Победитель будет только один - Игорь Витальевич Шелег

Вторым пунктом плана после разведки было уничтожение коммуникаций. Линии электропередачи, водопровод и канализация, установка постановщиков помех.

Третий пункт плана – уничтожение камер, турелей и тяжелого вооружения. Причем это получилось сделать достаточно просто. Несколько сотен беспилотных летательных аппаратов и снайперы с тяжелыми винтовками быстро сделали свое дело. Стрелки, как правило, прикрывали себя. Я же поставил задачу повредить именно вооружение. Тяжело стрелять из погнутого дула.

Последним же пунктом шло ранение всех, кто мог нам противостоять. Не сказал бы, что я запретил убивать противника, нет. Такого сделать я не мог. Слишком свежи были в памяти наши раненые и убитые. Задача выполнялась, пусть не идеально, но выполнялась.

Поначалу Доронины огрызались, но постепенно их сопротивление сходило на нет.

С Владимиром Ивановичем Кречетом я начал общаться еще в первый день, после того как их контратака на захваченные нами позиции захлебнулась.

После уничтожения основных средств стрелкового вооружения они стали практически беззащитны. Господство в воздухе и грамотно построенная политика уничтожения техники заставили захлебнуться атаку противника, а после нее мы еще около часа атаковали те места, откуда по нам вели огонь.

Потом появился он – парламентер с белым полотенцем на швабре. Пришлось идти общаться. В результате было принято решение о прекращении ведения огня в течение часа после общения парламентеров. А у меня появилась возможность давить хотя бы на одного из людей Дорониных и попытаться выведать его тайны. Этого я как раз и хотел добиться, и нужно было хоть как-то разобраться в ситуации вокруг этих пунктов управления. А еще мне нужен был сам Доронин. Может, если мы надавим непосредственно на него, он примет поражение.

К сожалению, узнать, где находится глава клана Дорониных, нам так и не удалось. Я не услышал ни да, ни нет. Только требования прекратить боевые действия на этой территории.

– Эй, ты чего тут? – задал мне вопрос непонятно как оказавшийся рядом Дима, буквально вытянув из воспоминаний.

– Тебя жду! – недовольно ответил я ему, понимая, что уже немного расслабился и не переживаю о гипотетической пуле от своих. – Чего приперся? Я же сказал ждать меня там и контролить!

– Я и контролил, – отмахнулся от меня Дима. – Ты спрыгнул в окоп и не идешь… Случилось чего?

– Нет, – отрицательно закачал я головой. – Очко жим-жим… Пошли.

Дима понятливо кивнул и, развернувшись, пополз обратно, я пополз за ним пригибаясь. Окопы на территории Дорониных были, но появились и новые после того, как определенная местность оказалась перекопана направленными взрывами. Просто и эффективно. Конечно, есть «доспех духа», но я не хотел рисковать и от других требовал этого не делать, пытаясь не отсвечивать перед противником.

– Ну как? – первым меня в штабе встретил Трофимов.

– Все без изменений, – пожал плечами я. – Поныли, поныли… «Вы не должны этого делать», и все на этом.

– Не нужно было вообще с ними общаться сегодня, – сказал Трофимов. – Только время теряешь, а они в связи с этим перегруппировку делают. Людей на точки выводят. Собирают оружие.

– У них свои цели, у нас свои, – заявил я. – Зато мы явно видим их приготовления и можем сделать вывод… Какой, кстати, вывод?

– Они готовятся к атаке или, что вероятно, к контратаке, – заявил Трофимов, открывая карту местности. – Примерно по сорок человек переместились на эти точки. Думаю, они готовятся пойти на прорыв с трех сторон.

– Хорошо, – сказал я. – А что думаем мы?

– Думаем, как их уничтожить до начала нашей атаки, – ответил Трофимов.

– Вы уверены? – спросил я у главы рода, с которым достаточно близко сошелся за эти несколько дней.

– Определенно, – ответил мужчина. – Смотри, активность на территории поместья практически равна нулю. Почти вся территория простреливается нами. Вооружение, которое и доставляло нам основные неудобства, уничтожено. Как только закончится время перемирия, мы начнем разведку боем.

– Хм… – Я задумался. Все вроде было правильно. За то время, что мы тут орудовали, силы Дорониных явно просели, как в живой силе, так и в рабочем оружии. Так что неожиданная атака для уничтожения выявленных сил противника и его огневых точек будет в самый раз. И этот вариант мы уже обсуждали не раз. – Может, подождем еще немного времени?

– Для чего? – не понял Трофимов.

– А что, если они сами приготовились к атаке? – спросил я. – Приготовились и хотят прорвать оборону и уйти из западни.

– С чего ты так решил? – спросил у меня мужчина заинтересованно. В этом небольшом кабинете находились только мы одни. Все остальные уже были направлены на поле боя и в прицепы операторов дронов для координации сил нападения.

– Не знаю, – задумчиво сказал я. – А для чего их вообще туда нужно было отправлять? Даже если они видели, что мы готовим атаку, все равно отправлять своих людей под бой они не должны. Мы же реально их только беспилотниками заставим уйти обратно внутрь поместья. Опять будут раненые, собранное оружие придет в негодность… Так что только одни минусы. Нет, Доронины не дураки, такого не может быть.

– Сомнительно… Слишком места неудобные для прорыва, – сказал Трофимов. – А вот для обороны самое то.

– Я и не настаиваю, – поднял я руки, – предлагаю перестраховаться. Для нас ничего не изменится, если мы нападем на двадцать минут позже, как и для них, собственно говоря.

– Ладно, – сказал Трофимов и нажал на кнопку коммуникатора. – Внимание! Говорит Первый! Фаза три сдвигается на двадцать минут позже.

– Второй принял, – мгновенно ответили из коммуникатора, в голосе отвечавшего я узнал Седого.

– Третий принял, – сказал следующий голос, и так отчитались все девять руководителей основных подразделений. Теперь операцией непосредственно руководит Трофимов, а я просто состою при нем и учусь, как проводить операции подобного масштаба с привлечением сил всего клана.

Время до атаки я провел как на иголках. Я ходил взад-вперед и ждал. Едва только закончилось время перемирия, стал пристально рассматривать видео с одного из дронов, ведущих наблюдение.

Силы Дорониных не производили никаких действий и вообще никак себя не проявляли, только замаскировались маскировочными сетями и мусором. Несмотря на то, что начало наземной части операции сдвинулось, наши силы пришли в действие. Настала первая фаза операции, и в воздух поднялись около сотни беспилотников с вооружением на борту.

Я уже был готов услышать от Трофимова команду на атаку, как неожиданно дрон, с которого я вел наблюдение за территорией, перестал выдавать сигнал. То же самое произошло и еще с десятком беспилотников, которые зависли над территорией и передавали картинку.

– Второй – первому, это атака! Подпущу ближе и открою огонь! – сказал Седой. – Радио не работает, работаем по проводам!

– Дроны, на поле боя! Беспилотники, атака курсом ноль, девяносто три и двести семьдесят! – быстро начал говорить Трофимов. – Внимание всем! Работаем самостоятельно!

Мы были готовы к атаке, поэтому взамен выведенных из строя дронов им на смену быстро пришли другие.

– Это точно прорыв! Ты был прав! – воскликнул Трофимов, указывая на монитор. – Они пытаются уйти! Смотри!

– Точно, – через несколько десятков секунд я сумел рассмотреть место атаки, удивляясь, как Трофимов смог так быстро сориентироваться.

– А я-то думал, что они оружие и боеприпасы собирают! – хохотнул Трофимов. – А они нашим способом начали действовать! Видишь?

– Окопы? – уточнил я.

– Да! – кивнул Трофимов.

А я в очередной раз удивился и восхитился опыту этом мужчины, а еще испытал зависть, ведь я не настолько ориентировался в обстановке. Он же, когда отдавал приказы беспилотникам и указывал курс, хоть и не верил в мою теорию насчет прорыва, но рассчитал наиболее вероятный маршрут отхода Дорониных и вывел беспилотники им во фланг. Единственное, чего он не учел, это то, что Доронины воспользуются нашей тактикой, чтобы не попасть под обстрел. Они также взорвали землю и таким образом сделали для себя естественное укрытие, которое, несмотря на некоторое неудобство, позволяет дольше остаться