«Если», 1997 № 08 - Лоуренс Дженифер

Огромные брови сошлись на переносице.

— Чем оно вас не устраивает?

— Не похоже, чтобы вы собирались принять бой.

— Мы и не собираемся. Мы уже сражаемся.

Кервин посмотрел в иллюминатор.

— Что-то я не вижу ни маневрирующих кораблей, ни лазерных лучей, ни выпускаемых друг в друга ракет, ни взрывов. Да и эта каюта совсем не похожа на штаб боевых действий.

— Что-то я не пойму, в чем состоит ваше затруднение, юный друг. Все находятся на местах и делают свое дело. — Тут капитана осенило. — Понял! Вы имеете в виду первобытный конфликт, когда вы наблюдаете противника и атакуете его в физическом смысле этого слова.

— Разве могут быть иные варианты? — смущенно спросил Кервин.

— Только иные! Мы ведь в межзвездном пространстве! Космические корабли перемещаются здесь со скоростями, измеряемыми световыми минутами. Противника не только невозможно увидеть; даже обладая стремительнейшими биологическими компонентами и производя выстрелы, сообщающие им скорость света, к моменту попадания в цель мы бы находились очень далеко! Межзвездные сражения — слишком сложные мероприятия, чтобы доверять их органическим формам, вроде нас с вами. Здесь орудуют исключительно автоматы.

— Наш компьютер против их компьютера, — пояснил Рейл.

— Понимаю. Компьютер вычисляет, когда вам удобнее всего выстрелить, и вы ведете огонь на основании его вычислений.

— Ни в коем случае! Вы совершенно ничего не поняли. — Ганун повернулся в кресле и отставил свой напиток. — Мы пытаемся перенестись из пункта А в пункт В. Наши преследователи не хотят этого допустить и соответствующим образом программируют свои боевые компьютеры. Наш компьютер пытается предвосхитить действия их компьютера и программирует тактику уворачивания. Вместо расточительного обмена энергетическими сгустками конфликт превращается в грациозный танец в пространстве. Никто ни в кого не стреляет. Рано или поздно один корабль занимает выгодную позицию относительно другого…

— … и открывает огонь! — закончил за капитана Кервин.

Ганун грустно покачал головой.

— Вы даже отдаленно не представляете себе, что такое современный бой.

— Проявите снисхождение! — вмешался Рейл. — Ведь в их мирке все еще в ходу рукопашная.

— Ах, да, я запамятовал. Прежде чем прозвучит выстрел, боевые компьютеры анализируют тактическое расположение, размер корабля, его вооружение, уровень компетентности команды, тысячи иных факторов. Потом они связываются и производят обмен информацией. Если наши преследователи получают в результате такого обмена более высокий балл, мы сдаемся, если нет, ускользаем. Так удается обойтись без убийств и порчи имущества.

— Какой же это бой?

— Цивилизованный, практичный и экономичный. Не то, что первобытные войны: одна неразбериха, напрасные потери и расходы. — Он сделал глоток. — Сами видите, почему ни у кого не начинается усиленное сердцебиение. Никакой стрельбы не предвидится. Конечно, время от времени, случается, и постреливают: это происходит тогда, когда параметры сторон оказываются слишком близкими и разумное решение конфликта не представляется возможным. Но так бывает редко.

— Что если ваши преследователи, получив более высокий балл, примут решение стереть вас в порошок?

— Мы не в силах это предотвратить. Только так не принято. Если станет известно о таком исходе, в следующий раз наша сторона тоже может взорвать их. Никто, даже оомемианы, не взрывают сдавшиеся корабли. Межзвездный транспорт слишком дорог.

— А как насчет удовлетворения от зрелища врага, разлетающегося на куски?

Ганун улыбнулся и погрозил Кервину пальцем.

— То, о чем вы толкуете, — это первобытное удовольствие. Конфликтовать мы еще не перестали, но хотя бы научились контролировать выделение адреналина.

— Итак, если наши преследователи выиграют бой, то есть получат более высокий компьютерный балл, то мы…

— …сбросим скорость и выдадим им вас, ваших друзей и этого Измира. — Капитан, нахмурясь, оглядел каюту. — Кстати, куда подевалось это чудо природы?

Синий глаз Измира горел среди разноцветных пузырей под потолком.

— Вижу. Словом, вот как все решается. Будем надеяться, что наш компьютер одолеет их. Среди наших преимуществ — опережение во времени и скоростные данные.

— Я нисколько не удивлен, — сообщил Рейл. — Это наверняка оомемианы. Куда бы я ни забрался, они повсюду следуют за мной.

Младший офицер подал капитану распечатку. Ганун пробежал глазами текст и повесил голову.

— Боюсь, на сей раз вы ошиблись, дружище. Нас преследуют не оомемианы, а пруфиллианцы.

Все три глаза Рейла расширились до такой степени, что закрыли почти всю физиономию.

— Тогда чего ради мы улепетываем? Это же мой народ!

— Не забывайте про наш договор, — спокойно парировал Ганун. — Измир должен быть изучен людьми в непосредственной близости от Дома. Таковы условия. Мы должны были уберечь вас от оомемианов, что мы и сделали.

— Это-то я знаю, но… — Кервину было хорошо понятно замешательство Рейла. — Но, договариваясь с вами таким образом, я исходил из того, что у меня нет иного способа спастись от оомемианов. Из этого еще не следует, что мы должны противостоять моим соплеменникам.

— Мы уже им противостоим, как явствует из объяснений, данных только что мною моему юному другу. Боевые системы обеих сторон приведены в действие уже несколько часов тому назад. — Он еще раз глянул на распечатку. — Не забывайте, что мне ничего не стоило утаить от вас эту информацию и сказать, что нас выследили оомемианы. Тем не менее я решил довести до вашего сведения истину, так как вы имеете на это моральное право.

— Я очень признателен вам за ваше благородство, но…

Растерянного пруфиллианца перебил Кервин.

— А как быть с нашими моральными правами? Нам совершенно все равно, кто наведет на Измира увеличительное стекло: вы, оомемианы или народ Артвита. Мы хотим всего лишь оказаться дома и не лезть в чужие дела. Не хватало только угодить в пекло межзвездного конфликта, тем более оказаться у истоков нового!

— Мои симпатии целиком на вашей стороне, — виновато проговорил Ганун. — Вы оказались в нелегком положении. К сожалению, в данный момент я ничем не могу вам помочь. Мое вмешательство в работу боевых компьютеров, скорее всего, приведет к нашему быстрому поражению. В этом случае все вы окажетесь на Пруфиллии. Мне этого совершенно не хочется.

— А я? — вскричал несчастный Рейл. — Если вы проиграете, они обнаружат меня на вашем корабле и сожгут за предательство. Не делайте этого, Ганун! Я почти год рисковал жизнью ради блага своего народа, но он не поверит мне, если захватит меня на борту человеческого корабля, с которым ему пришлось сражаться.