Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

всех модификаций, пилоты которых едва ли не массово погибают в сражениях против хорошо защищенного противника, то это сделает их пилотов намного опаснее. Разумеется, для чтобы выйти из сражения целым и невредимым, требуется немалый опыт пилотирования, соответствующая подготовка, знание тактики ведения космического боя, а так же хотя бы приблизительное (а лучше всего — доскональное) знание характеристик вражеских машин. Но опыт пилотирования «крестокрылов» показывает, что теория, которую преподают в «учебках», порой расходится с практикой. Учебные подразделения выпускают неплохих пилотов. Хорошими они становятся только тогда, когда пилоты в боях выживают. А уж отличными летчиками, не говоря уже об асах, разумные становятся только тогда, когда уничтожают противника быстрее, чем он успевает среагировать на их атаку. Превосходство «защитников» в количестве вооружения и маневренности позволит им сохранить жизнь очень многим пилотам.

И Консул не сомневался в том, что как это и было с «крестокрылами», вскоре на «защитниках» появятся кормовые пушки. В конце концов — можно и сократить внутренний объем полезного пространства кабины, уменьшить грузовой отсек. Нашли же способ поставить сюда небольшой навигационный компьютер и гипердвигатель? Нашли. Даже от астромеха отказались — не то, что на «крестокрылах». Значит и эту рекомендацию, которую он подготовил после предыдущего сражения, тоже приготовят.

Да, «защитники» проигрывают «глазастикам» в скорости. Но, в конце концов, кому нужна скорость там, где тебе не придется гоняться за противником, пытаясь подловить его на виражах, а со спокойной совестью можно расстреливать его из своих орудий, повиснув на хвосте?

Белоснежно-голубой тоннель распался перед его глазами через пять секунд после того, как на приборной панели прозвучал сигнал о готовности к выходу из гиперпространства. Консул убедился в герметичности своего скафандра благодаря цифровому экрану визора своего массивного (как и на всех TIE) шлема. В отличие от «крестокрылов», где пилоты вынуждены смотреть на сражение собственными глазами, пилоты TIE имеют все показания своих приборов прямиком перед своим лицом. Как в шлемах штурмовиков. Шлем виртуальной реальности, который так же хотели поставить на тестовые образцы, пилоты «защитников» забраковали сразу. В чем тогда смысл транспаристалевого кокпита, если есть возможность сидя в бронированной летающей коробке видеть через сканеры все, что происходит снаружи? А уж когда узнали насколько много энергии эти шлемы поджирают из реакторов… Нет, лучше по старинке — с визором перед глазами. Ведь в любой ситуации, если вышла из строя система визора шлема, ты просто продолжаешь смотреть на приборную панель через светофильтры. Как это делают пилоты «крестокрылов» каждый день. Им и без всяких визоров хорошо — знай себе контролируй машину. В крайнем случае астромех всегда даст знать.

Но на «защитниках» не нужен астромех. Он надоедает. С навигационным компьютером намного лучше. Намного спокойнее.

Компьютер «защитника» вновь издал звуковой сигнал — спустя долю секунды после завершения прыжка. Аппаратура отчиталась о том, что все системы функционируют нормально. Хорошая функция. Но лучше бы об этом сообщать перед боем. Так же следует зафиксировать этот недочет.

Органы управления на «защитнике» такие же, как и на «крестокрыле» — штурвал для маневрирования, ручное управление остальными системами. Но если на Т-65-В и прочих истребителях, оборудованных астромехами, приборная панель по сути — вторичный орган управления, и большая часть пилотов командует кораблем (за исключением скорости, вооружения и защиты) — через астродроида, то на «защитнике» это первостепенный контур управления. Пусть у тебя на голове высокотехнологичное «ведро», с помощью глаз и иконок на визоре ты не можешь маневрировать и вести огонь. Максимально похоже на систему брони «Инфильтратор» Штурмового Корпуса или «Ратника» Имперского Корпуса Сил Специальных Операций.

Консул взглянул на дополнительный монитор слева внизу. Там отображался статус щитов, а выше шла линия огоньков, показывающих состояние оружия. Посередине орудийного дисплея две цифры показывали, что на борту находится восемь ракет. Далеко не легкое вооружение для истребителя, достаточное, чтобы в сражении с большинством более «зубастых» противников свести вничью.

Меж тем, бортовая система уже отчиталась о том, что все оставшиеся одиннадцать машин вышли из гиперпространства. И сейчас им предстояло пройтись вдоль астероидного пояса до забытой всеми цели, не используемой ротанцами уже несколько столетий. И лишь для этого испытания там вновь появились разумные. И дополнительная техника, никак не соответствующая профилю работы станции базирования шахтерских кораблей.

В поле зрения возникла космическая станция с тремя клиноподобными платформами, идущими от края станции к ее центру. Консул запустил широкополосное сканирование. Где-то здесь находилась «Первая эскадрилья». Но где — им знать не положено по программе испытаний. Потому как сегодня TIE-Защитники должны отработать свой бой с «крестокрылами» для того, чтобы окончательно поставить точку в цикле военной приемки.

— Здесь Два-Лидер, — открыл он канал связи с пилотами. — Разбиться по парам оборонительное построение. Тяга — половина мощности. Дефлекторы на полную. Берегите тылы.

Щелчки по общему каналу связи пилотов эскадрильи послужили ответом. Пилоты-асы не разговаривают во время боя, не перебрасываются крылатыми фразочками. Пилоты-асы максимально эффективны и нескончаемый словесный поток у них открывается только на местах базирования в перерывах между миссиями, когда они обмениваются опытом и впечатлениями от сражения. Именно в такие моменты пилоты могли получить опыт за счет чужих ошибок. Не обязательно совершать свои, если можно научиться иначе. Дроиды… дроидам этого не пондять.

— Говорит Два-семь, — раздался голос командира 507 эскадрильи Ники Фора, входящего в состав «Второй эскадрильи». Консул бросил взгляд на показания сканеров. Седьмой и восьмой «защитники» держались ближе всех к астероидному поясу. — Фиксирую «крестокрылы» среди астероидов.

— Без движения? — уточнил Консул.

— Никаких следов энергии, — подтвердил Ники Фор. В его голосе звучала жесткость — этот мужчина являлся командиром подразделения, которого более не существует. Как и самого звездного суперразрушителя типа «Платан», являющегося флагманом гранд-адмирала Джозефа Гранджера. Как и самого гранд-адмирала. И всего экипажа. Уничтожены диверсантами при завершении ремонта.

Но об этом — потом. Сейчас главное — задание. То, что бортовые компьютеры смогли распознать среди космических булыжников корпуса кораблей — это хорошо. Значит аппаратура в самом деле лучше, чем на «инкомах».

— Боевая тревога, — распорядился Консул и практически сразу нахмурился. На иконке перед глазами замигал красный огонек — кто-то взял его машину на прицел. Загорелся еще один сигнал — в его сторону запустили ракету. И еще одну. И еще.