Заложница дьявола - Аделина Жемчужева

— Интересно, — произнёс он медленно, словно смакуя каждое слово.

Он шагнул ближе, и я ощутила, как его взгляд прожигает меня насквозь.

— Почему волосы короткие? — спросил он, слегка наклонив голову.

Я подняла глаза и встретила его пронизывающий взгляд. Уверенность, которую я почувствовала, когда стригла свои волосы, вдруг растаяла. Но я знала, что должна ответить, иначе он сочтёт это за слабость.

В зале не было родителей. Отец категорически отказался участвовать в этом фарсе, и я, набравшись смелости, решила сказать то, что давно затаила в душе.

— Мне их отрезали, — твердо произнесла я, хотя внутри все дрожало.

— За что? — Эмир шагнул ближе, его голос звучал так, будто он уже знал ответ.

— За тяжкий грех, — я выдержала его взгляд, несмотря на протестующий локоть Бибианы, которая толкнула меня в бок. Но останавливаться я не собиралась. — Я не девственница.

— Она лжет, Ваше Величество! — тут же встряла Бибиана, но он резко поднял руку, заставив ее замолчать.

На его губах заиграла едва заметная усмешка.

— Значит, — произнес он, подходя ко мне еще ближе, — опытная?

— Да, — ответила я прежде, чем успела осознать, что именно он имеет в виду.

Я не знала, на что именно соглашаюсь, но, казалось, обратного пути уже не было.

— Вам лучше оставить меня, Ваше Величество, — продолжила я, будто желая оттолкнуть его. — Я… я переспала со многими. Испорченная, грешная… такая, как я, не достойна вашего внимания.

Моя привычка выпаливать первое, что приходит в голову, сыграла со мной злую шутку.

Эмир приподнял бровь, его улыбка стала шире, почти хищной. Медленно, почти лениво, он провел пальцами по моим волосам, будто изучая каждую прядь.

— А кто сказал, что я ищу девственницу?

Зал заполнила напряженная тишина. Казалось, даже стены затаили дыхание. Я чувствовала, как взгляд моих сестер, особенно Бибианы, прожигает меня насквозь. Их шок и гнев были осязаемы, словно горячий уголь, брошенный мне под ноги.

— Вы… — слова застряли в горле. Я не знала, что ответить, но одно было ясно: игра только началась. — Кому же нужна испорченная?

Его пальцы мягко, но настойчиво сжали мой подбородок, поднимая мое лицо так, чтобы наши взгляды встретились. Я чувствовала, как мое дыхание сбилось, а кровь прилила к щекам.

— Ты врёшь, — произнес он тихо, но с абсолютной уверенностью. — Но мне нравится твоя игра.

— Я не играю, — выпалила я, не выдержав его взгляда.

Его улыбка стала шире, обретая дерзкую, почти дразнящую нотку. Он отпустил мой подбородок и лениво повернулся к мужчине, стоявшему у двери.

— Аэрин, как тебе мой выбор? — спросил он.

Я моргнула, осознавая, кто передо мной. Это был принц Аэрин, младший брат Эмира. Их сходство было очевидным, и я мысленно упрекнула себя за то, что не поняла этого раньше.

Аэрин кивнул, но остался молчаливым. Его взгляд был холоден, словно оценивающий.

Эмир снова обернулся ко мне, и на его лице вновь заиграла та самая хищная улыбка. Он был невероятно высоким, и я не понимала, откуда во мне находилась смелость перечить ему. Но мне было все равно.

Эмир склонился ниже, настолько близко, что я почувствовала его горячее дыхание на своей шее.

— Расскажи мне, что ты умеешь, — прошептал он, почти касаясь губами моего уха.

— В каком смысле?

— Ну… ты ведь опытная, не так ли? — Его голос был полон насмешки. — Мне просто любопытно, чему ты научилась.

Я сглотнула, чувствуя, как внутри все сжимается.

— Я умею… всё, — выдавила я, стараясь не показать, насколько сильно он меня задел.

Его улыбка стала почти триумфальной.

— А сосать член, умеешь? — бросил он, с усмешкой наклонив голову, и в этот момент что-то внутри меня перевернулось.

Мой взгляд вспыхнул гневом, и я резко шагнула назад.

— Послать вас к черту, умею, — отрезала я, встретив его взгляд.

Эмир рассмеялся. Это был не просто смех — он звучал так, будто его действительно забавляла моя дерзость.

— Вот это мне нравится, — сказал он, снова выпрямившись. — Ты настолько сильно не хочешь за меня замуж, что этим окончательно убеждаешь меня в своем выборе.

Я застыла, не веря своим ушам.

— Что?

— Ты будешь моей женой, — добавил он с ледяным спокойствием, — и я уверен, что наше совместное будущее будет… весьма интересным.

Мои ноги подкосились, и мне понадобилась вся сила воли, чтобы не рухнуть прямо здесь, в этом проклятом зале. Его слова звучали как приговор.

— Что? — повторила я, чувствуя, как в груди закипает паника.

— Ты меня услышала, — холодно ответил Эмир, его ледяные глаза впивались в меня, словно уже видели, как я склонюсь перед его волей. — Подготовься к свадьбе.

— Но я… — начала я, надеясь найти слова, чтобы возразить, но он прервал меня резким движением руки.

— Я сказал, что именно ты станешь моей женой, — его голос прозвучал так твёрдо, что любые попытки спорить казались бессмысленными.

Эмир развернулся, не дожидаясь ответа, его шаги гулко раздавались по залу.

— Я не хочу за тебя! — выкрикнула я ему вслед, прежде чем успела себя остановить.

Бибиана тут же ударила меня локтем в плечо, прошипев сквозь зубы:

— Заткнись!

Я знала, что она права. Если бы отец был здесь и услышал мою дерзость, он бы точно убил меня. Но это был Эмир. И я не могла позволить себе молчать.

Эмир замер на секунду, но даже не обернулся. Вместо этого он продолжил идти к выходу, за ним последовал его брат, принц Аэрин. Массивные двери захлопнулись за ними с глухим стуком.

Я осталась стоять на месте, словно парализованная. Холодный пот стекал по спине, а сердце стучало так громко, что, казалось, его слышал весь зал.

Это была ловушка. И я сама, своими словами, загнала себя в неё.

— Ты довольна? — прошипела Бибиана, подойдя ближе. — Ты выставила себя позором, и теперь он заберёт тебя с собой.

— Лучше быть с ним, чем с вами, — выпалила я, даже не подумав.

— Зачем ты это сделала, Лилиана? Почему ты постригла свои волосы, — ругала меня Джанесса.

Слезы покатились по щеке.

— Отец убьёт тебя, Лили! — кричала Бибиана, её голос звенел от злости. — Ты хоть понимаешь, что значит для королевской семьи отрезать волосы? А потом ещё и заявить, что ты не девственница!

— Не нужно было заходить так далеко! — подхватила Джанесса, её лицо пылало негодованием. — Ты всё испортила! И именно поэтому он выбрал тебя.

Я подняла голову, вытирая слёзы с лица. Их слова ранили, как острые лезвия, но я не могла позволить себе сломаться, особенно перед ними.