Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Она там! Посмотри сам, там! Видишь глаза, посмотри! — Его голос стал выше и сорвался на женский визг.

Калсидиец рассмеялся пьяным гортанным смехом. — После тебя, Удачнинский!

Лодка неожиданно завалилась на бок. Скрежет разламываемого дерева слился с резкими криками людей на камбузе и истошными воплями запертых под палубой пленников. Гест схватился за перила и издал безмолвный крик. Калсидиуц отшатнулся от него и крикнул:

— К оружию! Дракон атакует нас. Убейте её, убейте сейчас же!

Когда же лодка наклонилась обратно, калсидийского лорда кинуло на перила. Довольно долго он цеплялся за них и Гест посмел надеяться, что увидит, как он переваливается через край. Но следующая атака дракона швырнула корабль в противоположную сторону и он шлёпнулся на палубу.

— Атакуйте! — Ярость и страх умерили его опьянение.

Дверь камбуза была распахнута настежь и люди выскакивали на палубу с оружием в руках.

— Хотел бы я, чтобы город освещался здесь, — пожаловался Рапскаль.

В глубине души Тимара разделяла его чувство, пусть и понимала, что это невозможно. Даже у магии этого города есть предел. Только несколько полос металла, дававшего свет и не все из них работали. Как вообще они работали, до сих пор оставалось большой тайной, но теперь она узнавала порождения магии Элдерлингов, когда видела их. И похоже, что в этой части города, они решили использовать её, как можно реже. Она почти вспомнила почему. Она отмахнулась от подергивания памяти. Статуи на окрестных площадях были просто статуями, молчаливыми и неподвижными. Они были сделаны из любовно обработанного камня, но в них не было мерцания серебряных крупиц воспоминаний.

Хранители собрались на площади у колодца, чтобы как следует поработав разобрать завал. Элис тоже была там и впервые за несколько недель она захватила с собой бумагу и карандаши. Она выглядела очень довольной новыми запасами, привезенными ей Лефтрином. Она пробралась через груду сломанных балок и сделала копию надписи с одной из них. Балки прекрасно сохранились и Тимара услышала, как она сказала Лефтрину, что похоже, покрывавший их плотный слой блестящей краски, как-то повлиял на это. Лефтрин нехотя согласился и расстроенно пробормотал, что хотел бы он, чтобы его команда была здесь, вместо того, чтобы пытаться укрепить причал Смоляного.

Тимара разогнула ноющую спину, и попыталась увидеть площадь глазами Элис. Было непросто составить в уме все части воедино. Когда-то, изящная, богато разукрашенная крыша, резного дерева, опиравшаяся на прочные деревянные колонны укрывала обнесенный стеной колодец. Четырехскатная крыша была расписана голубым, зеленым и золотым. Она сдалась под натиском времени и возможно, насилия. Карсон указал на то, что некоторые балки были поломаны, а другие прогнили. Среди балок валялись цепи и вороты — остатки механизма, некогда поднимавшего со дна огромное ведро. Карсон велел хранителям откладывать их в одну кучу, сохраняя все найденные детали. — Может нам удастся восстановить хотя бы его часть. — сказал он.

Лефтрин посмотрел на сваленные в кучу обрывки цепи и тихонько присвистнул. — Неужели колодец был таким глубоким?

На этот вопрос ответил Меркор: — Со временем, уровень Серебра понижался. Колодец и правда был таким глубоким.

Все драконы собрались здесь понаблюдать за ними и окружали их беспокойным, полным надежд кольцом. Они появлялись и исчезали, когда голод уводил их поохотиться, поесть и поспать, но вместо того, чтобы нежиться в ваннах или валяться в песке, они всегда возвращались на площадь, когда вечер сменялся ночью. Про себя Тимара отметила, что драконы здесь провели со своими Элдерлингами больше времени, чем за все прошедшие недели.

Почти осязаемое нетерпение драконов заразило хранителей. Каждый из них, как и все члены команды Лефтрина, забросили остальную работу, чтобы трудиться на расчистке этого места. Лефтрин настоял, что на борту его любимого живого корабля должна оставаться основная команда, но члены команды подменяли друг друга, так что каждый проводил на площади у колодца какое-то время. Невероятная сила Большого Элдера была незаменима при переноске самых крупных обломков балок, а Хеннеси и Скелли отделяли пригодные к использованию куски цепи от самых коротких. Тимара отметила, как Хеннеси улыбался во время работы, она никогда раньше не видела его таким шутливым и добродушным. Может это как-то связано с тем, что Тилламон, уже облаченная в элдерлингскую одежду, всегда первой подходила, чтобы поднести ему воды и стояла рядом, задавая серьёзные вопросы и слушая как он с радостью все ей объяснял. Тилламон не была красавицей: её чешуя и наросты на подбородке, скорее напоминали Тимаре о броненосных жабах из Дождевых Чащоб, чем об Элдерлингах. Но и Хеннеси, с его шрамами и загрубевшими от тяжелой работы руками, не был образчиком мужской красоты. И похоже, им обоим не было дела до того, что о них подумают остальные, когда они наслаждались друг другом. Высокий, стройный Алум, выглядел неуместно, пытаясь найти работу поблизости от Скелли под внимательными взглядами остальной команды. Беллин, например, смотрела на него изучающим взглядом поджав губы.

Так и прошел долгий день, заполненный работой, Элис записывала, а остальные сортировали и двигали сломанные предметы. В скором времени, круглая дыра, по ширине больше, чем рост самого высокого человека, открылась перед ними в центре площади. Её окружали остатки невысокой каменной стены. Колодец был заполнен обломками. — Придется установить лебедку, чтобы расчистить его. — Мрачно сказал Сварг. — Похоже на то, что кто-то специально забил его. — Отметил он и Карсон согласился с ним, добавив несколько цветистых ругательств.

Они не просто свалились в него, обломки намеренно сбрасывали в колодец, пока они его не заполнили. Даже после того, как над колодцем была установлена тренога из найденных рядом балок, перед тем как достать обломки, нужно было их высвободить. Когда уровень затора снизился, Лефтрин настоял, чтобы каждый хранитель, спускавшийся в колодец привязывал трос для страховки и у него был кто-то, кто контролировал бы его. — Никто не знает, когда обломки могут высвободиться и упасть, Са знает, как глубоко. Я не хочу, чтобы хранитель или член команды упал вместе с ними.

Так началась сложная работа по извлечению утрамбованного мусора. От рассвета до наступления темноты, хранители напряженно трудились и все это время, драконы наблюдали за ними, беспокойно передвигаясь и время от времени, подходили так близко, что их приходилось упрашивать, сдабривая просьбы лестью, отойти и дать им пространство для работы. Даже когда ночь смыла с неба все краски,