Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Спит остановил свои поиски и поднял голову. Его глаза мерцали. — Серебро это все. В старину мы получали его когда пили воду из реки или ели дичь, которая пила её. Оно пронизывает камни и кости этого места и движется глубоко под землей. — Он говорил спокойно и ритмично. — Все существа живущие здесь, получают небольшие количества Серебра с тем что едят и пьют, когда-то драконам этого хватало. Мы знали, что дичь этой земли и вода этой земли восстанавливает наше здоровье лучше, чем где бы то ни было. Мы лучше слышали друг друга, когда охотились здесь а ещё мы могли слышать людей… — Его слова смолкли и Тимаре показалось, что ночь вокруг них стала темнее.

— Спит? — Спросил Карсон как только необычный поток сознания остановился и затих. Не он один смотрел на норовистого маленького серебряного. Спит неподвижно стоял, и невидящими глазами смотрел на разрушенные стены колодца. Молчание все длилось.

Его нарушил Меркор. — Я чувствую, что Спит говорит правду. Я не могу вспомнить все о чем он говорит, но то, что я могу вспомнить, соответствует его словам.

— Дай это мне! — Внезапно скомандовал Карсон. Он надвинулся на маленького дракона и сурово посмотрел на него. После долгой паузы, Спит приоткрыл челюсти. Длинная цепь свисала у него изо рта и сворачивалась, гремя об камни площади. Карсон присел, изучая её, но прикасаться не стал. — Что это было? — Потребовал он, обращаясь одновременно ко всем, и ни к кому конкретно.

Меркор выдул воздух из ноздрей. — Должно быть, следы серебра остались на цепи, и Спит нашёл его.

— Только чуть-чуть, — блаженно признался Спит. — Я учуял. И я взял его, пока все вы стояли и смотрели, как скот. — Его удовлетворение сочилось ядом.

— Вот это, Спит, мы знаем, — пробормотал Карсон, а затем он и другие хранители отошли подальше, когда другие драконы бросились вперед, чтобы тоже исследовать обломки. Но их фырканье, и возня с цепями и обломками древесины, очевидно, ничего не дали им. Они разошлись медленно, возвращаясь к наблюдению, и Tимара знала, что каждый хранитель разделял её удивление. Если небольшое количество серебра совершило такое огромное изменение в Спите, даже на время, то что постоянная поставка его сделает с драконами? И чем они готовы пожертвовать ради этого?

Синтара посетила место работ не меньше, чем три раза. Она мало говорила с Tимарой, но излучала одобрение того, как старательно работала девушка, чтобы очистить колодец. Tимару возмущало, как энтузиазм дракона мог заразить и заставить её работать активнее, но не могла сопротивляться этому. Она знала, что работает усерднее, когда синяя королева следит за ней. Она не была единственной. Даже Джерд пришла помочь с энтузиазмом, которого не проявляла к подобным каторжным работам в холодный день. Tимара избегала её, предпочитая работать вместе с Татсом и Рапскалем. Её согревала та лёгкость, с которой они сейчас общались друг с другом.

Рапскаль никогда не выказывал никаких признаков ревности, а Татс, судя по всему был искренен, когда говорил о том, что справится со своей. Может ли все быть так просто, удивилась она и обнаружила, что очень на это надеется. Можно было расслабиться и просто побыть собой. Когда после полудня, они сделали перерыв на еду, к счастью, наравне с вечным копченым мясом собственного производства, включавшую в себя горячий чай с сахаром и галеты, Джерд с улыбочкой обронила фразу о том, что похоже, они трое придумали что-то, чтобы порадовать друг друга.

Тимара не обратила на неё внимания, и призналась себе, что гордится тем, что сделала это.

Но с приходом ночи, когда холод поднялся с земли, охлаждая её лицо и руки, у неё осталось только одно желание — пойти домой. Да, домой, подтвердила она сама себе. Её уютный номер с маленьким складом личных вещей, был домом. Очистке колодца придётся подождать завтрашнего утра и дневного света, решила она, но другие, казалось, не разделяли её желание отдыха. Карсон, Большой Эйдер и Лефтрин перегнулись через край колодца и смотрели вниз.

— Слишком темно, чтобы и дальше работать сегодня вечером, — заявил Лефтрин.

— И слишком холодно, чтобы продолжать прямо сейчас, — отозвался Татс из глубины.

Кейз и Бокстер стали поднимать его. Когда они подтащили его к краю, Нортель и Рапскаль перехватили веревку и развернули лицом к себе. Даже через чешую Элдерлинга было видно, насколько он покраснел от холода, руки его скрючились, как когти: Рапскалю пришлось самому развязывать узлы страховки.

Как Татс освободился, он добавил, — Я думаю, мы почти у цели. После того, как вы подняли последний кусок балки с цепью я пошарил вокруг и обнаружил небольшую щель. Там нужно ещё расчищать, но похоже там осталось только два больших обломка, после того как мы их вытащим путь ко дну шахты будет свободен.

— Серебро на дне было? — нетерпеливо спросила Верас. Её ноздри были расширены, а шипы вокруг её шеи торчали как кружевной воротник. Джерд стояла рядом со своей королевой драконов, и её лицо отражало вопрос.

— Вы можете достать его? — спросила Синтара. Он протолкнулась в первые ряды круга, и не обращая внимание на крик Лефтрина быть осторожной с его лебедкой подошла и заглянула в дыру. — Я не вижу его, — сказала она через несколько секунд. — но, по-моему, я его чувствую!

— Обломки пахнут серебром. Это все. — Спит как всегда был пессимистичен. — Все Серебряные источники высохли и мы обречены. Я рад что взял то, что осталось на цепи.

Хеби издала печальный стон, и Рапскаль, бросив ремни безопасности, которые он держал, побежал к ней. — Нет моя красавица, моя дорогая. Мы не сдаемся. Отнюдь нет! — Он развернулся к людям стоящим около шахты. — Мы не можем спустить туда какой-нибудь свет, чтобы сегодня дать драконам ответ?

Несмотря на глубокую ночь и холод, было несколько попыток. Первый факел который они бросили упал на завал и остался там, горя и не давая посмотреть что под ним. Но при его свете сбросили ещё два факела один из которых попал в щель.

Когда первый горящий факел упал вниз, Тимара лежала на животе в круге хранителей, вглядывавшихся в дыру. Он мельком осветил сверкающие стены. Колодец был идеально круглым и гладким: она не видела