Ариадна из чугуна и стали - Виолетта Орлова

– Звучит паршиво.

– На деле еще хуже, поверь. Если бы он не был сурьином25, я бы давно от него избавился. Ссадил бы с поезда. Вместе с папашей. Тем более что… Кей точно на тебя не нападал?

Элли покачала головой, припоминая все обстоятельства. Вот она подходит к столь манящей каверне, ее пронзает всепоглощающее желание узнать, что там… А потом ее грубо хватают за руку и толкают… Куда, зачем?

– Точно. Ничего не было.

– Просто в последнее время мне начинает казаться, что это именно Кей ее… убил.

Элли почувствовала, как по пояснице побежал холодок.

– К-кого? – сиплым голосом пробормотала она, хотя уже наверняка знала ответ.

– Мэрридит.

Глава 8, Будка машиниста

26

Завершение этого безумного ужина прошло как в пару: Элли очнулась от тяжелых мыслей, лишь когда чопорные официанты принялись разносить воздушные кусочки тыквенного пирога с бархатистой коричной посыпкой. Она по-прежнему плохо понимала, что происходит. Настоящее казалось ей предательски мутным, равно как и прошлое. Элли с тоской в сердце предчувствовала страшную беду, что вот-вот должна была разразиться, но никак не могла ей воспрепятствовать. Бедняжке начало суеверно казаться, что времени для осознания осталось совсем мало. Репетир на часах неприятным звуком напоминал о скоротечности происходящего. Из ресторана она ушла раньше Жана, сославшись на головную боль. Тот с раздражающей галантностью предложил проводить ее до купе, но она решительно отказалась. Ей хотелось побыть в одиночестве, ибо каждый человек, с которым она общалась, давал ей новую загадку, одну сложнее другой. Скоро она будет до отказа набита тайнами, как топка котла углем. Пока Элли устало плелась по длинному готическому коридору, то не встретила ни одного человека, ибо все веселились в вагоне-ресторане. Чувство назревающей беды вновь захлестнуло ее: нашелся бы хоть один дружественно настроенный человек рядом с ней! А то ведь никому нельзя доверять, решительно никому! Страшные керосиновые фонари на веревках свисали с потолочных арок, точно ужи, подвешенные за хвост, но не только они пугали. Дело в том, что фонари выхватывали из темноты скалящиеся морды гаргулий – какие причудливые декорации! Они больше не восхищали, не заставляли сердце трепетать, а, напротив, казались уродливыми. Вечно трясущийся пол под ногами действовал на нервы. Скорее бы приехать на конечную станцию! Элли подошла к витражу и с искренним огорчением вгляделась в окно. Блеклые пейзажи не менялись. Куцые леса под серым пеплом, точно саваном накрыты. Элли почувствовала, как на глазах выступили слезы: она сама не понимала, по какой причине. Легкое касание со спины страшно испугало ее, заставило вздрогнуть всем телом. Элли чуть не упала.

В панике обернувшись, она увидела невозмутимо улыбавшегося Кея. На точеных скулах его залег лихорадочный багрянец – верно, бежал за ней, чтобы догнать.

– Твои глаза…– прошептал он подозрительным шепотом. В мыслях сразу нарисовалась несчастная Мэрридит (фантазия сотворила бедняжку скромно одетой и похожей на гувернантку), а напротив нее маньяк с хрипло-потрескивающим голосом: в одной руке пассатижи, а в другой – окровавленные глаза. В этот жуткий для себя момент Элли не стерпела и взвизгнула так громко, что, как ей казалось, задрожали стекла. Кей ошарашенно вздрогнул, а затем удивленное лицо его претерпело некоторую метаморфозу, ибо сделалось ужасно сердитым.

–У тебя паранойя, да? Всегда подозревал, что психологи – сумасшедшие.

Его язвительный голос немного привел Элли в чувство.

– Ты все время появляешься неожиданно! Конечно, я испугалась! И при чем тут мои глаза?

Кей приблизился и нежным движением руки смахнул с ее щеки слезу.

– Твои глаза в слезах, я хотел сказать. Ты плакала?

Элли опустила голову. Она почувствовала себя совершенно измотанной, словно весь день провела, закидывая уголь в топку. Страстно захотелось обнять стоявшего перед ней мужчину, положить голову на плечо, поделиться своими заботами, стать на мгновение слабой и далекой от всех проблем.

– Зачем ты пошел за мной?

– Хотел поблагодарить, – откровенно признался Кей, и губы его тронула робкая мальчишеская улыбка. – Ты избавила нас с отцом от… Неприятных разъяснений.

– Почему вообще ты оказался в этом ресторане? Разве не от тебя зависит движение поезда?

Кей удивленно пожал плечами.

– Мы работаем сменами. Или думаешь, что раз я машинист, то питаюсь углем?

– Понятно, – раздраженно буркнула Элли и направилась к своему купе.

– Постой, – прозвучало робкое в спину. – Я подумал… Ты так много спрашивала про мою работу… Не хочешь кое-где побывать?

Элли вымученно вздохнула: ну что сегодня за день?! Соглашаться или нет? Издержки работы психологом: новый человек – новая проблема. С другой стороны, ей надо использовать любую возможность, чтобы хоть что-то выяснить. Про поезд. Катастрофу. Убийство. И про нее саму.

– Хорошо, – смело произнесла она и, обернувшись, столкнулась с лукавым взглядом черных глаз.

***

Величавые спокойные галереи вагонов составляли поразительный контраст тому месту, куда они направились. Оказавшись здесь впервые, Элли почудилось, будто она попала в пылающее нутро огромного механического зверя. Сумасшедшая вакханалия звуков поражала своим многообразием: ветер дико свистел сквозь открытые форточки, колеса угрожающе громыхали, пол под ногами дребезжал, рискуя развалиться на части, огонь в топке трещал и шипел. Оглушенная, Элли как-то не сразу приметила машиниста и его помощника – таких незаметных и даже ничтожных по сравнению с огнедышащим монстром, но при этом все же обуздавших дикого зверя. Первый сидел с правой стороны и невозмутимо крутил какие-то рычаги и колесики, напряженный взгляд его был прикован к дороге. Видимость была плохая, все утопало в клубах пара, периодически ему приходилось высовываться из окна, чтобы высматривать сигналы семафоров. Второй в настоящий момент черпал с лотка уголь и кидал в шуровочную27: обнаженный по пояс, мускулистый, со стекающими каплями пота на прокопченном теле, с мокрой гривой черных волос, вплетенных в косу, с застывшей победоносной ухмылкой на плотно сжатых устах – не человеческой, но как будто тоже механической. Повсюду грязь, угольная пыль, возле топки сущая баня, а отойдешь чуть в сторону – так сразу обратишься в ледышку.

Помощник наглым взором скользнул по фигуре Элли, а затем громко прокричал Кею, перекрикивая грохот:

– Баба в будке – к беде!

Но эта реплика ничуть не поколебала решимость Кея: придерживая Элли за талию, он увлек ее к окну и заставил высунуться. Ветер больно ударил в лицо, словно негодуя тому, что они движутся вперед. Из пара таинственно выступали деревья. Точно мистические изваяния, монстры тянули к ним крючковатые лапы, желая задержать, остановить, свалить на землю. Но гигантский поезд неумолимо скользил по рельсам: вопреки всем препятствиям на своем пути.