Время прошедшее - Максин МакАртур

Однако в данный момент в коридорах моей станции рыскали уже не бендарлы, а безжалостные, лишенные разума убийцы – кчины.

Нет! Я больше не допущу никаких убийств!

Хотелось бы относиться ко всему этому, как инвиди, но я поступила именно так, как считала нужным, – направила «Провидец» к докам Иокасты.

Наверное, несколько минут я находилась в полусознательном состоянии, потому что, когда открыла глаза, почувствовала толчок, от которого перед глазами все замелькало, как в калейдоскопе. Удар разбудил все еще дремавшую в теле боль, я едва не закричала и, соскользнув вниз, ударилась о противоположную стену. Это произошло так внезапно, что я даже не успела удивиться. При ударе о стену плечо хрустнуло, но боли не почувствовалось. Начиналось какое-то оцепенение. Казалось, в следующий момент я потеряю рассудок. Тонкая боль у основания шеи застилала сознание.

– Вставай же! Ты пристыковалась к станции!

Я попыталась повторить эти слова вслух, чтобы заставить себя подняться на ноги, однако тело слушалось с трудом.

– Новый Совет уже здесь! Они позволят кчинам свободно разгуливать по моей станции!.. Немедленно вставай на ноги и предпринимай что-нибудь! Надо спасти Иокасту!

Я осторожно встала на четвереньки и облокотилась о стену, однако левая рука не двигалась. Люк должен находиться где-то здесь, в этой стене. Открывайся! Пожалуйста!

Коснувшись треугольников на стене, я мысленно представила, как открывается люк. Однако пальцы соскользнули, и вместо нажатия я всем телом налегла на стену. Ноги меня уже не держали. Вид открывающегося люка словно застыл в моем воображении. Небольшое овальное отверстие со светящимися по краям огнями. Где-то в памяти пронеслась надпись «Ассамблея нищих»…

Я прислонилась лицом к прохладной поверхности, как делала на «Мстителе», и почувствовала, что она медленно прирастает к поверхности. Треугольники острыми углами врезались в кожу и, казалось, въедаются в меня, как элементы торов в системы Иокасты в первые годы исследований на станции.

– Черт побери, открывай же дверь! – пробормотала я.

Конечно же, капитан корабля Нового Совета подумает, что я беспрекословно выполнила ее приказ. Нет, она не может позволить кчинам так просто разгуливать по станции. «Мститель» они уже превратили в огромное кладбище. Что же случилось с Эн Бариком? Выжила ли Кири и капитан?

Нет, Господи, пусть Иокасту минует эта страшная участь! Пусть Эн Серат забирает свой корабль, только оставит в покое станцию и ее население!

– Ты уже опоздала! – раздался странный голос внутри моей головы.

Шепот прозвучал так явно, что я отскочила от стены и судорожно оглядела кабину. Панели управления все так же мерцали. Все оставалось по-прежнему.

– Если бы ты отдала «Провидец» сразу после того, как вернулась с Земли, ничего бы этого не произошло!

– Заткнись! – сказала я.

Что это? Голос совести? Геноит?

Люк под моими руками открылся, и я медленно выползла из корабля. Передо мной возвышался инвиди. Длинное серебристое одеяние таинственно и зловеще мерцало в полумраке доков. От неожиданности у меня перехватило дух. Я судорожно глотнула. Слава Богу, что на станции хороший доступ воздуха. Инвиди оказался милосердным… А может, кто-то на пульте командования позаботился об атмосфере в доке.

Позади инвиди стоял небольшой корабль, почти вжатый в стену. «Провидец» стоял немного косо. Я ввела корабль в доки под правильным углом, но, видимо, произошел какой-то сбой в системе приема, и судно остановилось дальше и слегка накренилось.

Одно из щупалец инвиди медленно опустилось и дотронулось до моего плеча. Достаточно фамильярное движение, похожее на желание подтвердить мой статус.

– Ну вот, время пришло! – произнес Эн Серат.

Глава 29

В темноте пахло Геноитом. Я сделала глубокий вдох, и теплый воздух заполнил легкие.

Затем наступил приступ тошноты, и я, согнувшись вдвое, скорчилась. Меня вырвало. Я лежала на боку, свесившись с небольшой кровати. Наверное, снова грипп. Грейс предупреждала, что близится новая волна эпидемии…

Но в трущобах у меня нет кровати! Снова вырвало, и я застонала от боли в суставах. Как же противно чувствовать себя такой грязной и немощной. Нос заложило, и на какое-то время я перестала чувствовать запах хдига. Это просто галлюцинации… Я никогда не увижу его… Уилла тоже не увижу…

Голос сказал что-то, но я не расслышала слов. Холодные руки поправили мою голову на подушке. Нечто мягкое поддерживало шею сзади. Влажная ткань коснулась глаз, и я смогла их открыть.

Лицо Элеонор склонилось надо мной, но как-то странно плавало в воздухе. Нет, это не лицо плывет, а у меня перед глазами.

– Лежи спокойно, – попросила она.

Теперь ясно, чей голос я слышала раньше.

Зазвучало шипение инжектора. Комната позади лица Элеонор медленно пришла в равновесие. По конструкции потолка над головой я поняла, что нахожусь в больничной палате в кольце «Гамма». Теперь можно чувствовать все тело, а не отдельные части, как раньше. Суставы ломило, под левым глазом что-то жгло, а в левой руке покалывало и щипало. Очевидно, Элеонор применила терапию с использованием статического поля, которое обычно использовалось для быстрого сращения тканей и костей. Видимо, я повредила плечо гораздо серьезнее, чем думала.

Память тоже медленно возвращалась.

– Что случилось с «Мстителем»? – хриплым голосом выдавила я.

Элеонор стояла ко мне спиной и убирала пол рядом с кроватью магнитным пылесосом.

– Он уничтожен кчинами. Теперь мертвое судно уносит космическим течением.

Я подумала о маленьких кораблях, вылетавших из грузового судна. Маленькие летательные аппараты, от которых исходил биосигнал кровожадных убийц всего живого. Представив, какой хаос творился на «Мстителе» во время нападения, я ощутила в горле новый комок желчи.

– Некоторым из спасательных шлюпок удалось спастись, но их единицы.

Элеонор выключила очистительный прибор и громко стукнула им, водружая в специальную подставку у стены.

– Часть спасенных находится здесь, в госпитале. Они пытались прорваться к туннелю в гиперпространстве, но это почти никому не удалось.

Джаго устало потерла виски и продолжила:

– Там такая каша! Вокруг станции летают обломки кораблей, куски тел…

– Я видела Серата в доке, когда пристыковалась, – сказала я и слегка приподнялась на кровати.

Все кругом снова поплыло, и я почувствовала себя в лодке среди бушующего океана. В глазах потемнело, стоявший в горле комок горечи вырвался наружу. Я снова склонилась над полом.