Таинственная леди - Элизабет Торнтон

Все произошло так, как Джо и ожидала. Леди Бринзли не принимала, а леди Лэнгстон тепло встретила ее, хотя служанка весело предупредила, что сейчас не лучшее время для визита. Рабочие в оранжерее проводят замеры для установки новой, усовершенствованной, системы обогрева. Но ее светлость никогда не отказывалась принять гостей.

– Какие новости о Хлое? – первым делом спросила леди Лэнгстон, войдя в комнату.

– Ничего определенного. – Джо знала, что ей надо быть крайне осторожной. Она боялась сказать что-нибудь лишнее, чтобы не поставить под угрозу план Уолдо заманить Мордена в ловушку. – Ходят слухи, что она в Париже.

– Я тоже об этом слышала.

Ее светлость сказала это с таким грустным видом, что Джо не удержалась и спросила:

– Но вы в это не верите?

– Как и все ее друзья, я надеюсь, что это правда. Но не могу отделаться от ощущения, что с ней случилось что-то ужасное. И Элинор со мной согласна.

– Элинор? – Джо даже выпрямилась в кресле. – Вы имеете в виду леди Бринзли?

Леди Лэнгстон кивнула:

– Вы разминулись с ней буквально на несколько минут. Она помогает мне спланировать переустройство оранжереи. Я хочу установить систему обогрева, такую же, как у нее, на манер древних римлян. Но думаю, что это обойдется слишком дорого. У римлян всю работу делали рабы, а мне придется платить строителям.

Джо хотелось поговорить о леди Бринзли, а не об оранжерее. Леди Лэнгстон, если не перевести беседу в другое русло, может проговорить о своем хобби до вечера. В этом ее светлость похожа на Харпера. Они оба фанатично преданы своему увлечению.

– Мы можем многому научиться у древних римлян, – неопределенно сказала Джо.

– И Элинор так говорит.

Именно к такому повороту темы Джо и стремилась.

– Леди Бринзли так хорошо себя чувствует, чтобы наносит визиты? Я слышала, что она не принимает и не выезжает.

Леди Лэнгстон рассмеялась:

– Если бы вы выращивали редкие растения или были членом садоводческого общества, она бы тут же вас приняла. Но, честно говоря, Элинор не слишком здорова. Она не любит Лондон, и если бы не обязанность организовать прием и тому подобные мероприятия в честь невесты сына, вряд ли бы она приехала в город.

Джо ничего не сказала и только задумчиво посмотрела на леди Лэнгстон.

– Что-то не так? – спросила ее светлость.

– Нет-нет, – улыбнулась Джо. – Просто я так надеялась поговорить с леди Бринзли о Хлое, но ее горничная всегда отвечает мне, что ее светлости нет дома.

– Теперь вы знаете почему.

– Она снова к вам приедет? Тогда, если позволите, я бы тоже заехала и встретилась с ней у вас.

Леди Лэнгстон улыбнулась, и на ее пухлых щеках заиграли ямочки.

– Мы сделаем лучше, – сказала она. – Завтра я возьму вас с собой, если у вас найдется свободное время. Мы все собираемся в Бринзли-Холл посмотреть парки и сады. Нас пригласили остаться на ночь, но при желании вы всегда можете уехать. Это недалеко. Выехав до обеда, вы вернетесь домой к позднему ужину.

– Кто еще приглашен в Бринзли-Холл?

– Члены нашего маленького кружка. Все мы заядлые любители растений, но нас не много. Уверена, Элинор будет рада вас видеть. Один знаменитый садовник – никак не могу вспомнить его имя – собирается рассказать нам о ландшафтном дизайне. Не упускайте этой возможностей. Там все будет без церемоний.

Вежливость требовала отклонить это предложение. Явиться на частный прием без ведома хозяйки дома было крайней дерзостью. Но узнать, что случилось с Хлоей, важнее соблюдения правил этикета. Не говоря уж о соблазне поговорить с людьми, присутствовавшими на той встрече. Джо не могла отказаться.

Леди Лэнгстон разрешила ее сомнения:

– Приглашены члены нашего общества и его друзья. Так что никто не сочтет ваше присутствие странным.

– Спасибо, – сказала Джо. – Я с удовольствием поеду.

– Кто знает, – улыбнулась леди Лэнгстон, – возможно, мы вас заразим своим увлечением и примем в свои ряды.

Пока не подали чай, Джо старалась переводить разговор от садоводства к Хлое. Дипломатические уловки тут не годились, поэтому Джо прямо задала свои вопросы. Но леди Лэнгстон сказала то же, что и при первой встрече. Она не знала ни об экипаже, ни о дневнике Хлои, ни о загадочном письме. В день их отъезда все было нормально.

Пора уходить, решила Джо.

Леди Лэнгстон проводила ее до двери. Обе они думали о Хлое и были подавлены.

– Знаете, мы с Хлоей заключили пари, – сказала ее светлость. – В последний вечер, перед тем как пойти спать. Это было очень забавно. Я выиграла, а она проиграла. Она обещала расплатиться со мной, когда вернется в город. Все казалось совершенно обычным. Мы строили планы на лето. Как получилось, что все обернулось так скверно?

Джо пробормотала что-то утешительно, но ухватила самое главное. Она впервые слышала о пари.

– Что за пари? – как бы невзначай спросила она.

– О дне рождения виконта. Хлоя сказала, что он родился в тот день, когда умер его дед, но я знала, что она ошибается. Я была на похоронах старого графа. И Элинор там была. Никакого ребенка не было и в помине. Казалось, леди Бринзли уже оставила надежду иметь детей. Виконт родился через полгода.

У Джо словно крылья выросли. Она напрягла все свои способности. Это одна из странностей, замеченных Рагглзом в колонке светской хроники Леди Всезнайки.

– И что сказала Хлоя?

– Она ошибочно считала, что старый граф умер в июне, в тот самый день, когда родился Виктор. Но он умер в декабре, задолго до рождения внука.

– И как вы разрешили спор?

– Я спросила виконта. Он сказал, что я права, а Хлоя ошибается. Я думаю, что эта неразбериха произошла из-за Элинор. Не секрет, что у нее слабые нервы. Время от времени она пьет какие-то средства и оттого все путает.

– А если леди Бринзли ничего не принимает?

– Тогда она все время плачет, – вздохнула леди хозяйка дома. – Это так ужасно. Правда? .

Проводив Джо, леди Лэнгстон в задумчивости вернулась в свою гостиную. Взвесив свои слова, она решила, что охарактеризовала состояние Элинор хуже, чем это есть на самом деле. Когда Элинор говорила о своем увлечении, мало кто мог соперничать с ней в энтузиазме, вдохновении и ясности ума. Но миссис Чесни сама все увидит в Бринзли-Холле.

Поразмыслив, леди Лэнгстон села к письменному столу и написала своей подруге, уведомив, что она пригласила миссис Чесни принять участие в их небольшом собрании. Если все сложится хорошо, подумала ее светлость, они смогут принять в садоводческое общество нового члена.

Элинор это порадует, подумала леди Лэнгстон и поставила свою подпись. Она встала, позвала лакея и велела ему тотчас отнести письмо в Пиккадилли-Хаус.