И исходит дьявол - Деннис Уитли

Рекс послал за чеком и расплатился хорошими чаевыми, что заметно смягчило ущемленное достоинство метрдотеля, и они вышли из ресторана.

— Дом Рамбуйе, Парк Монсо, — строго сказал де Ришло водителю, когда они уселись в такси. Ни слова больше не было сказано, пока машина не остановилась у роскошного многоквартирного дома, выходившего фасадом к небольшому зеленому парку, где по утрам прогуливались дети состоятельных парижан.

— Мсье Кастэлно? — обратился герцог к консьержу.

— Сюда, мсье, — человек проводил их через огромный облицованный камнем холл, к лифту.

Лифт остановился на шестом этаже, и, когда дверцы открылись, консьерж указал на дверь направо.

— Номер семьдесят два, — сказал он спокойно. — Я думаю, мсье Кастэлно только что пришел.

Дверцы тихо захлопнулись за их спинами, и лифт бесшумно пошел вниз.

Де Ришло посмотрел на Рекса ободряющим взглядом и, шагнув к двери под номером семьдесят два, нажал кнопку звонка.

ЧЕЛОВЕК С ИЗУРОДОВАННЫМ УХОМ

Высокую, тонкой работы резную дверь открыл пожилой и изрядно полысевший лакей в темном мундире из шерсти альпаки. Рекс представился. Слуга внимательно посмотрел на него своими темными глазами, а затем перевел вопрошающий взгляд на остальных.

— Мои друзья. Хотят видеть мсье Кастэлно все по тому же делу, — резко добавил Рекс, делая шаг вперед, в узкую, длинную гостиную. — Он дома?

— Да, мсье. Он ждет вас. Сюда, пожалуйста.

Пока Мэри Лу устраивалась на высоком диванчике из кордовской кожи, трое мужчин последовали за спиной в альпаковом кителе вдоль по коридору. Распахнулась еще одна высоченная дверь и вошедшие очутились в просторном, полузатемненном салоне, обставленном со старинным французским изяществом: дорогая мебель с украшениями из золоченой бронзы, гобелены, множество безделушек и расписной потолок с резвящимися в розовых кустах купидонами.

Кастэлно поднялся. Худой и угловатый, с продолговатым острым лицом, он стоял спиной к отделанному фарфоровыми изразцами камину. Одет он был так же, как и на банкете. Поверх рубашки шла широкая муаровая лента с орденом какой-то иностранной державы, а на лацкане фрака красовалось еще несколько наград.

— Мсье Ван Рин. — Едва дотронувшись до руки Рекса холодными пальцами, он далее продолжал на родном языке. — Рад видеть вас у себя. Ваш дом и фирма пользуются хорошей репутацией, и моя контора в прошлом неоднократно имела дело с вашей. — Затем он быстро посмотрел на де Ришло и Ричарда. — Эти джентльмены, я полагаю, посвящены в дело, приведшее вас сюда?

— Не сомневайтесь. — Рекс тотчас представил своих спутников: — Герцог де Ришло, мистер Ричард Итон.

Кастэлно в удивлении поднял брови. Он изучающе смотрел на герцога.

— Ну конечно же, — пробормотал он наконец, — надеюсь, мсье герцог меня извинит за то, что я его сразу не узнал. Столько лет прошло. Но у меня тогда сложилось полное впечатление, что воздух Парижа вам противопоказан. Впрочем, извините. Возможно, это невежливо и неосторожно с моей стороны — воскрешать старое.

— Дело, по которому я здесь, мсье, весьма срочное, — учтиво ответил де Ришло, — именно поэтому я осмелился проигнорировать запрет нынешнего правительства буржуа и социалистов, касающийся моей персоны.

— Мне ваш шаг кажется неразумным. Особенно сейчас. Полиция Франции злопамятна и этим снискала себе дурную славу. Наше правительство в эти дни подозревает каждого, а более всего — активных людей, не входящих в правящую партию. Хотя, конечно, — банкир слегка поклонился, — это — сугубо ваше личное дело. Прошу садиться, джентльмены. Чем могу быть полезен?

Никто из троих не воспользовался высказанным предложением, а Рекс без обиняков приступил к изложению цели их прихода.

— Миллиардная сделка, о которой я говорил по телефону, — просто предлог. Нам нужно было попасть к вам. Мы пришли сюда потому, что знаем, что вы тесно связаны с Мокатой.

Хозяин дома смотрел на гостей в немом изумлении и уже собирался указать им на дверь, но Рекс, не обращая внимания, продолжал:

— Отпираться бесполезно. Мы знаем слишком много. Позапрошлой ночью мы видели вас в Чилбери, а потом на Солсбери Плейн, вместе со всей остальной грязной дьявольской компанией. Вы — сатанист, и вы расскажете нам все, что знаете о вашем лидере.

Темные глаза Кастэлно мрачно сверкнули, а длинное лицо побелело. Он украдкой взглянул в направлении открытого секретера.

Однако Ричард, следивший за каждым движением хозяина, тут же хладнокровно предупредил его:

— Не вздумайте двигаться. Вы у меня на мушке. Если шевельнете хоть пальцем — можете считать себя покойником.

Де Ришло, который тоже уловил движение глаз банкира, быстро и бесшумно прошел к шикарному письменному столу, выдвинул один за одним несколько ящиков, пока не нашел оружие, которое, как он чувствовал, есть там обязательно. Это был небольшой пистолет калибра 0.2[15], маленький, но достаточно опасный. Убедившись, что пистолет заряжен, герцог направил его на Кастэлно.

— Итак, — проговорил он ледяным тоном, — готовы ли вы все рассказать или вас заставить?

Сатанист пожал плечами и опустил глаза.

— Вам меня не заставить, — обронил он самоуверенно, — но если вы скажете, какая информация от меня требуется, — тогда я, может быть, что-то и сообщу. Для того, чтобы от вас избавиться.

— Первое: что вам известно о Мокате?

— Очень немного. Но даже из этого немногого мне ясно, что тот, кто посоветовал вам тягаться силой с Мокатой, — оказал очень плохую услугу.

— Нам наплевать на то, что вам ясно! — Грубо вмешался Рекс. — Выкладывай, что знаешь!

— Извольте. Речь, безусловно, идет о человеке по имени Кэнон Дэмиен Моката. Если не ошибаюсь, в молодости он служил священником в какой-то церкви в Лионе. Он всегда плохо ладил с людьми. Выдающиеся интеллектуальные способности делали его бельмом на глазу у начальства. Потом он оказался замешан в каком-то скандале и ушел из церкви. Но задолго до этого Моката стал совершенно выдающимся оккультистом. Это-то меня в нем и поразило, когда мы повстречались несколько лет назад. Вы, по всей видимости, в его занятия не верите, что ж — ваше дело. Но мне его теория и его опыты представляются исключительно интересными и они мне хорошо помогают в деловых операциях. Значительную часть года Моката живет в Париже. Мы с ним встречаемся не только для эзотерических целей, но время от времени видимся и в обществе. Вот, пожалуй, и все.

— А когда вы его видели в последний раз? — спросил герцог.

— В Чилбери, позапрошлой ночью. Мы снова там собрались после того, как наше… собрание оказалось неожиданно прерванным. И я полагаю, что виной тому — вы, правильно? — На губах у Кастэлно появилось подобие улыбки. — Если все действительно так, то вы за это ответите.