Вся Урсула Ле Гуин в одном томе - Урсула К. Ле Гуин

бы всю безнадежность подобного проекта в отсутствие всемирной технологической системы и экосистемы Эры Индустриального Развития, да еще на планете, почти полностью исчерпавшей запасы всех своих энергетических ресурсов и прочих материалов, на которых и базировалась Эра Индустриального Развития. Все это было заменено кажущейся эфемерной и архисложной технологией Столицы Разума, с одной стороны, которой не требовалось тяжелое машиностроение, и даже космические корабли и станции служили ей лишь паутиной нервных окончаний, а с другой стороны, гибкой системой не слишком определенных взаимодействий в сети гуманоидных культур, которые при своем невысоком уровне развития, огромном количестве и бесконечном разнообразии производили различные ценности и обменивались ими более или менее активно, но не стремились централизовывать свою промышленность, не вывозили свои товары на кораблях в слишком далекие страны, не строили слишком хороших дорог и не были заинтересованы в предприятиях, требующих героических жертв, по крайней мере, в материальном плане. Создать, скажем, электрическую батарею с мощностью, равной удару молнии, было не таким уж простым делом, однако при соответствующей необходимости это оказалось возможным. Технология Долины была полностью адекватна нуждам ее населения. Сконструировать же танк или бомбардировщик было так трудно и настолько бессмысленно, что об этом просто и речи быть не могло в рамках экономики Долины. Ведь стоимость создания, производства, управления и обеспечения горючим подобных машин даже в самый пик Эры Индустриального Развития была чудовищна, именно это навечно истощило планету, заставив большую часть ее населения жить в рабстве и нищете. Возможно, вопрос о неудачной попытке Кондоров создать империю с помощью сверхмощного оружия состоит не в том, почему они потерпели крах, но в том, зачем они вообще пытались это сделать. Однако на этот вопрос жители Долины дать ответ не способны.

И снова можем мы спросить: поскольку Кондоры все-таки получили доступ к железной руде, меди, цинку и золоту в районах близ Внутреннего Моря и не стеснялись брать то, что им было нужно, силой, почему же они не воспользовались своим превосходством и, обладая столь драгоценными металлами, стали строить анахроничные танки и бомбардировщики, а не создавать хороший арсенал стрелкового оружия, пушек, гранат и тому подобного — ведь тогда они были бы непобедимы для своих практически беззащитных и скудно вооруженных соседей? А одержав над ними победу, Дайяо действительно могли стать творцами истории!

На это, я думаю, ответ у жителей Долины мог бы найтись хотя бы в следующих изречениях: «Большой народ чаще всего погибает от своей же болезни» или «Разрушение обречено на саморазрушение». Этот ответ, однако, основан на противоположной нашей точке зрения: то, что мы называем силой, могуществом, в нем названо болезнью, а то, что мы считаем успехом, — смертью.

Возможно, генетические изменения, наследие Эры Индустриального Развития у всей человеческой расы, которые я воспринимаю как катастрофические, — низкая рождаемость, малая продолжительность жизни, высокий уровень врожденных уродств — тоже имеют свою оборотную сторону? Возможно ли, чтобы естественный отбор с течением времени оказал воздействие не только на физические и интеллектуальные, но и на социальные качества? Быть может, люди Долины Реки На, Реквит, Феннен, люди с Побережья Амарант и с Хлопковых Островов, с Облачной Реки и с Темной Реки, с Болотной Реки и из Гор Света на самом деле более здоровы, чем я это себе представляю, — здоровее, чем я способна понять и представить, пока вынуждена смотреть на них извне, из-за пределов их мира? Позволяя машинам вершить прогресс, позволяя технологиям развиваться в рамках их собственных возможностей и выбирая из этих технологий (как нам может показаться, избыточно осторожно и даже с какой-то неприязнью и очевидной склонностью к самоограничению) отдельные, хотя и полностью адекватные самим людям дополнительные элементы культуры, как могли они, предпочитая не двигаться «вперед» или же двигаться «не только вперед», на самом деле преуспеть в своей жизни, в истории человечества, как энергичные, свободные и милосердные?

О собрании, посвященном Обществу Воителей

Представлено в архив Общества Земляничного Дерева в Ваквахе, а также в Центр Обмена Информацией жителем Телины по имени Медведь из Дома Красного Кирпича, членом Общества Целителей

Текст печатного сообщения, разосланного во все города Долины:

«На 201-й день в Лощине Тополей состоится собрание на тему: Общество Воителей.

(Подписи) Верный из Кастохи,

Разборчивый и Секвойя из Телины,

Серая Лошадь из Чукулмаса».

Речь Верного из Дома Змеевика:

— Члены Общества Воителей и Союза Ягнят вряд ли согласятся с тем, что я сейчас скажу. Возможно, они станут отрицать мои утверждения, и это послужит началом споров и раздоров. Именно потому, что большая часть жителей Долины терпеть не может споров и разногласий, мы и не сказали вовремя того, что я собираюсь сказать сейчас; следует признать, что в данном случае мы проявили малодушие и беспечность. Однако настало время поговорить об этом вслух. Итак, начнем…

Народ Кондора, то есть те их люди, что явились сюда, к нам, безусловно больны. Их головы повернуты задом наперед. Мы позволили больным столь страшной болезнью войти в наш дом. Этого делать, конечно, не следовало, и мы никогда более так не поступим. Однако послушайте меня внимательно! Члены нашего Общества Воителей и кое-кто из Союза Ягнят заразились от людей Кондора. Возможно, они захотят излечиться. Если же нет, если они хотят оставаться разносчиками этой болезни, то пусть отправляются туда, откуда эта болезнь была к нам принесена, откуда явились эти люди, на Лавовые Поля к северу от Темной Реки, и остаются там. Вот, собственно, и все, что я хотел сказать; так думают и другие люди, которые также пришли сюда сегодня; от их имени я и говорю сейчас.

Фрагменты выступлений других людей:

— Итак, четыре человека намерены закрыть доступ в Долину?

— Четыре человека намерены открыть дискуссию!

— Кто же болен? Больны те, кто считает, что нужно изгнать людей из их собственных домов, из их родных городов, из Долины! Это, безусловно, речи безумцев!

— Да, так кто же болен? Больны те, кто боится сражаться!

— Такова природа этой болезни: человек сам не понимает, что он болен. Такое непонимание и есть болезнь.

— Но данный аргумент вроде бы противоречит сам себе! Если непонимание того, что ты болен, и есть болезнь, то откуда же узнать, что ты не болен?

— Ах, это вы скажете ему! Если он болен — вы назовете его Воителем и станете окуривать табачным дымом и дадите ему какое-нибудь отвратительное болезненное имя — Несчастье, Вонючка или Понос!

— Послушайте,