Фаранг-1. Как я провёл лето. - Валерьев Валерьевич

Майор, узнав об этом, только схватился за сердце, а Витя злобно выматерился. Понять, причём тут был бывший лётчик, было абсолютно невозможно. Затем через десятые руки пришла информация о том, что супруга ТОГО Петра Шевченко слегла с инсультом, а дочь заложила квартиру, чтобы нанять адвоката и майор, уже неделю пребывавший в полном ступоре, решил действовать.

— Домой поеду. Понимаю, что они не моя семья, а его…

Пётр сник и сразу стал каким-то старым.

— … но не могу я их бросить. Деньги есть. Глядишь, как-нибудь и подсоблю.

"А я? Тут два месяца на пляже загорать буду?"

Егоров набрал номер Володьки.

— Привет, это я. Закажи нам два билета. Один до Киева, второй — в Алма-Ату.

С билетами случилась закавыка. Немедленно приехавший за документами Володя, полистал Витькин паспорт и нервно присвистнул.

— Фьюу! А… Извините, а как вы сюда…

— Вова, — Егоров сам себе напомнил горбатого главаря и подпустил фирменной джигарханяновской хрипотцы, — Вова. Зачем тебе это знать?

Владимир Боренко струхнул. Он уже сто раз пожалел, что с руганью и хлопаньем дверями ушёл от своего шефа и связался с этими мужиками. Деньги у них водились, он это нутром чувствовал. А ещё, шестым чувством пятой точки, Вовка ощущал запах крови — Виктор Сергеевич и дядя Петя смотрели на него уж как-то очень спокойно. Вовка промямлил нечто невнятное о том, что с такими делами он связываться не хочет.

— С какими делами?!

Виктор Сергеевич пугал молодого парня до усрачки.

— С такими! Отметки у вас где?

— К-какие отметки?

Выяснилось, что несмотря на то, что документы были в полном порядке, в них отсутствует мааааленькая деталь. А именно — виза королевства Таиланд и отметка о пересечении границы. Боренко утёр лоб и заявил, что если его, например, поймают, то просто депортируют из страны и внесут в чёрный список нежелательных лиц, потому как виза, пусть и просроченная, у него имеется. И отметка погранслужбы.

— А вы сразу в тюрьму загремите. Без вариантов.

'И денег мне не видать…'

Мужики молча переглянулись. Было заметно, что о таких вещах они до сих пор не задумывались.

— А как-то решить это дело…

Витька потёр пальцами, но парень, подпрыгнув на месте, замахал руками.

— И не думайте!

Вторым неприятным моментом стала новость о том, что 'это вам не СНГ', и что законы королевства принято исполнять. Тайцы, несмотря на непрекращающиеся внутренние разборки, тщательно следили за тем, чтобы фаранги соблюдали все правила.

— Мы здесь никто и звать нас никак. Туристов только из-за денег и терпят.

Было понятно, что в принципе, если знать кому и как, то даже здесь это было возможно, но… кому и как?

Майор медленно покачал головой, мол, не надо. Егоров припомнил всё, что он слышал о тайских тюрьмах и поёжился.

— Сам не хочу!

Володька брался выбить скидки в магазинах. Он знал лучшие (и худшие) заведения города. Мог провести индивидуальную экскурсию по всем злачным местам Walking street, снять жильё и даже организовать девочек по вызову, но играть в игры с Законом отказывался начисто.

— Подделка визы — это ж оскорбление Короля. Да нафиг надо!

Ещё Володька шарахался как от чумы от наркотиков и оружия. Местные этим делом, конечно, втихаря промышляли, но курортная Паттайя, где постоянно тусовалось не менее миллиона 'жирных' туристов была настолько плотно обложена сетью полицейских осведомителей, что появление нового игрока в этом бизнесе каралось сразу и… по закону.

— Запомни. Мы ни к наркотикам, ни к оружию отношения не имеем. А сюда мы, — Витька усмехнулся, — случайно залетели. Не веришь? Вот тебе настоящий пилот. А самолёт наш в джунглях лежит. В общем так, Вова…

Егоров навис своими двумя метрами роста над сбледнувшим с лица Володей.

— … сроку тебе — два дня. Думай.

— Your passport, please.

Весь обвешанный значками, орденами и медалями пограничник внимательно посмотрел на очередного туриста. Высокий европеец в крепком и чистом походном снаряжении не выглядел подозрительно. Обычный свихнувшийся на экологии белый. Таких, сержант, тащивший службу на глухом погранпереходе на самом севере лаосской границы, повидал немало. Места тут были неспокойные, но любители экстрима появлялись здесь всё чаще и чаще. Выяснив, что целью его прибытия является транзит, сержант молча шлёпнул пару печатей, сделал отметку в паспорте и махнул рукой.

— Next, please.

Казавшаяся неразрешимой задача по легализации в королевстве была решена быстро и авантюрно. Вовка, ходивший в глубокой задумчивости целых три часа, пошептался о чём-то со своей девушкой, беженкой из Лаоса по имени На и предложил опасный, но вполне реальный план.

— Наташа у меня из Лаоса, но её народ и по эту сторону границы живёт. Если её сюда смогли переправить, то уж вас ТУДА — запросто. Только, — ушлый гид поднял руки вверх, — ни я, ни Наташа ближе десяти километров к границе не поедем. Сведём с кем нужно — и пока! Дальше сами.

Ну и стоить это будет, конечно…

Володька скромно потупил глаза.

— … по две штуки с носа.

'Ах ты ж… шо не зьим, то поднадкусию?'

От такой наглости Витька сначала потерял дар речи, но затем, поразмыслив и уточнив у смуглой Наташи, которая подрабатывала у него кухаркой и уборщицей, подробности предстоящей операции, согласился.

Слава богу, в банке наличие визы никого не интересовало. Управляющий отделения вбил в компьютер паспортные данные, и ячейка для хранения денег была арендована. У банка их уже ждал прокатный внедорожник с водителем, который за солидный бакшиш должен был отвезти всю компанию за тысячу километров на северо-восток, в джунгли, подождать денёк-другой и привезти их обратно. Расчёт с водителем и самим Вовкой — по приезду, вот здесь, на ступенях этого самого банка, где Витя только что спрятал все наличные деньги, показав, что брать с них, кроме анализов, нечего.

С проводником-контрабандистом Наташа договорилась быстро. Разговаривали они на каком-то совсем уж невообразимом языке. Мяукающем и гундосом. Низкому смуглому мужичку в камуфляже предложение об оплате постфактум не понравилось, но Наташа его как-то смогла убедить. Витька, для полной ясности велел майору вывернуть карманы и распотрошить рюкзак, показав проводникам, что никаких ценностей, кроме чистых носков у них нет.

Путь по джунглям занял три часа и, к удивлению Вити, не отнял много сил. Они не спеша прогулялись под зонтиками с камуфляжной раскраской по широкой, хорошо утоптанной тропе, которую даже тропический ливень не смог превратить в болото. Пару раз проводник давал команду остановиться, а сам доставал из кармана бумажник и уходил в кусты с кем-то шептаться. А затем всё закончилось. Они переправились через узкую речку по подвесному мостику и безымянный проводник передал группу путешественников очень похожему на него типу, который через три минуты вывел их из осточертевших джунглей на нормальную просёлочную дорогу, за которой лежало большое поле.

А на дороге их уже ждал грузовик.

Единственная заминка вышла с лаосским погранцом. Неимоверно толстый и важный чиновник что-либо делать при оплате 'потом' наотрез отказался. Не помогли даже гарантии контрабандистов, которых, судя по всему, он знал давным-давно. Пришлось вывернуть карманы и перетрясти бумажники.

— Сто сорок долларов и восемьсот бат.

Егоров протянул чинуше комок мятых бумажек. По местным меркам это были нехилые деньги, но пограничник снова отказался!

'Да подавись!'

Витька расстегнул браслет своего Zenith'а. Изделие швейцарских мастеров с честью выдержало путешествие в 'мир иной' и все сопутствующие приключения и выглядело так, будто только что из магазина. На титановом корпусе и сапфировом стекле не было ни царапины.

Погранец подарок заценил. Живо нацепив часы на свою пухлую руку, чинуша достал из стола кучу печатей, бумажек и смастерил в документах гостей все необходимые отметки. После чего потерял к нищим европейцам всякий интерес и пренебрежительно махнул ладонью. Валите, мол. Нечего моё время занимать!

Уже в самолёте, по пути домой, Виктор Сергеевич запоздало подумал о том, что не приключись с ним история с островами, дикарями и морскими сражениями, он ни за какие коврижки не согласился бы на такую авантюру с контрабандистами. А так… чего… срослось — и слава богу.