Черная дорога - Артемис Мантикор

Да хрен им!

Наверное, я сильно пожалею об этом, но…

Я призвал убежище. Не только этим уродам перекрашивать мир вокруг.

Эффект оказался неожиданным.

Твари оказались сразу окружены множеством боевых растени, турелей Сайны и в свете ярких алых прожекторов.

И что самое главное — их было в десять раз меньше. Копии в убежище не прошли. Что странно — раньше такого эффекта никогда не было.

Существа не растерялись и повторили фокус. Ровно половина бросилась на нас, а другая — вонзила клинки в почву и попыталась что-то предпринять. Белые лучи забегали по земле, вновь создавая разломы.

Но на этот раз — слишком долго.

Защитная система убежища расправилась с ними быстрее.

— Отлично! — просияла Белая. В её левой руке было зажато маленькое слепое глазное яблоко. Фрагмент монстра.

— Только стоило это дорого, — с сожалением сказал я и объявил всем. — Короткий привал, обедаем и продолжаем.

С этими словами я направился в сторону сердца материализовавшегося убежища.

Вообще-то для привала было по моим планам ещё рановато, но всё равно использовал, можно сказать, козырь против обычных мобов.

— Это будет стоить тебе всего дневного запаса маны, — заметил Сильван, собираясь из пустоты рядом со мной.

— И пусть.

— Что-то не так? Выглядишь раздражённым.

— А ты не выглядишь психоаналитиком, — буркнул я. — Накрой на стол и откорми уже наконец Эстель, чтобы она не кидалась на мобов с урчащим желудком.

— Это я могу сделать и без личного присутствия, Арк. Мы с тобой связаны. Если я чем могу помочь — я тут.

— Образ, который принял тот монстр меня выбесил, — признался я. А затем я разозлился уже на самого себя, что вообще отреагировал. Для меня это смутные воспоминания, и только. Но что-то в подсознании само реагирует. Король Артур был более эмоциональным парнем, чем я.

— Со временем чувствительность притупляется, — послышался неожиданный голос Белой.

Она сидела на камне, материализованном в убежище. Девушка сняла броню и находилась в лёгкой юбке, скорее всего эльфийской, с узорными листьями, и в белой рубахе, напоминавшей скорее о семнадцатом веке Земли.

— Ты о перерождениях?

— Можно сказать и так. Это одна из теорий Змея. Он не поленился опросить разных проходчиков в своё время, чтобы найти ответ на этот вопрос.

— И что в итоге? — на миг мне стало обидно, что из всех всадников выжил лишь Мышь.

Его навыки создания болезней мне совершенно не нужны. Просто ещё одна боевая единица и козырь на случай особого вида противника. А вот Змей, будь он вменяемым, очень бы мне помог.

— Тот, кто перерождался чаще — более мудр, рассудителен и хладнокровен. Так что в прошлом ты действительно мог быть более импульсивным. Как и все мы.

— Я принесу кофе, — улыбнулся Сильван и исчез.

— А ты сама много помнишь?

— Я не задумываюсь об этом.

— Почему?

— Смысл? Мы там, где мы есть, Арк. Есть только сегодня. Если бы я гналась на вчерашним днём, была бы Чёрной. И убила бы тебя за неё. Но у меня есть лишь сейчас.

— А будущее?

— Его тоже не существует. Многие ли из тех, кто живёт здесь, могут похвастаться планом на день? Каждую минуту может случиться что угодно. Мы в огромном опасном мире, где существует лишь сейчас. Зацепись за прошлое или уйди в нереальное будущее, и настоящее тебя утопит.

— С чего тебя вдруг потянуло на философию?

— Не знаю. Наверное потому, что настоящее ответило мне ваимностью? Мы на семнадцатом. Я забралась выше, чем Принц.

— А ты соревновалась с ним?

— Нет. Принц… он подавлял своей харизмой. За ним шли на верную смерть даже те, кого он в открытую называл мусором. Наверное, искренность? Ты искренен со своей командой, Арктур?

— Я не понимаю, к чему ты снова сравниваешь меня с ним. Он был неудачником.

— Это получается само собой, — она отвернулась в пол оборота и чуть улыбнулась. — Но пожалуй, ты прав, это глупая затея. К тому же, мы с ним были из одного мира.

— Ты помнишь свой прежний мир? Как ты попала на Стену? Ты была мобом локации?

— Слишком много вопросов, на которые я даже не пыталась искать ответы. Зачем, если есть только «сейчас»? Так что я помню только внешний вид мира. Принц сказал, что его мир выглядел так же, и что он называется Мельхиор. А вот ты с Земли, как Змей. Наверное потому так же хитёр.

— Значит, совсем ничего?

— Только два факта. У меня в подсознании полно знаний об управлении пространством магией воды и талант к этой магии. И то, что я питаю слабость к озёрам. Не знаю, почему. Наверное, я была какой-нибудь озёрной феей… или русалкой. И тогда я, возможно, эволюционировавший монстр, ставший проходчиком. Какое это теперь имеет значение? Я посвятила себя лишь одной миссии в этой жизни. Моё тело, душа и разум служат для её исполнения.

— Кофе, — сообщил Сильван, появляясь изникотуда с подносом.

— Куда направимся дальше?

Пока мы беседовали, а остальные отдыхали и перекусывали, некродендроиды уже вырастили лианы вверх по колодцу. Над нами была локация, имитирующая храм.

На миг прикрыв глаза, я сосредоточился на посылаемой артефактом на голове, картинке.

Перед глазами всплыл мрачный чёрный храм, посвящённый тёмному богу.

Чёрно-фиолетовые огни на стенах, с неестественно медлительными языками, намекали на присутствие мёртвой магии.

На больших сводчатых воротах был выбит символ в виде образа скованной множеством цепей девушки с чуть насмешливой презрительной улыбкой и коротким каре. Напротив неё замерла каменная статуя того же божества. И здесь меня проняло даже через посредника в виде растений.

Дыхание сбилось, а сердце забилось чуть чаще от смеси сильнейшего страха и вожделения одновременно. За короткий миг я едва не сошёл в ума, от осознания что ни одно существо во вселенной не может и вполовину подойти к этому совершенству.

С силой я заставил себя оторвать контакт и вышел из связи с растениями.

Это был первый случай, когда меня задевают через неё таким образом.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Белая.

— Да… погоди минуту, — я перевёл дыхание. Образ грёбаного тёмного бога развеялся. Сейчас я бы не смог вспомнить черты лица статуи.

—