Победитель будет только один - Игорь Витальевич Шелег

– Над ними дрон! – крикнул мне Дима. – Смотри на одиннадцать часов!

– Но мы все равно едем не в ту сторону! – крикнул я ему.

– Я сокращаю путь! – ответил мне Дима и, выехав из деревни, помчался по полю. – Они хотят уйти через лесную дорогу! У нас там пост, но никого сильнее Ветерана нет. Размажут и поедут дальше! Следи за дроном, они должны начать сдвигаться вправо! Там мы с ними и встретимся.

– Хорошо! – крикнул я, доверяясь Диме. Он по моей просьбе изучил пригороды и подготовил несколько планов эвакуации, чтобы мы могли уйти в случае чего. Маленький мигающий огонек дрона и вправду уходил в сторону. Только вот странно, что никто еще при наличии наблюдения за багги не стреляет по ним. Дима же вез меня по полю только в одно нужное ему место.

Я следил за дроном и поэтому мог ясно увидеть, что он взорвался и начал падать вниз. Я крикнул Диме:

– Дрон сбили!

Вот только расстраиваться я поспешил, через десяток секунд над тем местом пронеслись беспилотники, и над крышами поселка поднялось пламя взрывов.

– Есть! – крикнул Дима. – Сейчас выедем на дорогу и окажемся с ними лицом к лицу!

Въезд с поля на проселочную дорогу оказался в ямках, я даже немного себе язык прикусил и с неприязнью посмотрел на Диму, но потом просто крепче стал держаться. А то так не только язык можно прикусить.

Выезд на широкую дорогу оказался с сюрпризом. Я-то надеялся, что мы еще некоторое время проедем по дороге к месту, с которого беспилотники атакуют пытавшихся сбежать Дорониных, организуем там засаду, а после этого помножим их на ноль или по крайней мере попытаемся.

К сожалению, реальность оказалась к нам не столь благосклонна, и план застопорился на первом пункте.

Едва мы выехали на дорогу, как в багги на огромной скорости врезался такой же багги.

Я только успел увидеть удивленные глаза водителя и заметить попытку отвести машину в сторону, но у него ничего не получилось. Мы встретились с ними левыми фарами.

Словно в каком-то фильме, нас отбросило в деревянный забор, закрутив, от силы удара я даже чуть не выпал из кресла. А вот машина наших противников пострадала куда более серьезно. Машину закрутило вбок, и она закувыркалась вокруг своей оси, что стало огромной проблемой для пассажиров. Один из них точно выпал сразу после первого удара о землю и так и остался лежать. Я быстро достал пистолет из кобуры и выстрелил по неподвижно лежащему телу. Кажется, «доспеха духа» нет, и пуля попала куда-то в тело.

– Дима, ты как? – спросил я у друга.

– Все лайтово! – ответил он, тряся головой. – Это было неожиданно! Как увидел машину, несущуюся нам навстречу, так знатно так пересрался!

– Я тоже, – честно признался я.

– Кажется, они уничтожили дрон и разделились, – сказал Дима, указывая на место недалеко отсюда, где до сих пор велась стрельба.

– Похоже на то, – согласился я. – Пойдем и законтролим их? Давай только осторожно, – негромко продолжил я. – Мы живы, и они, скорее всего, тоже.

– Ага, видел, как их перевернуло?! – возбужденно сказал Дима. – Вообще жесть!

– Пошли, – толкнул я его в плечо. – Только не напрямик давай, а сбоку зайдем.

– Здесь нельзя, – сказал Дима. – Шиповник растет и много, только нашумим. Давай дом обойдем!

– Давай! – сказал я, соглашаясь, хотя мне было физически неприятно оставлять неподвижно лежащее тело без контроля, но это было необходимо сделать, если я не хотел попасть в засаду.

По идее, слабаков среди присутствующих не могло быть. Если по-глупому подставимся, могут в несколько ударов положить.

Нам пришлось обогнуть небольшой кирпичный дом, открыть калитку и пробежать еще немного вдоль каких-то построек, как дом, рядом с которым осталась машина, буквально перестал существовать. Объемный взрыв опять отбросил нас на землю, а я в очередной раз понял, что наследие у Дорониных очень даже крутое и не стоит под него попадать, а то мало не покажется.

– Давай сюда, – показал Дима на проем между зданиями, где виднелась решетчатая калитка.

– Только тихо, – сказал я, и мы начали пробираться вперед.

Открывшаяся картина была наполнена драматизмом. Лежащее на земле тело, в которое я всадил пулю, было приподнято. Один из пассажиров прижимал голову неизвестного к своей груди и качался взад-вперед. Еще один человек склонился над ним и негромко говорил:

– Оставь его… Ему уже ничем не поможешь… Нужно уходить!

Еще один стоящий рядом с ним человек в одной руке держал автомат и внимательно рассматривал окрестности, вторая рука у него висела плетью.

– Что ты думаешь? – негромко спросил меня Дима.

– Ждем, – тихо сказал я. – Атакуем, как только начнется движение! Нужно выждать, сами можем не потянуть.

– Господин! Машину не починить! Оторвало одну из подвижных реек левого колеса… Дальше мы не сможем ехать…

– А как так получилось, что мы врезались в них? – зло сказал Доронин, а это был именно он, я его узнал.

– Они появились неожиданно, – сказал водитель. – И кажется, ехали нам наперерез.

– Ты убил моего сына! – крикнул Доронин и нанес невидимый удар наследием. Тот же самый взрыв, только в локальном месте. Он не делал удара рукой, ничего не делал, просто качнулся вперед, и стоящего водителя, как я понял, просто разорвало.

– Ой, ля! – ошарашенно сказал Дима.

– Здец! – солидарно высказался я. Убийство своего произошло у Доронина как-то буднично и незаметно. И мне резко расхотелось останавливать главу враждебного клана: так можно надорваться, и пупок развяжется.

– Зачем? Отец! – сказал склонившийся над сидящим на земле парень. Кажется, это Константин, сын главы Доронина, а мертвый, судя по всему, двенадцатилетний Иван. Мне даже немного стыдно стало. Это же был совсем мальчишка.

– Он убил его! – сказал Доронин.

– Его сердце еще бьется! – не согласился Константин.

– Но здесь нет целителя! Он умрет! – сказал Доронин, а у меня в голове созрел план. Ментальным ударом я выбил дух из бойца с автоматом, чтобы не рыпался. Потом нарастил «доспех духа», сформировал «электрические перчатки» и, встав в полный рост, открыл калитку.

– Доронин! На что ты готов ради того, чтобы твой сын был жив?! – громко сказал я.

– О-ой, дебил! – прилетело от Димы. И я почувствовал, как он собирает энергию для применения техник.

– Кто ты?! – громко сказал Доронин и остановил Константина, едва дернувшегося в мою сторону.

– Я, целитель! – сказал я. – Тот, кто может спасти твоего сына. Если ты предложишь достойную плату.

– Твоя жизнь разве не плата?! – рыкнул Доронин.

– Я себе не принадлежу! – сказал я и сделал несколько шагов вперед. – Поэтому это не плата. Есть кое-что другое, что меня устроит.

– Чего ты хочешь?! – спросил он.

– Эта бойня больше никому не нужна. Сдавайся и признай поражение… И тогда мне не нужно будет драться с тобой.

– Кто ты такой, чтобы делать мне такие предложения?! – возмущенно спросил глава клана.

– Арсений Советников! – негромко сказал Константин, даже в темноте узнавший меня. – Вот так встреча!

– Все верно, – согласился я. – Я имею право делать такие предложения.

– Даже если я прикажу своим людям сдаться, они не сдадутся сейчас! – сказал Доронин.

– Мне достаточно будет вашего слова, что вы попадаете ко мне в плен, и это будет равнозначно окончанию войны, – сказал я. – Обо всем остальном будете говорить с отцом.

– Черт с тобой! – с ненавистью выплюнул мужчина. – Я, Доронин, глава клана Дорониных, признаю поражение в войне и склоняю голову перед пленившим меня.

– Дима! За мной! – скомандовал я и, подойдя к Дорониным, посмотрел на Константина: – Вы уничтожили мою рацию, дай мне свою.

– Окажи Ване помощь! – потребовал он.

– Давай рацию! – протянул я руку и через несколько секунд получил ее.

От отца и сына в мою сторону был направлен поток ярости, но была и маленькая надежда.

– Первый! Резерву! – сказал я, настроившись на резервную командную частоту.

– Слушаю тебя, Резерв! – почти мгновенно ответил Трофимов. – Что у тебя?

– Я в секторе семнадцать поселка! Возле поста в лесу! Со мной глава клана Дорониных. Он сдается в плен и готов подписать капитуляцию! Прекратить огонь! Отойти на позиции!