Золотое руно (сборник) - Сойер Роберт

— Однако всё равно остаётся пять подозреваемых, включая Хаска.

— Но у Хаска была синевато‑серая кожа.

— Вот именно — была.

— А криминалисты нашли в комнате Колхауна вот это, — сказал Перес, кладя на стол Эйджакса маленький зиплоковский[187] пакетик. Внутри были три ромбовидные пластинки из сине‑серого материала. Перес молчал, пока Эйджакс разглядывал их под светом лампы. — Если Хаск собирался линять, то чешуя могла сыпаться с него весь день.

Эйджакс положил пакетик на стол и помассировал виски.

Лейтенант Перес вошел в гостиную шестого этажа Валкур‑Холла, сопровождаемый четырьмя офицерами полиции в форме, каждый из которых был по меньшей мере на голову выше него. Здесь был Фрэнк Нобилио и тосоки Келкад и Гед. Фрэнк встал.

— Что случилось, лейтенант?

— Пройдёмте с нами, доктор, — сказал Перес. — Где комната Хаска?

— На втором этаже.

— Отведите нас туда.

— А в чём дело?

— Просто отведите нас туда, пожалуйста, — сказал Перес. — Вы Келкад, не так ли? — сказал он, оборачиваясь к тёмно‑синему тосоку. — Вам тоже лучше пройти с нами.

Перес нажал кнопку вызова, и створки лифта моментально открылись. Он вошёл и придержал дверь, ожидая, пока Келкада и Фрэнк присоединятся к нему и четверым полицейским. Фрэнк вздохнул, и они вошли. Лифт опустил их на четыре этажа вниз, и Фрэнк показал рукой вдоль восточного крыла. Они прошли через несколько распахнутых стеклянных дверей и наконец оказались у комнаты Хаска в самом конце коридора.

Перес постучал в дверь.

— Хаск, откройте. Это полиция.

Изнутри комнаты послышался звук шагов, и дверь открылась.

— Вы — тосок, известный под именем Хаск? — спросил Перес.

— Вы это знаете, — ответил Хаск.

— Хаск, вы арестованы по обвинению в убийстве Клетуса Колхауна.

Фрэнк выпучил глаза.

— Нет, погодите секунду…

Перес залез в карман пиджака и вытащил оттуда довольно потрёпанную карточку Миранды. Он знал текст наизусть, но должен был зачитать арестованному его права с карточки, чтобы какой‑нибудь адвокат не заявил потом, что какая‑то их часть могла быть пропущена.

— Вы имеете право хранить молчание. Если вы откажетесь…

— Да погодите же!..

— …от права хранить молчание, всё, что вы скажете, будет использовано против вас в суде. Вы имеете право…

— Вы не можете арестовать пришельца! — сказал Фрэнк.

— …на присутствие адвоката во время допроса. Если вам нужен адвокат…

— Чёрт возьми, лейтенант!

— …но вы не можете оплатить его услуги, он будет вам предоставлен бесплатно. Понимаете ли вы права, которые вам только что зачитали?

Хаск неуверенно шагнул назад. Даже с глазами на затылке он, похоже, не видел сейчас, куда ступает. Он стукнулся о стол, и какой‑то предмет — диск примерно тридцати сантиметров в диаметре — упал с него на пол. В падении он ударился о полку встроенного шкафа и раскололся надвое.

— Понимаете ли вы права, которые вам только что зачитали? — повторил Перес.

— Лейтенант, вы же не можете думать, что Хаск совершил убийство, — сказал Фрэнк.

— Доктор Нобилио, мы считаем, что обладаем достаточными уликами для выдвижения обвинений. Хаск, понимаете ли вы права, которые я вам только что разъяснил?

Ноги Хаска изогнулись, опуская тело так, чтобы руками он мог достать до пола. Он подобрал оба куска и осмотрел их, один передней парой глаз, второй — задней. Те глаза, что были видны Фрэнку, часто моргали.

— Вы понимаете зачитанные вам права? — спросил Перес в третий раз.

— Я… думаю, да, — сказал Хаск. Щупальца на голове оживлённо метались.

Фрэнк нетерпеливо протянул руку.

— Покажите мне ордер на арест, лейтенант.

— Хаск? — сказал Перес.

— Да Боже ж ты мой, лейтенант, он, может, и говорит по‑английски, но читать не умеет. Дайте мне ордер.

Перес полез за пазуху и вытащил бумаги, которые передал Фрэнку. Фрэнк никогда прежде не видел ордера на арест, но ничего откровенно неправильного в нём не заметил. Текст гласил:

Нижеподписавшийся имеет основания полагать, что

ПУНКТ 1

22 декабря сего года в округе Лос‑Анджелес Хаск, относящийся к биологическому виду тосок, в нарушение статьи 187(а) Уголовного кодекса, по собственной воле, преднамеренно и без законных на то оснований совершил убийство Клетуса Роберта Колхауна, человеческого существа.

Примечание: В соответствии со статьёй 1192.7(с)(1) Уголовного кодекса вышеупомянутое преступление относится к категории тяжких.

Также предполагается, что во время совершения или попытки совершения вышеупомянутого преступления обвиняемый Хаск лично воспользовался смертоносным и опасным для жизни оружием, а именно, ножом или другим чрезвычайно острым инструментом или орудием, применение которого не было элементом вышеописанного преступления в соответствии с положениями статьи 12022(b) Уголовного кодекса, что также относит вышеупомянутое преступление к категории тяжких в соответствии со статьёй 1192.7(с)(23) Уголовного кодекса.

Хесус Перес (детектив, отдел грабежей и убийств, полицейское управление Лос‑Анджелеса)

Обвинитель и заявитель

— Удовлетворены? — спросил Перес.

— Иисусе, — пробормотал Фрэнк.

— Это читается «Хесус»[188].

— Я не о вас. Вы не можете всё это всерьёз…

— Я совершенно серьёзен. — Лейтенант повернулся к Хаску. — Вы знаете, что такое «адвокат»?

Хаск всё ещё держал в руках половинки расколовшегося диска; с одной стороны на нём было что‑то нарисовано — надо полагать, это было какое‑то украшение или сувенир.

— Адво‑кат, — медленно произнёс Хаск, — или кто‑то, действующий от чьего‑то имени.

— И вы знаете, что я имел в виду, когда сказал, что у вас есть право хранить молчание?

— Это значит, что вы не можете заставить меня говорить.

— Правильно. Вы знаете, что я имел в виду, сказав, что если вы заговорите, то всё, что вы скажете, может быть использовано против вас?

— Нет.

— «Использовано против вас». Записано и представлено в качестве доказательства.

— О. Да, я это понимаю.

— Если вы что‑то скажете, это будет записано. Если то, что вы сказали, может быть использовано для доказательства вашей вины, оно будет использовано в этом качестве.

— Я понимаю.

— У вас есть адвокат?

Хаск посмотрел мимо Фрэнка на Келкада.

— Нет.

— Конечно у него нет адвоката! — воскликнул Фрэнк. — Так же, как бухгалтера, дантиста или личного тренера.