Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Еще раз фокус с фальшивым захватом цели ракетами не сработал. Пилот «защитника» просто ускорился и вышел из сектора обстрела, крутанулся через плоскость и издевательски промчался над фонарем его кабины, едва не разбив тот одной из своих плоскостей.

Да это уже форменное издевательство!

Нет, так не пойдет. Вот твоя корма…

На сегодня — все. Индикатор на экране зажегся спокойным зеленым цветом, что означало — «защитник» в зоне поражения. Переключаемся на одиночные, чтобы подействовать ему на нервы и возможно зацепить…

Да ты издеваешься?!

«Защитник» даже не стал уклоняться. Он просто вырубил двигатели, что неминуемо означало столкновение и взрыв обеих машин. Лихо, матерясь на обещегалктическом, прекратил атаку, сбросил скорость, заваливаясь влево, лишь сейчас понимая суть ловушки…

По приборной панели пробежали синие молнии — «защитник» расстрелял из ионных пушек «брюхо» его «крестокрыла». Спровоцировал маневр, развернулся и пальнул. Вроде бы простая ловушка, но… Надо иметь завидное самообладание и крепкие нервы, чтобы довериться условному противнику в ситуации, когда таран может прикончить вас обоих.

Машина по инерции скользила в вакууме до тех пор, пока ее мягко не остановили — сработал притягивающий луч.

Лихо откинулся на спинку кресла, беззлобно выдавив педали в пол. Естественно «крестокрыл» не отреагировал.

Пилот «защитника» слегка довернул в сторону, показывая ему, что тащит его в сторону станции наблюдения. Нет, это не демонстрация своего превосходства — это экономия времени. Они и без того задержались здесь с испытаниями. Товарищ по условному сражению просто хотел как можно скорее доставить его и себя в ангар, написать рапорт и отбыть к месту службы.

Свою задачу они выполнили.

TIE-защитник прошел учебно-боевые испытания со всеми возможными типами МЛА, какие только есть в галактике. И вышел из них победителем. Он быстр, маневренен, лучше вооружен. Возможно ему и следует сменит «крестокрыл» в линейке вооружения звездных истребителей завоевания превосходства. Похоже на то, что эта машина вобрала в себя самое лучшее от «глазастиков» и «крестокрылов».

В любом случае, двадцать четыре аса Имперского флота, лучшие из лучших, сделали все, чтобы эта машина показала все, на что она способна. Остальное — за командованием.

Прежде чем его «крестокрыл» коснулся брюхом посадочной палубы, Лихо задумался над одной совершенно дикой и амбициозной мыслью…

Да, именно ее он изложит в своем рапорте.

Как пробудить от медикаментозного сна, захваченного в плен юужань-вонга, принимавшего активное участие в антиимперском восстании, покушении на жизнь главы государства и его гарема? Не считая многомиллионных смертей гражданского населения и порчи имущества?

Все верно.

— С добрым утром, солнышко! — бронированный сапог с легкостью превратил нижнюю челюсть юужань-вонга в набор косточек разного формата и уровня целостности.

Пленник, протрезвленный после химии болевыми ощущениями не самого сладкого и комфортного бодрствования.

Юужань-вонг заозирался по сторонам с диким взглядом напуганной банты. Попробовал дернуться вперед, но остался прикованным к стулу. Бескаровые кандалы на запястьях и лодыжках так просто не сдаются в борьбе с ретивостью пленников.

— Итак, для тех, кто был в отключке, — произнес я, обворожительно и дружелюбно оскаливаясь. — Наши медики тебе помогли. В лучших традициях твоей культуры. Пол сменили, искусственное оплодотворение произвели, так что ты теперь первый юужань-вонг трансексуал по имени Наташа и у тебя будет ребенок от робота. Как эта херня вылезет из тебя я достоверно не знаю, но уверен, что произойдет это феерично.

— Ты ответишь за все перед богами, неверный! — взревел гость из другой галактики спустя мгновение, осознав, какую ересь ему только что выдали серьезным тоном и попросили это принять за чистую монету. Да, его импланты, отвечающие за распознавание речи собеседника, господа вивисекторы не удаляли. Для полноты картины и понимания текущей ситуации. Ну, и глубины той кучи дерьма, в которой он оказался. Всегда приятно помочь ближнему своему оправиться от анестезии и восполнить пробелы в памяти.

— Пиздишь, резаная морда! — для профилактики более тщательного восприятия информации я саданул его сапогом по коленной чашечке. Последняя, не став спорить с бескаровым авторитетом моей обуви, без возражений распалась на мельчайшие куски. — Всех с кем спал — забрал себе. Некому меня упрекнуть в неверности.

— Да твою мать, — услышал я тяжелый вздох стоящей позади Оли Старстоун. — Он это сейчас серьезно?

— Похоже на то, — раздался голос Асоки, сквозивший смущением и недоверием к избранному мной способу допроса. — Интересно, если Рик сейчас начнет перечислять всех девушек своего гарема, юужань-вонг с ума сойдет или умрет от осознания тщетности своего бытия?

— Скорее от зависти, — фыркнула Зул Ксисс.

— Ничего вы не понимаете, мелкие, — заявил я, не оглядываясь на них. Да и нет необходимости — в замкнутом помещении камеры на борту «Бисмарка», который вот-вот выйдет на орбите Корусанта из гиперпространства для рекогносцировки и восполнения боевых потерь, звук распространяется превосходно. — Это психологическая атака.

— Што? — прошамкал сломанной челюстью юужань-вонг.

— Йун-Йужань через плечо, — какой вопрос — такой ответ. Пленник в самом деле дернулся, чтобы заглянуть себе за спину. И когда его разочарованно-рассерженная физиономия вернулась в первоначальное положение, бронированный кулак с заостренными выступами, предназначенными для нанесения рваных ран в рукопашной схватке, исполнили свое предназначение. Правая щека юужань-вонга с отвратительным хлюпаньем прилипла к стене. И медленно, оставляя черные потеки крови, сползла вниз.

— Ты чего такой доверчивый? — поинтересовался я у пленника. — В самом деле думал, что к тебе бог заглянул из твоего пантеона? Забудь, прости и полюби нашу галактику, как свой дом родной, ибо твой путь завершается здесь.

Судя по налитым кровью глазам, и попыткам вырваться из пут, юужань-вонг явно не особо сообразительный в вопросах поведения военнопленного. Ну ничего, научим. У меня сегодня хорошее настроение. Так что, ради душещипательной беседы с пленником я готов помочь ему настроиться на нужный лад в предстоящей беседе.

— Скажи, красавчик, веришь ли ты в Бога нашего, Иисуса? — поинтересовался я, разламывая ему вторую коленную чашечку. Почему-то юужань-вонг не ответил мне. Не уважает сына