Фаранг-1. Как я провёл лето. - Валерьев Валерьевич

— Витя, час назад я искупала сына. А только что я вымыла тебя и смыла грязь и соль со своего тела и на это я потратила самую последнюю каплю шампуня. А заряда в твоей бритве больше не осталось, и ты будешь отныне ходить с бородой. А я ненавижу бороды. И я сама теперь не смогу содержать своё тело так, как привыкла. Но это, любимый, не главное.

Екатерина снова спрыгнула в холодную воду и оседлала ошарашенного таким монологом Егорова.

— Самое главное, — Катины пальцы активно приводили Виктора в боевую готовность, — самое главное… я… не уверена… что… выношу тебе… ребёнка… здесь… без… медицииииии… ны…

Женщина остановилась и пронзительно посмотрела на своего мужчину огромными зелёными глазами.

— И в то, что мы теперь вместе, навсегда, я тоже верю. Это не случайности Витя, это судьба.

Через час вусмерть заезженный Витька пришёл в себя на зелёной лужайке под сенью пальм. Было плохо, но… хорошо…

— Да. Судьба.

'Как там, у древних римлян? Желающего судьба ведёт, а нежелающего тащит? Интересно, а я кто?'

Отправив матросов наводить на уже слегка отмытом 'Урагане' идеальную чистоту, Виктор собрал общее совещание, на котором, помимо всех землян, присутствовали Кхап и Лак. Настроение у тайцев было отличное! Они живы, здоровы, свободны и богаты. Враги повержены, а трофеев — полный трюм и только угрюмые лица союзников омрачали их радость.

Пришельцы из другого мира тоскливо пялились на чёрную монету, которую без перерыва крутил пальцами Виктор и молчали. У них в руках был ключ для возвращения домой, но он был сломан! А старик им сразу заявил, что искать замену — дело безнадёжное.

Первой нарушила тяжёлое молчание Екатерина. Женщина, буквально час назад изливавшая на мужа водопады нежности и любви, смотрела на Виктора жёстко и требовательно. Егоров против воли поёжился — это было что-то новое, раньше Катя себя так не вела.

— Егоров. Делай что хочешь, но вытащи нас отсюда! Нам надо найти ещё один медальон. Неважно где и неважно как. Жизни, как у Уилла я не хочу!

Оля и Жанна дружно закудахтали 'да-да-да', а мужики присвистнули и сделали вид, что их здесь нет — смотреть на растерянное лицо Вити были неприятно. Тот сидел истуканом, открывая и закрывая рот, не зная, что сказать. Женщины сорвались. Они в три голоса требовали сделать невозможное и отправить их домой. Возражения и аргументы не принимались — Виктора просто не слушали. Наконец, через десять минут нежданная буря выдохлась, девчонки умолкли, а Егоров, на всякий случай, попросил у них прощения, вздохнул и высказался.

— Помнишь, о чём мы с тобой говорили, когда купались? Прости, Катя, но я НЕ ВЕРЮ, его словам — старческий бред дикарского шамана звучит для меня очень неубедительно. Эта штука, — Витя показал медальон, — просто кусок тёмного металла и всё. И всё…

Йилмаз и Олег нехотя кивнули, а Пётр Александрович глухо ругнулся.

— Я не верю в то, что какая то монетка может переносить с планеты на планету самолёты и сотни людей. Я понятия не имею, как мы здесь оказались и что с нами произошло, но вот в ЭТО, — Витька снова показал монету, — я никогда не поверю! Поняла?!

Нервы Егорова, пребывающие в изрядном расстройстве и напряжении, не выдержали, и последнее слово он прокричал, резко подавшись вперёд. Народ охнул и дёрнулся, а Катя испуганно сжалась и коротко кивнула. В глазах женщины плескался страх.

Витька запоздало вспомнил, как с Катей разговаривал Гоша и мысленно схватился за голову. Он сам себе сейчас напоминал Игоря.

'Вот я бараааан!'

— Кать, прости. Кать…

Ледяной взгляд зелёных глаз холодил сердце. Женщина очень по-мужски катнула желваки и ещё раз коротко кивнула.

— А во что ты веришь, Егоров?

Голос у женщины был предельно уставший и… равнодушный. Витьку продрало до кишок.

'Катенька, пожалуйста, не надо!'

— Мы все устали. Нам всем надо отдохнуть. Отоспаться и отъесться. Нам надо думать о том, как жить дальше здесь, а не гоняться за призрачной мечтой за тридевять земель.

Женщины выслушали сумбурную и горькую речь вождя в полнейшем молчании. Затем встали и покинули собрание, отправившись заниматься текущими делами. Витя проводил Катю глазами полными боли и отчаяния, но встать и побежать за своей женщиной он не мог. Вокруг сидели его ПОДЧИНЁННЫЕ, которые ждали его решения. Егоров собрался, встряхнулся и прогнал все лишние эмоции.

— Ну что, братцы… я думаю сделать надо так…

План у Витьки был совсем простой — жить богато, безопасно, долго и счастливо. Разумеется с Катей. Деталей, как именно это сделать, у него пока не было, но общая, стратегическая цель, имелась. Ещё у Вити имелись надёжная связь с внешним миром в виде Кхапа и его корабля и кое-какие данные о политическом и экономическом раскладе на южных землях. Это были конкурентные преимущества, которые Виктор Сергеевич из рук выпускать не собирался. Идеи о том, что предпринять дальше, рождались прямо здесь и сейчас, цепляясь друг за друга.

Во-первых, капитан Кхап заверил Виктора, что за определённое, но небольшое количество хорошего железа, он, конечно же, сможет нанять и привезти сюда работников. Самому горбатиться на стройках, ловить рыбу или копаться в земле, Вите не хотелось.

Во-вторых, Лак и Кхап, задумчиво переглянувшись, нехотя отвергли новую идею Вити о переезде их небольшой компании на север, на земли, подвластные Властелину всех людей. Лак признался, что хотя, Властелин велик и светел, но вот чинуши, которые и составляют собственно государственную власть, быстро отберут у них всё добро.

— А вас, скорее всего, убьют. Вы — фаранги. Чужаки. А значит — никто.

— Я понял, Лак. Этот пункт вычёркиваем.

В-третьих, тайцы пожаловались на то, что железная птица по имени Са Мо Лот, утонула и из воды виден только хвост.

— Нужно много людей, канаты и ворот, чтобы его вытащить.

Земляне слова капитана восприняли с сомнением. Птичка эта весила чересчур много. Впрочем, про 'Боинг', лежащий на дне, Витька сразу велел забыть. Начинать свой путь в местные олигархи с воровства он не собирался.

— Этот самолёт общий. Он принадлежит всем жителям Новой земли, понятно?

'А у меня есть ещё один козырь…'

Егоров посмотрел на спасённого им украинца. Майор понимающе кивнул, мол, да, конечно, долг платежом красен. Делиться со всеми в Витькины планы не входило.

— А вот двадцать шестой Петра Александровича принадлежит только нам. И больше никому, ясно?

'То есть, принадлежит МНЕ…'

— Вот за ним-то мы сейчас и пойдём…

За поход к солёному озеру и немедленному налаживанию торговых отношений с северным королевством Сиам все проголосовали единогласно.

После собрания, когда самые общие намётки действий на ближайшее будущее были готовы, в полный рост встала другая проблема.

Люди.

Решение предводителя уходить к самолёту уже на следующее утро, земляне встретили ошеломлённым молчанием. Первым подал голос майор.

— Места там… не очень. Женщинам там тяжеловато придётся. Пока мы там ковыряться с разбором будем…

Екатерина, демонстративно сидевшая поодаль, задрала подбородок.

— А мы и не поедем. Тебе нужно, Егоров, ты и плыви.

Витя скрипнул зубами. Его дурацкая выходка обернулась серьёзной размолвкой. На все его попытки наладить отношения, женщина отвечала молчанием.

— Ну ладно.

Егоров доел ужин и сплюнул. Вилять хвостиком, выпрашивая прощение, ему уже порядком надоело. Решив, что недельная разлука только поможет укрепить их отношения, вождь покладисто кивнул.

— Ладно. Пойдут все тайцы. Я и Пётр. Все остальные остаются здесь.

К немалому удивлению и большой радости Виктора капитан Кхап наотрез отказался от той половины добычи, что для него отложил Егоров.

— Нет, так будет плохо.

Замотанный с ног до головы в тряпочки капитан что-то пробурчал Лаку и тот, тараторя на пинджин-инглише, живо перекидал две кучи добра.

Витька крякнул.

Он-то, чтобы не обидеть своих союзников, честно разделил все вещи абсолютно поровну, правда, при этом 'тактично позабыв' о, собственно, 'Урагане', который стоял в укромной бухте на Большом острове.

Лактаматиммурам, повинуясь коротким командам своего капитана, забрал всё деревянное оружие, составлявшее большую часть добычи. Деревянные мечи из железного дерева, с добротными рукоятями, обмотанными кожаными ремнями, смотрелись очень грозно и солидно. Почти все мечи были дополнительно усилены острыми каменными пластинами, искусно вставленными в рубящую кромку. Следом за мечами, Лак забрал почти все копья дикарей, тоже сделанные из чёрного дерева и с каменными наконечниками.