Сокол и цветок - Вирджиния Хенли

—Думаю, если согласишься немного помочь сэру Рольфу, он женится на молодой вдове, к которой воспылал страстью, и таким образом ты получишь хорошего смотрителя, а я в свое отсутствие – добросовестную домоправительницу.

Лицо Фолкона мгновенно прояснилось, он виновато улыбнулся, признаваясь, что был не прав:

– Спасибо за совет, милая. Ты очень проницательна.

– Здешние люди очень благодарны, что ты и твои рыцари хорошо с ними обращаются.

– Вопреки всему тому, что ты о нас думаешь, мы не дикари, – улыбнулся Фолкон.– Я доволен, что ты нашла время их выслушать. Знаешь старую пословицу: «Замок, ведущий переговоры, и женщина, согласившаяся выслушать мужчину, – обязательно сдадутся».

Сильные пальцы сжали ладонь девушки. Джезмин мгновенно застыла и отняла руку.

– Пожалуйста, не трогай меня, мне неприятно.

– Таким способом можно лишь еще больше привлечь мужчину, – издевательски улыбнулся Фолкон, – или ты делаешь это специально?

– Я никогда не сдамся, Фолкон де Берг. Тебе придется завоевывать меня.

– Я уже убил ради тебя, – ответил он, пристально глядя в ее глаза, – и намереваюсь получить тебя любой ценой.

Джезмин пришлось первой отвести взгляд.

– Я устала. Оставь меня в покое.

Фолкон Де Берг поднялся из-за стола, потянулся и язвительно спросил:

– Ах, дорогая, не хочешь ли, чтобы я отнес тебя в постель?

Джезмин так поспешно вскочила, что едва не опрокинула стул.

– Спокойной ночи, – с ледяным достоинством выговорила она. Но рука Фолкона молниеносно взметнулась, перехватив ее запястье.

– Леди, – прошептал он, – вы не станете поступать так неучтиво перед всеми сидящими здесь, а будете вести себя, как подобает даме, моей даме, иначе я распишу вашу задницу здесь и немедленно. По-моему, им не помешает развлечься за ужином. Не хотите поучаствовать в веселье?

Джезмин, побледнев, остановилась как вкопанная. Ей смертельно хотелось выплеснуть ему в лицо содержимое кубка, но она не смела – Фолкон был слишком безрассуден, чтобы не задумываясь и даже с охотой выполнить свою угрозу.

– Улыбнись мне, – приказал он.

Девушка медленно, неохотно подчинилась, и он, с видом собственника обняв ее за талию, свел с возвышения и оставил у двери ее спальни, бросив на прощанье:

– Сожалею, но зайти не могу. У меня другое свидание.

Джезмин открыла было рот, но тут же, в бессильной ярости, вновь закрыла его и, вбежав в комнату, бросилась на постель.

– Так, кажется, и убила бы, – прошипела она, стиснув зубы.

– Признай правду и посрами дьявола, – вмешалась Эстелла. – Тебе нравится с ним пикироваться.

– Мне еще больше понравилось бы, останься хоть раз последнее слово за мной, черт возьми, – взорвалась Джезмин, сбросив туфли и швыряя их через всю комнату.

Фолкон намеренно ввел Джезмин в заблуждение, упомянув о свидании. В действительности он был должен встретиться с рыцарями и окончательно решить, кто будет управлять делами в Хоторне.

Первым взял слово Рольф:

– Я отыскал священника. Он скрывался в семье одного из крепостных с тех пор, как полтора года назад Беламе захватил замок.

– Хорошо. Проследи, чтобы он немедленно переехал в замок и приступил к выполнению своих обязанностей. Необходимо вновь вернуть людей Хоторна на праведный путь, и как можно скорее, – кивнул де Берг.– Кстати, это напомнило мне еще об одном: Рольф, если тебе по душе та молодая вдова, с которой спишь, можешь жениться на ней и стать смотрителем замка. Но если не желаешь взваливать на себя бремя брачных уз, уедешь со мной. Выбирай, все зависит от тебя.

– Я остаюсь, – мгновенно выпалил сэр Рольф.

– Ладно. Кроме того, я оставляю здесь Руперта и Андре, а двоих возьму с собой. С завтрашнего дня начинай набирать солдат из людей Хоторна и всерьез займись их обучением. Мне они могут скоро понадобиться. Уильям Сейлсбери поставлен во главе армии и намеревается дать мне под начало пятьсот наемников. Без сомнения, их тоже нужно хорошенько вышколить, прежде чем я посчитаю, что они достаточно подготовлены.

~ Нам пришлось повесить трех приспешников Беламе, – объявил Руперт.– Здешние жители обвинили их в таких ужасных преступлениях, что у нас не было выбора, но остальные еще ждут своей участи. Один из них, прежний смотритель, клянется, что владеет тайной, которую раскроет только в том случае, если ему сохранят жизнь.

– Вы не нашли казну Беламе? – спросил Фолкон.

– Все обыскали, нигде нет, – доложил Рольф.

– Видно, старый смотритель должен знать, где спрятаны деньги. У меня законное право вершить здесь суд, и завтра я решу, что с ними делать. А пока доброй ночи.– И, подмигнув Рольфу, добавил:– Желаю супружеских радостей.

Джезмин, едва проснувшись, поспешила выполнить данное Фолкону обещание разобраться в ссорах и обидах обитателей замка и велела всем слугам прийти в зал. Одетая в самый роскошный наряд, вооруженная хрустальным шаром и сопровождаемая Эстеллой девушка уселась на возвышении, чтобы править суд. Ей нравилось сознание власти над окружающими. Глаза каждого из присутствующих были устремлены на нее, все жадно ловили любое слово госпожи. Как сказала позже повариха, пересказывая мужу события этого дня, – «стояла такая тишина, что, кажется, проползи таракан, и то услыхали бы».

Мельком взглянув в хрустальный шар, Джезмин подняла руки и объявила:

– Вижу свадебный пир. Скоро леди Джоан выйдет замуж за одного из рыцарей моего будущего мужа и в мое отсутствие вы все станете выполнять ее повеления.

– Ты говоришь наугад? – прошептала Эстелла.

– Сама учила меня, что одно из самых сильных орудий колдовства – умение угадывать... или, скажем, предполагать. Я только следую твоим наставлениям, – лукаво сверкнув глазами, тихо ответила Джезмин и, повысив голос, сказала:– Ну что же, пора рассудить первый спор.

Вперед вышли две чудовищно толстые женщины с ярко-красными от негодования и злости лицами. Обе были главными поварихами, и, по обычаю, невероятный вес свидетельствовал о высоких кулинарных достоинствах.

– Миледи, я была старшей кухаркой до того, как мерзкий Беламе захватил замок и поставил ее на мое место, – начала первая в полной уверенности, что получит прежнюю должность, поскольку практически каждый второй ставленник Беламе был смещен рыцарями де Берга.

Джезмин обратилась к другой толстухе, чтобы узнать, что та скажет.

– Я хорошо выполняю работу, миледи. И лучше, чем она. По чести, я могла бы приготовить обед вкуснее, даже стоя на голове и со связанными руками.

Представив такую картину, Джезмин не смогла сдержать смеха.

– Вчерашний ужин был превосходен, – решила она.– Не вижу нужды менять нынешнюю кухарку.