Ружья еретиков - Анна Фенх

– Не курю, – сказал Еретик. – В городе я с прошлого вечера. Что за оппозиция может быть в столице?

– Ясенно, – боец губами вытащил из пачки сигарету и прикурил, заслоняя огонь зажигалки ладонью. – Есть тут такие оппозиционеры. Откуда только берутся? Массаракш, как вши наползают. Как крысы. Все восстают, все требуют чего-то, вот тебе и городские столкновения. Где оружия-то столько накопали? Это если где в стране такое, сразу бы бомбой накатили им в глотку, чтобы заткнулись… А тут столица все-таки. Бомбы нельзя, вот и прут, скоты. В центр-то города они небось не лезут, там тебе и гвардия, массаракш, и чего еще душа пожелает. А тут, по окраинам, бывает, что и постреливают. Раньше еще все демонстрировали чего-то. Демонстрациями ходили, но пару раз расстреляли толпу в упор, так больше не ходят. Массаракш-и-массаракш, на фронт бы их всех, сволочей…

Боец черно выругался и снова затянулся так, словно был одним большим легким.

– Хотя поговаривают, что это не оппозиция никакая, а просто люди от голода с ума сходят. Я сам-то демонстраций не видел.

«Император не держит власть», – вспомнил Чейз слова полковника. Что ж, похоже, и впрямь не держит, если уж не где-нибудь, а в самой столице на протестные демонстрации набирались толпы, которые приходилось расстреливать. Раньше такого и представить себе было нельзя, значит, что-то изменилось.

Из подвала большого бестолкового здания выползали все новые люди, неотличимые от остальных, такие же спотыкающиеся, мокрые и измученные. Кто-то прямо при солдатах стаскивал с трупов сырую грязную обувь, кто-то, подобострастно глядя на бойцов снизу вверх, клянчил сигаретку, кто-то молча ходил между тел, разглядывая лица.

– Чтобы удержать власть, Император начнет использовать излучатели, – сказал Мору. – На населении Империи. Пассивное излучение. Круглосуточное.

Еретик молчал достаточно долго, чтобы полковник продолжил:

– Этого нельзя допустить.

– И нужно захватить «Старушку»?

– Да, лейтенант.

– Мне?

– Да, лейтенант.

– Эй! Лейтенант!

Еретик повернул голову на оклик и увидел милого капитана Эштаву. Она стояла возле подъезда невысокого дома, нетерпеливо притоптывая ногой в высоком сапожке. На двери была большая табличка, но отсюда Китт не мог разобрать буквы. В руках у Сой была папка, голос у Сой был все такой же – звонкий, с металлом.

– Господин лейтенант! – Эштаву помахала рукой, офицерская дамская шинель распахнулась, и под ней стала заметна черная форма.

Китт, кивнув на прощанье водителю, который не обращал на него внимания потому, что неотрывно смотрел на Сой, направился прочь от грузовика.

– Госпожа капитан, какими судьбами в этом районе? – Китт пожал женщине руку, испытывая желание учтиво поцеловать тыльную сторону ладони. С Сой всегда хотелось быть предупредительным, остроумным и изобретательным. – Мне кажется, это не лучшее место для прогулок красивой дамы.

– Совершенно с вами согласна, господин лейтенант, – Эштаву сильно похудела, отчего синие глаза казались еще больше на остром лице, но выглядела весьма бодрой и энергичной. – Не проводите ли меня в центр?

– Почту за честь, сударыня.

Шагая в ногу, они вышли на бульвар, и Еретику показалось, что город не так уж уныл и безразличен ко всему. Война идет, но и жизнь продолжается, и разгуливающие по улицам красивые женщины лучшее тому подтверждение. Эштаву болтала без умолку, а Чейз был рад ее видеть и рад знать, что она жива и здорова.

– Так что я теперь в Императорской Гвардии, – рассказывала Сой. – Повезло устроиться туда после инцидента на нашей Зоне 15.

– Не самый очевидный выбор работы, – отметил Еретик, – учитывая, что инцидент на нашей Зоне 15 состоял в том, что гвардейцы всех нас чуть не поубивали.

– Все это чудовищное недоразумение, – убежденно ответила Сой. – Из-за режима повышенной секретности все перепуталось и… К тому же гвардейцы вывезли нас на поверхность, а сами большей частью не спаслись из Зоны, когда ее затопило. Так что я считаю, что мы в некотором смысле квиты.

– А как же «всем радостно погибнуть при затоплении Зоны 15, чтобы информация не досталась врагу»? – серьезно спросил Еретик.

– Вопросы чести стали неактуальны, господин лейтенант, – развела руками Сой. – Наи-высший приоритет теперь у вопросов выживания. А что ты делал в районе сожжений? Не лучшее же место для прогулок… Где ты сейчас работаешь?

– Да все там же, в ИРУ. Сейчас у меня вынужденная передышка, к сожалению, вот и сижу в столице. После разрушения Зоны 15 мне предложили сотрудничать с Гвардией в исследованиях, но пока это сотрудничество заключалось в полном моем ничегонеделании, а утром меня официально временно отстранили. Видимо, уважаемая Гвардия рассудила, что лучшая помощь, на которую я способен, это абсолютное бездействие. Знаешь, как родители говорят детям, хочешь помочь – не мешай.

Сой легко сжала пальцы, покоящиеся на предплечье Чейза.

– Я хочу с тобой поговорить. Присядем?

– С удовольствием, госпожа капитан.

Он действительно рад был ее видеть, ее присутствие помогало ему отвлечься от мыслей о завтрашнем дне. Приятно вспомнить прошлое в обществе Эштаву, хотя она и в Гвардии. Еретик смахнул сор со скамейки, и они с Сой сели рядом, глядя перед собой. Напротив и чуть в стороне была еще одна скамеечка, за ней тосковали пыльные деревья, за деревьями пустовала дорога, за дорогой высились дома.

– Давным-давно, еще на Зоне 15, когда ты принес мне цветы, я мечтала, что однажды мы выйдем на поверхность. С ума сойти, настоящие цветы! Где же ты их нашел тогда, господин лейтенант?.. – проговорила Сой и улыбнулась, даже голос ее стал мягче. – Я мечтала, что мы с тобой будем гулять вдвоем по старому городу, сядем вот так на лавочку на пустом бульваре, поговорим о том о сем.

– Я полагаю, ты сейчас не о том, что мечты сбываются? – спросил Еретик, и Эштаву отрицательно покачала головой.

– Я о том, что мечты сбываются, но, к сожалению, не так и не тогда, когда нам это нужно, – Сой резко выдохнула, и нежное выражение ее лица пропало, уступило место холодной деловой сосредоточенности. – Что ж… Я хочу, чтобы ты работал в Императорской Гвардии на благо Империи и Его Величества.

– Сой, я же половину своей сознательной биологической жизни работаю на благо Империи в Имперском Разведывательном Управлении, – заметил Китт. – Ты всерьез считаешь, что этого мало?

– Я считаю, что тебе нужно перевестись в Гвардию.

– Но чем плохо ИРУ?

– Я считаю, что тебе нужно перевестись в Гвардию, Чейз, – упрямо повторила Сой.

Они помолчали.

– У меня есть разрешение полковника Мору работать с Гвардией по проекту А. Работающее, действительное разрешение. Я был в комплексе один-единственный раз, когда нужно было поговорить с Шеклу, и то не поговорил. Сой, меня отстранили от работы над проектом сегодня утром. Зачем мне к ним переводиться? Как я понимаю, Гвардии мое участие совершенно не нужно.