Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Отчалить тихо может уже не получится.

Лефтрин повернулся, чтобы проследить за направлением взгляда Хеннесси. Во многих отношениях Кассарик оставался новым и неустоявшимся поселением, и по его полицейским силам это было заметно. Работа в городской страже считалась временной — такой, за которую брались потому, что более выгодной не находилось, или потому, что у человека не было умений или репутации, которые позволили бы получить место получше. Это было видно по тому, как нестройно двигались по причалам направлявшиеся к ним стражники. Их было пятеро, в положенных стражникам зеленых брюках и туниках. Двое казались очень молодыми и имели испуганный вид. Один из мужчин оказался седобородым мужчиной с колышущимся брюхом. Он был вооружен пикой. Судя по их виду, никого из них не радовало полученное задание, и они были плохо знакомы с плавучими причалами и с тем, как по ним двигаются.

— Грузись и будь готов отчалить по моей команде. «Смоляной», дружище, будь готов помогать нам, если понадобится.

За стражниками шли торговец Полск и ещё один член Совета. Полск несла в руке футляр для документов. От спешки она запыхалась. Лефтрин не стал сходить с корабля, но перешел на корму, чтобы встретить приближающуюся делегацию. Скорее всего, они остановятся, глядя на него с причала, и попытаются поговорить, а это выгадает для его команды ещё немного драгоценного времени, чтобы принять все грузы на борт. Проходя мимо Скелли, он тихо спросил:

— Вся команда и пассажиры на борту?

— Кроме Большого Эйдера. Но он на причале, помогает грузить, и моментально сможет запрыгнуть на борт.

— Отлично. Будьте готовы. Предупреди наших пассажиров.

— Конечно.

Она протопотала в противоположном направлении.

Лефтрин натянуто улыбнулся и неспешно вышел на корму, зацепив большие пальцы за ремень. Как он и надеялся, при виде него стражники остановились и встали полукругом лицом к нему. Он смотрел на них сверху вниз, ничего не говоря, с выражением легкого любопытства на лице. Когда торговец Полск протолкалась ближе к нему, он перевел взгляд на неё, но продолжал молчать, предоставив ей задать тон этой конфронтации.

Она так запыхалась, что слова её прозвучали довольно вяло.

— Капитан Лефтрин, вы не ответили на те послания, которые направлял вам Совет торговцев.

Он выгнул бровь, демонстрируя свое удивление по поводу этого обвинения.

— Ну, наверное, не ответил. Но я сегодня довольно сильно занят и решил, что сначала разберусь со своими планами, а уже потом попробую назначить время встречи с Советом. Похоже, всем требуется, чтобы я уделил им время. — Он наклонил голову к плечу, словно для того, чтобы мысленно что-то подсчитать. — Вечером через шесть дней Совет устроит?

Он оперся руками о перекладину фальшборта, глядя на них сверху вниз и являя собой воплощение рассудительности и любезности.

Полск посмотрела в ту сторону причала, где шла погрузка.

— Судя по всему, вы готовитесь к отплытию!

Он посмотрел туда же, куда смотрела она.

— Просто грузим припасы, торговец Полск. Погрузка корабля требует времени, знаете ли: надо проводить учет, балласт судна следует изменить с учетом принятого на борт. С этим спешить нельзя. Речник приучается правильно использовать каждую свободную минуту, знаете ли. И, между нами говоря, разумный капитан не оставляет своей команде свободного времени. Иначе невозможно предсказать, в какие неприятности они встрянут. Кабацкие драки, появление на публике в пьяном виде и все такое. Вы ведь знаете, что такое матросы!

Он заговорщически ей ухмыльнулся и заметил, как по её лицу промелькнула тень растерянности. Может быть, её отправили сюда только на основании какого-то дикого слуха? Может, Совет отреагировал чересчур резко и заставил её глупо выглядеть?

— Ну что ж, капитан Лефтрин, может, мы и покажемся вам недоверчивыми, но нам хотелось убедиться, что вы понимаете: наши с вами дела не завершены. Мы не хотим, чтобы вы уплыли, пока не дадите нам полный отчет о том, что было обнаружено экспедицией.

— Право, торговец Полск, поскольку Совет отказался выплатить мне причитающееся вознаграждение, я определенно не считаю наши дела завершенными! Хотел бы надеяться, что Совет не решил, будто может меня оскорблять, а потом отправить меня и мою команду восвояси, не компенсировав то, что мы рисковали там, на реке, жизнью и здоровьем! Честность прежде всего, знаете ли, и мы имеем право ожидать оплаты! Я готов дать Совету день или три на то, чтобы обдумать ситуацию, но если тот вечер устраивает всех заинтересованных лиц, что ж: я буду рассчитывать на то, что мои деньги будут выложены на стол. У каждого контракта есть две стороны. Совет должен быть готов выполнить свою часть.

Он заметил, как её плечи чуть расслабились. Это — торги, нечто, понятное любому торговцу.

— Действительно, честность прежде всего, капитан Лефтрин, и кому этого не знать, как не Совету торговцев Кассарика! Мы будем рады обсудить выплату вашего вознаграждения, как только вы предоставите нам все то, что мы рассчитывали получить по завершении вашего прошлого плаванья. И я открыто заявляю, что мы будем ожидать, что нам будет предоставлена возможность увидеть и скопировать ваш вахтенный журнал, а также выданы дубликаты речных карт, которые вы, конечно же, составили. И вам следует помнить, что мы наняли для вас охотника, некого Джесса Торкефа. Ему поручалось поставлять экспедиции добычу, но помимо этого — вести запись всех событий и делать карты для Совета. Мы опечалены известием о его кончине и потрясены тем, что вы обвинили его в предательстве, но мы также знаем, что имеем право требовать, чтобы нам были переданы эти документы, а также все его личные вещи.

Лефтрин осторожно покосился на причал. На палубу поднимали последнюю порцию грузов. Скоро за ними последует Большой Эйдер.

— Ну, я не могу сказать, что разделяю вашу печаль по поводу его «кончины». И мне неизвестно, какие частные соглашения вы могли с ним заключать относительно заметок и карт, хоть и скажу открыто, что уверен: у него были другие «частные соглашения», которые имели большее отношение к убийству драконов ради прибыли и, возможно, договору с Калсидой. Как бы то ни было, он умер, а волна разлива накрыла мой корабль и унесла все, что не было надежно закреплено. Так что, боюсь, что даже если бы я был обязан исполнять за него условия его контракта (а я, безусловно, не обязан этого делать), я бы этого сделать не смог. Я