Черная дорога - Артемис Мантикор

И проходчики изначально — жители Земли. Одной из версий, по крайней мере. Но для монстров Стены путь тоже не закрыт. Достаточно разумное существо может как-то развить уровень осознанности свыше требуемых пятидесяти процентов, и та же система будет вынуждена признать его или бедствием, или… проходчиком.

Первое, если тварь при всей своей осознанности вышла слишком опасной или злобной. Второе… не знаю. Пока не знаю. Но скорее всего, как-то это тоже возможно. Надо бы расспросить Белую побольше об этом всём.

Наги поставил несколько убойных способностей, на голову обогнав своих сородичей некродендроидов. Был ли он осознаннее? Даже не знаю. При всей важности этого показателя я крайне редко встречал терминалы, которые могли на это ответить точным числом в процентах. Я даже не знал, есть ли у Наги те самые нужные пятьдесят, или система делает ему скидку за то, что когда-то он был человеком-проходчиком, а не личом.

На этой ноте, халява и закончилась, как я и предсказывал.

Возвращаясь к тому, с чего начал говорить о нашем привале — всё заняло слишком много времени, и пройти терминал все кто хотел, уже не успели.

Но неприятность прила совсем не та, которую мы ожидали.

Всё началось с жужжания.

— Сайна, выключи этот звук, это невыносимо! — послышался голос Эстель.

Наушники уже были на ней, но видимо, сильно не помогали. Жужжание услышал даже я, хоть и не так быстро.

— Какого… хрена? — послышался осторожный голос Рейна. — Эй, поглядите-ка.

— Арк, у нас проблемы, — поддержал его Лис.

Прямо через стену медленно просачивался рой насекомых. Что-то вроде шершней, скрещенных с саранчой. Существа каким-то неведомым образом проходили сквозь стену. И их было… чёрт, их было реально очень много!

Они надвигались единым фронтом — медленно, но неотступно, будто грозовое облако. Или…

— Миазмы! — первой догадалась Белая.

— Пчёлы? — не поняла Сайна.

— Это восемнадцатый, — буркнула первая проходчица. — Я понятия не имею, как выглядят миазмы во второй десятке!

Попытка уничтожать их магией ни к чему не привела. Вернее, существа отлично дохли. И так же отлично агрились на атакующего, потому всё, что успело проникнуть в нашу локацию через стену, сразу же двинулось на нас и так же быстро было уничтожено огнём всей группы.

Но существа продолжали просачиваться сквозь стены. Новые на нас уже не агрились, но стало понятно, что держать оборону вечно не выйдет. Область и количество, откуда лезли насекомые только увеличивалась.

Создавалось впечатление, что миазмы разом накрывают с десяток локаций. Может, так оно и было.

— Эй, Эстер, ты так и останешься тут? Видишь, миазмы даже краску сдирают

— Я рад, что пчёлы пришли. Хотя моя душа грустит по растениям, которые они сожрут и о воде, которую выпьют. Но ничто не бывает вечно. Эстер знает. Теперь Эстер предлагает уходить. Или остаться, и стать частью Роя как пища.

— Спасибо на добром слове, приятель, — скривился я.

— Не стоит благодарности. Эстер не питает враждебности. Эстер желает познавать себя. Оставить меня в покое — это лучшее, что ты можешь мне подарить.

Мы спешно вернулись наверх. Никаких ловушек с закрытой дверью и чем-то таким не обнаружилось, как некоторые опасались. Миазмы и локация имели несвязанные механики, потому никак не взаимодействовали.

Разве что декоративные растения тамарцев были уничтожены под корень с появлением монстров.

Едва мы вылезли на семнадцатый, обратно в дом, как внизу увидели усилившийся поток из саранчи. Насекомые уничтожили практически всё на своём пути.

— Вовремя, — тихо сказала Белая.

— Надеюсь, не предложишь продолжить спуск?

— Предложу искать обходной путь. Мы не знаем, сколько длится этот вид миазмов. Но Змей предполагал, что на нижних этажах миазмы могут приобретать новые формы. Правда, он предполагал скорее вирусы, чем насекомых.

Я тем временем призвал вход в убежище — пока мы гуляли у терминала, наверху без остановки трудились некродендроиды, собирая всё, что могло показаться полезным.

— Уверен, вирусы там тоже есть. И ещё что похлеще, — затем обернулся к искательнице. Выглядела она неважно. Почему-то жужжание насекомых сильно выбило её из колеи. — Эстель, ты можешь определить, где находится ближайшая внешняя Стена? Думаю, сейчас этот вопрос главный, прежде чем мы двинемся дальше. Хочу сперва убедиться, что твой способ работает.

— Работает, — кивнула Белая.

— Я… постараюсь… — с трудом проговорила девушка.

— Стараться не нужно. Фирал? — я обратился к спутнику Белой.

— Не могу. Меня тоже задело. Мы же слуховики, — он виновато развёл руками.

— Я проложу, — буркнула Белая.

Девушка выхватила из легендарных ножен новый клинок, на этот раз прозрачный, из хрусталя. Он казался очень хрупким — такой и от простого взмаха может сломаться, не то что от удара.

Белая что-то шепнула в рукоятку и отпустила декоративное оружие. То зависло в воздухе и медленно, волнообразными движениями, стало настраиваться в вертикальном пространстве, указывая на прочь из дома тамарцев, в сад.

А за ним, как вскоре выяснилось, железные ворота, обитые цепью и с большим современным замком тамарского образца, с начинкой из силикатобиотика.

— Что-то мне это не нравится, — поделилась Сайна.

— Обычная декорация, — равнодушно бросила Белая.

Она поймала плывший перед нами хрустальный клинок и сунула в ножны, после чего вытащила снова — но уже не его, а меч Чёрной.

Взмах, и цепи вместе с замком повалились на пол.

— Путь свободен. Идём, — Белая обернулась ко мне, и я снова уловил огоньки любопытства и нетерпения в глазах девушки. Она наконец-то была в своей стихии, к чему шла столько циклов. И теперь не собиралась ни одной секунды тратить на отдых.

20. Кошмары, желающие счастья

— Ну вот, старое доброе средневековье, — порадовался Лис.

— Трофеев будет меньше, — не согласился Кот.

— При этом не факт что легче, — кивнул Рейн.

— Всё равно привычней, — хмыкнул Лис.

Я склонен был с ним согласиться, хотя в то же время был согласен и с котом.

— Голубой металл? — ухватила главное Сайна, глядя на представшую перед нами штольню.

Следующая локация была заброшенной шахтой. Антураж был явно не современным —