Победитель будет только один - Игорь Витальевич Шелег

Вопрос, который я только что поднял, чуть не расколол клан пополам. Я ведь и вправду не знаю, кого и куда отправить для выполнения задач. Если вдруг мне придется стать главой клана, я определенно обосрусь при принятии решений. Ладно мирное время, надавить на оппонента можно. Вот только в военное время все по-другому, каждый хочет сохранить своих людей и ищет любые ухищрения, чтобы этого достичь.

Покатав в голове мысль о том, что глава клана – это не только круто, но и очень геморройно, я решил порадоваться, что не являюсь основным претендентом на место отца. По крайней мере пока я к такому точно не готов. Это же не единая команда, это банка с пауками, в которой я, кстати… один из пауков.

– Нормальный план, – тихо сказал Богомиров себе под нос и, заметив мой взгляд, подмигнул мне.

– Арсений, – сказал отец, – давай с самого начала… Я видел, ты оценил информацию, которая у нас есть на данный момент. Готов выслушать твои мысли. Говори так, как будто ты глава клана и все тебе должны полностью подчиняться. Я подумаю, как и что можно реализовать.

– Я перед подготовкой к первому штурму раздумывал, как бы сам поступил, и у меня сложилось вот какое представление, – медленно начал я, откидываясь в кресле и радуясь, что он не стал настаивать на моем участии в роли руководителя операции. – Во-первых, мы должны правильно начать… Подготовить рядом с каждым объектом Дорониных блокпосты, по несколько десятков человек, предназначенных для блокирования действий противника… Короче, чтобы никто не мог прийти на помощь извне… Во-вторых, требуется с помощью сильнейших Витязей земли разобраться с тем, что находится под особняком. Обязательно проверить на отсутствие подземных ходов. И последнее, самое важное… Это лишить их ресурсов, как людских, так и материальных. И это основное, но только после выполнения первых двух пунктов.

– У них там целые склады, – проговорил Петриченко негромко, но пока никто не успел влезть или его остановить, я спросил: —

И что же у них там есть? Сколько орудий и боеприпасов, сколько топлива?

– Не знаю, но много. Это любому ясно, – ответил он.

– Брать поместье нужно сразу, с наскока… Разведка вообще не нужна… – сказал я интерпретированные слова Петриченко. – Это любому ясно…

– Арсений, продолжай, – одобрительно сказал отец после секундного замешательства последнего.

– Предварительно предлагаю… Во-первых, перебить им электричество, водопровод и поставить подавитель помех. Во-вторых, с помощью БПЛА выявить системы противовоздушной обороны и их уничтожить. С помощью снайперов начать серьезные ранения бойцов. Я не знаю, сколько у них целителей, но сомневаюсь, что они способны принимать раненых постоянно. К началу операции они должны быть вымотаны. И подготовить еще больше разведчиков и дронов, чтобы собрать информацию о мерах противодействия… Определенно нужно начать с этого, а вот порядок применения необходимо разобрать после получения разведывательных данных.

– Хорошо. На этом остановимся, – отец помассировал себе глаза. – Итак, на сегодня отбой. Отдыхаем и ни на что не обращаем внимания. Всем выспаться и быть в готовности получить приказ. Вопросы есть? Отдыхать!

Глава 14

– Добрый вечер, Владимир Иванович, – сказал я мужчине, годящемуся мне в отцы. – Вы подумали над моим предложением?

– Добрый, Арсений Викторович, – хмуро смотря на меня, ответил мужчина. – Мы не собираемся сдавать позиции. Решение принято и обсуждению не подлежит.

– Тогда почему мы тут с вами встречаемся? – уточнил я.

– Для того, чтобы забрать раненых и убитых и оказать им помощь, – сказал мужчина.

– А сколько у вас убитых? – спросил я как бы невзначай.

– Нет у меня убитых, – ответил он недовольно. Этот вопрос был для него самый неприятный и больной. А все потому, что убитых практически нет, а вот раненых много. В связи с тем, что для этого дом подвергается постоянным атакам снайперов и беспилотных летательных аппаратов. Владимир Иванович просто в бешенстве: так обычно не воюют. Я же планомерно уничтожаю все, до чего могу дотянуться. – То, что вы делаете, это бесчеловечно!

– Вообще-то у нас война, – ответил я уже не так спокойно, разыгрывая взволнованного молодого человека. – Война, в которой погиб мой дед! После нападения вашего клана. Это вы развязали войну! Это вы хотели порвать нас на куски! А после того, как вы не можете победить, начинаете жаловаться? У вас есть возможность сдаться или отправить детей и женщин из этого поместья. В этом случае они не умрут просто так!

Я давил на него. Давил на этого мужчину, парламентера, и он поддавался моим техникам. Я даже ощущал, что он хочет сдаться. Лично он, если бы был главным, мог и поддаться мне, но мужчина не принимал такие решения единолично. Поэтому я мог только ненавязчиво на него воздействовать.

– Это не отрицает того факта, что вы поступаете бесчеловечно! – возмутился мужчина, а по его мимолетной задержке я понял, что ответы ему диктуют через невидимый мною микрофон. – Прекратите обстрел!

– Не могу! – ответил я. – Наш клан предпринял попытку захватить данную территорию с наскока, и это не получилось. Более того… Принято решение не лететь за деньгами и контрибуцией. Мы выбрали курс на максимально аккуратное проведение операции… Больше не будет кавалерийских атак с наскока… Все ваши позиции заблокированы, по выходящим будет открыт огонь на поражение. Я в очередной раз предлагаю вам сдаться или выпустить детей и женщин. Помощи вам ждать неоткуда.

– Нет, – ответил мужчина. – Больше нам не о чем разговаривать!

– Хорошо, – кивнул я. – Если вдруг передумаете, связист будет ждать вашего сигнала и передаст мне.

На этом наша беседа завершилась. Мы, не прощаясь, развернулись и пошли разные стороны.

Вот сейчас самый волнительный момент за все время. По спине прокатилась капелька холодного пота. «Доспех духа», и так накачанный за все время на максимум, казалось, вот-вот распадется, но я все равно еще чуть-чуть добавил энергии и прикрыл голову. Основными моими слабыми местами были голова и сердце. За все остальное я, конечно, тоже переживал, но не настолько. Если вдруг у кого-то будет желание меня убить, то даже без почки я смогу немного прожить, если, конечно, не загнусь в тот же момент от болевого шока. А ведь помимо выстрела в спину из крупнокалиберной винтовки я переживал насчет выстрела в лицо.

Мои недруги из собственного клана вполне могут рискнуть и убрать с доски мешающую им фигуру.

От злости на эти шпионские игры ладонь сжалась в кулак, но злиться на ситуацию было уже поздно, наконец-то передо мной появилась ямка окопа, и я внимательно посмотрел внутрь и спрыгнул.

Осматривался я не зря. В прошлый раз после прыжка я увидел перед собой противопехотную мину и знатно так перетрухнул. Она бы мне ничего не сделала, но психологически я бы изрядно перетрухнул. К счастью, это был всего лишь муляж, но с тех пор я ждал подлянки и от своих, и правильно делал: от них можно было ожидать чего угодно.

В окопе рядом со мной никого не было, и я решил немного посидеть и успокоить бешено бьющееся сердце. Нужно было расслабиться, и я это и решил сделать, вспомнив, как же докатился до такой жизни.

Мой план пусть и с оговорками, но был принят, вот только отец все же предложил мне взять на себя общее руководство осадой, по крайней мере до непосредственно штурма. Самим штурмом будет руководить Трофимов, а я состоять при нем. Предложение было интересное, к тому же другие главы родов были направлены на блокирование других объектов Дорониных, и мне никто не мешал делать так, как я сам хочу.

Первая часть плана прошла как по маслу. Батальонные тактические группы с усилением боевых роботов и мобильных доспехов заблокировали силы Дорониных в местах сосредоточения. Основные силы, конечно, были сосредоточены на тех местах, на которых определили основной и запасной пункты управления.

Разведка была проведена как положено. Кое в чем я был прав, под поместьями оказались трехэтажные подвалы, в которых можно было разместить не одну сотню бойцов с полным вооружением,