Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Казалось, его глаза вновь сфокусировались на ней. — Конечно, ты — Тимара. И я знаю, кто я. Но я также обладаю воспоминаниями Теллатора. Их цена не так велика: почтить жизнь человека, который дал мне эти воспоминания. Продолжить его долг и работу. Он подался ближе и заглянул ей в глаза, как будто пытаясь в них что-то отыскать. — И тебе следует почтить память Амаринды, продолжив её дело. Кто-то должен, Тимара, и этот кто-то — ты.

Она ответила не его взгляд и покачала головой. Она смутно понимала, что Татс стоит рядом и внимательно наблюдает за ними, но не могла отвлекаться на него сейчас, независимо от того, что он мог подумать. Она крепко обняла Рапскаля и искренне заговорила с ним: — Раскаль, я не хочу, чтобы ты был Теллатором. И не хочу быть Амариндой. Я хочу, чтобы мы были сами собой, и что бы мы ни делали, я хочу, чтобы это были наши собственные решения, а не продолжение чужих жизней.

Он слегка вздохнул и перевед взгляд на Татса. — Присмотри за ней, мой друг. Если я не вернусь, не поминай лихом. — Он снова встретился глазами с Тимарой. — Когда-нибудь ты поймешь. И лучше раньше, чем поздно. Во имя моей чести и слова. Хеби! Хеби, ко мне!

Он пошел от неё прочь. Другая женщина из других времен воскликнула: — Твой меч! Твои доспехи! — Она чуть было не кинулась вслед за ним.

Но рядом оказался Татс, крепко державший её за руку. В творившемся вокруг хаосе драконов и хранителей он говорил ей прямо в ухо: — У него их нет и никогда не было. Тимара. Вернись ко мне. Ты не сможешь его остановить. Ты знаешь это.

— Я знаю. — Она подумала, говорил ли Татс о том, что Рапскаль кинулся в бой безоружным или о том, что он принял на себя чужую жизнь и обязанности. Она взглянула на мужчину, стоявшего рядом с ней. Горькие слезы выступили у неё на глазах. — Мы его теряем. Теряем нашего друга.

— Боюсь, ты права. — Он притянул её в свои объятия и прижал её голову к своей груди, чтобы защитить. В этот момент драконы вокруг них взревели, а потом стали подниматься в воздух. Поднятый крыльями драконов ветер ударил по ним, а их боевые крики оглушили Тимару. В следующий миг драконы уже были высоко над их головами.

Тимара подняла глаза посмотреть, как они уходят, но пасмурное небо поглотило их всех, и только дождь падал на её поднятое лицо.

День 6-й месяца Пашни. Год 7-й Вольного Союза Торговцев.

От Кима, Хранителя птиц, Кассарик.

Торговцу Финбоку из Торговцев Удачного, Удачный.

Уважаемый Торговец Финбок,

Я получил от Вас письмо, которое надо сказать, изрядно меня удивило. Или Вы послали мне это письмо по ошибке, не подозревая, какой урон может подобное послание нанести моей репутации, или Вы негодяй и мерзавец, злонамеренно пытающийся опорочить меня. Возможно Вас ввел в заблуждение какой-то злодей, присвоивший моё имя и действовавший от моего лица. Я предпочитаю думать, что на самом деле Вы не являетесь злоумышленником, готовым рискнуть обеими нашими репутациями.

В полученном мною письме, не только утверждается, что я передавал Вам украденную из писем других Торговцев информацию, но и то, что Вы платили мне за неё огромные суммы денег. И там говорится, что если я не предоставлю правдивую информацию о вашем сыне, о котором, уверяю Вас, я никогда не слышал, Вы выдадите меня Мастерам Гильдии в Удачном!

Я был удивлен и шокирован получив подобное письмо. Я подумал, что на самом деле, его отправил Ваш враг, который хочет вовлечь Вас в финансовую и социальную катастрофу! Наверняка, стоит мне передать это Мастерам Гильдии, чтобы доказать свою невиновность, они передадут это в Удачный, в Совет Торговцев и предоставят им выяснять, участвовали ли Вы в краже секретов других Торговцев и получали ли прибыль, пользуясь ими.

Пожалуйста, незамедлительно ответьте на это письмо, чтобы мы могли прояснить всю эту ситуацию.

Глава 13

ПОСЛЕДНИЕ ШАНСЫ

— Мертвечина всплывает.

Калсидиец сказал это твердо, как будто приказывая кому-то или чему-то подчиниться. Усталые люди, собравшиеся на палубе, зашаркали ногами, но никто не ответил. Для всех было очевидно, что мертвые драконы могут и не всплывать. В шумной схватке вчерашней ночью они убили синего монстра и видели, как он ушел под воду. Многие закричали от ужаса, когда безжизненная громадина утонула. Другие советовали им подождать, пока она не всплывет.

Солнце миновало зенит. Туша так и не всплыла на поверхность. Никто не спал. Все члены команды следили за рекой, сначала в страхе, что дракон не умер и может снова броситься в атаку. Позже, когда наступила ночь, а драконица так и не появилась, они смотрели, опасаясь, что их долгожданная награда, на которой основывались все их мечты, теперь лежала на дне реки, навсегда потерянная для них.

Они проверили участок между двух кораблей стоящих на якоре самыми длинными шестами и обнаружили только воду и речное дно. Одному несчастному весельному рабу, привязали к лодыжке веревку и выбросили его за борт, приказав нырнуть так глубоко, как он только сможет и осмотреть все, что он сможет увидеть. Он не хотел этого делать, он протестующе кричал, пока его подневольные товарищи по несчастью поднимали его и бросали за борт. Он не умел плавать, он начал тонуть, всплыл на поверхность, стал барахтаться и молить о помощи. По мнению Геста, выкрикиваемые в его адрес команды, нырнуть и искать драконью тушу, не особо трогали раба.

Скорее его собственное неумение плавать снова погрузило его под воду. Во второй раз они вытащили его из воды за трос, привязанный к ноге. Он лежал на палубе словно мертвец, его кожа покраснела от соприкосновения с речной водой, он хватал ртом воздух, его глаза подернулись серой пленкой из-за кислоты. Они орали на него, допытываясь, что он увидел. — Ничего! Я не видел ничего! Я и сейчас ничего не вижу! — Страх человека перед слепотой превышал его страх перед хозяевами.

Калсидиец презрительно пнул его и объявил, что он бесполезен и выбросил бы его за борт, если бы другой не настоял на том, что