были посеяны. Ее задача заключалась в том, чтобы не дать им взойти.

Выскочив из постели, Оливия взяла свежее белье и отправилась в душ.

Когда Натан спросил ее, лгал Хью или говорил правду, она почувствовала себя обиженной и оскорбленной. Но, понимая и свою собственную вину, Оливия стала остро реагировать на любое сказанное слово, тотчас занимая оборонительную позицию.

Надо попытаться встать и на место Натана, думала Оливия, посмотреть на произошедшее его глазами. Быстро надев зеленую хлопчатую рубашку и любимые узкие белые джинсы, она отправилась на кухню приготовить чай.

Когда-то, отвечая на вопрос Натана, какой бы она хотела видеть кухню, Оливия сказала: "В стиле кантри".

– Желание дамы – закон, – заявил он, целуя ее после каждого сказанного им слова, не обращая внимания на присутствовавшего здесь дизайнера. Обняв ее, он добавил: – Закон, понятно? Стоит леди только захотеть, ее желание туг же будет исполнено. – Его рука скользнула вниз по спине и остановилась на ее соблазнительных округлостях. Натан еще крепче прижал Оливию к себе, чем привел ее в бешеный восторг. Оливия знала, что, как только дизайнер удалится за дверь, Нат займется с ней любовью прямо здесь, на голых досках в еще не обставленном доме, который очень скоро должен был стать их гнездом.

Что за прекрасные воспоминания! Из всех богатств они были самыми дорогими и самыми лучшими, подумала Оливия. Они были бесценны. Глаза ее сияли подобно звездам.

Она расставляла на подносе чашки и чайник, когда Натан подошел к ней, обнял и прижался к ее спине.

– Я думала, ты работаешь. – Она повернулась к нему вполоборота и уткнулась в плечо, вдыхая его терпкий запах.

– Работал. – Он опустил подбородок на ее макушку, а длинные пальцы заскользили по ее груди. – Но потом у меня возникла прекрасная идея принести тебе в постель чашку чая и таким образом помочь тебе проснуться. Ты бы меня поблагодарила, а я в ответ на твою благодарность смог бы угостить тебя гораздо более вкусными вещами, чем чай. Ночью ты заснула прямо на мне, помнишь?

– Только когда мы оба были уже без сил, – тихо ответила она со смехом.

Его напрягшаяся плоть, ласкающие ее грудь руки – все говорило о намерении заняться любовью. И снова Оливия поплыла на волнах желания, забывая обо всем на свете…

Опомнившись, она неожиданно резко оттолкнула Натана от себя. Как же она могла так забыться! Выключив кипящий чайник, Оливия повернулась к Натану. На ее вдруг побледневшем лице ярко горели потемневшие серьезные глаза.

В улыбке Натана, в его взгляде была твердая мужская уверенность. Он не сомневался, что она прервала столь интимный момент только из-за кипящего чайника и снова бросится в его объятия. Натан протянул к ней руки, но Оливия не сдвинулась с места.