Отряд; Отряд-2; Отряд-3; Отряд-4 - Алексей Евтушенко

– Жалко наших мальчиков, – сказала Оля Ефремова. – Насколько я понимаю, это очень больно.

– Ничего, – сказала Маша. – Потерпят. Нечего было подставляться с самого начала.

– Стоп, – скомандовала Циле Марковне Маша и тут же, переключилась на связь с Карлом Хейницем и Аней. – Всё, излучения нет, вытаскивайте наших и приводите их в чувство. А потом будем с этими пятиглазыми козлами разбираться. Конкретно.

С «пятиглазыми козлами» на этот раз, действительно, разобрались быстро и без церемоний. Нервная система киркхуркхов и людей по–разному реагировала на парализующее излучение. В частности, киркхуркхи вырубались от него быстрее и на большее время, чем люди. Но отходняк у людей был круче.

По расчетам Цили Марковны, при заданной интенсивности облучения требовалось около четырёх часов, чтобы киркхуркхи начали шевелиться. В обычных условиях. В Пирамиде же, которая сама по себе являлась своего рода мощнейшим генератором жизненных сил, данное время сокращалось вдвое.

Этого было более чем достаточно.

Пока Оля Ефремова и Аня с помощью экспресс–госпиталя приводили в норму Аничкина и Вешняка, Карл Хейниц под руководством Маши и с помощью десятка боевых роботов перетаскивал бесчувственные тела незадачливых имперских десантников на тридцать шестой уровень – уровень Дрхены, родной планеты киркхуркхов. С наивозможной скоростью. И дело тут было не только в том, что людям хотелось поскорее избавиться от тех, кто в последнее время доставлял им столько ненужных хлопот и трудностей. Просто никто, включая Цилю Марковну, не мог ответить на вопрос, надолго ли открылся на Дрхену канал Внезеркалья. Общее мнение было таковым, что ненадолго и может закрыться в любую неподходящую секунду. Потому что ядерная катастрофа на планете Дрхена уже произошла, а опыт миллиона с лишним лет существования Пирамиды говорил о том, что неожиданное открытие канала на гибнущую планету с разумной жизнью, не более чем случайная флуктуация ткани мироздания и, как всякая случайность, недолговечна. И уж тем более непостоянна, так что на её повторение рассчитывать не приходится. К тому же расчеты расчетами, но точно сказать, когда имперские десантники под благотворным воздействием Пирамиды начнут приходить в себя, не мог никто. Включая Цилю Марковну.

На то, чтобы доставить киркхуркхов, а также воду и продукты для них (чёртовы остатки гуманизма!) на уровень Дрхены и сложить всё и всех штабелями в зале перехода на серебристый круг, десяти боевым роботам и одному бывшему ефрейтору вермахта потребовался час с небольшим.

К этому времени чудодейственный экспресс–госпиталь и не менее чудодейственная лечебно–восстановительная атмосфера Пирамиды не только поставили на ноги Женьку Аничкина и Сергея Вешняка, но даже и устранили все неприятные симптомы, связанные с возвращением к жизни, после воздействия парализующего излучения. Как–то: тошноту, головную боль, общую вялость и гипермизантропический взгляд на окружающую действительность.

Там, на уровне Дрхены, все и собрались. За исключением Маши, готовой отдать соответствующую команду Циле Марковне в машинном зале.

– Вот и всё, – сказал Аничкин. – Допрыгались, уроды пятиглазые. – Он вздохнул. – А ведь мы всё сделали, чтобы достичь взаимопонимания.

– Ты их жалеешь, что ли? – покосился на Женьку Вешняк.

– Как тебе сказать… Не то чтобы жалею, но всё–таки. Их планета и раса, считай, погибли. Как тут не посочувствовать.

– Нет, вы, потомки, точно какие–то… – Хейниц попытался найти подходящее слово и, видимо, нашёл. Но удержал в себе, – не такие. Они враги, а с врагом разговор короткий. Пусть вообще спасибо скажут, что я их не расстрелял к такой–то матери и в озеро на корм рыбам не отправил. Маша не дала.

– Серьёзно? – окинул ефрейтора изумлённым взглядом Женька. – Ты хотел их расстрелять?

– Побег из плена с захватом заложников, – спокойно ответил Карл. – А также попытка вооружённого нападения на Пирамиду. Что ж им за это дополнительное довольствие выдать?

Женька не нашёлся, что сказать.

– У тебя всё готово? – осведомился Карл у Маши. – А то мне показалось, что один уже слегка пошевелился.

– Готово.

– Тогда жми на кнопку, сестрёнка, – попросил Вешняк. – Отправь их к чёрту.

– Делаю! – весело ответила Маша.

Через пару мгновений искристая рябь над кругом рассеялась, басовитое гудение, словно бы лопнувшей где–то рядом струны, утихло, и люди остались одни.

Но на то, чтобы почувствовать себя весёлыми и свободными, судьба отвела им не более десяти минут.

Как раз в то время, пока Карл Хейниц, Оля Ефремова, Аня Малышева, Сергей Вешняк и Женя Аничкин поднимались в лифте на свой сорок девятый уровень, Циля Марковна бросила Маше срочное сообщение, пришедшее по дальней связи со звездолёта Клёнья. Оно гласило: «Падаем в чёрную дыру. Что будет, не знаем. Прощайте». И далее шли галактические координаты.

13

К тому времени, когда отряд подошёл к мосту, погода сменилась окончательно. Облака разошлись, между ними уже вовсю синело небо и прорывались к земле яркие лучи местного солнца. Стало жарче. Мокрая с ночи земля парила, отдавая влагу. Теперь уже отлично был виден подвешенный в воздухе остров, на который плавной дугой перекинулся не слишком широкий – максимум пятеро в ряд, словно бы отлитый из неизвестного тусклого металла, с ажурным, сложного узора ограждением по краям мост.

А также окончательно стало ясно, что сами они находятся сейчас тоже на плавающем в каком–то непонятном пространстве острове. Непонятном, потому что, никакой тверди внизу, под ними, не наблюдалось. Там царствовали всё те же облака. Создавалось впечатление, что нижние – это просто отражение верхних. Или наоборот.

– По–прежнему склоняюсь к тому, что здесь не обошлось без гравигенераторов, – сказал Карсс Оргом заглянув, через перила. – Но падать вниз никому не рекомендую.

Фея Нэла молча пожала плечами и закатила глаза. Что, мол, взять с упрямого сварога.

– Лично мне совершенно безразлично, каким образом вся эта хрень устроена, – сообщил Курт Шнайдер. – Но если там, – он ткнул пальцем в висящий прямо перед ними (метров на сто выше и примерно в семистах метрах дальше) остров, – мы не найдём воды, то, боюсь, придётся возвращаться в этот грёбаный заброшенный дворец, или что это было. Там хоть озерцо есть. Без жратвы мы легко обойдёмся и день, и два. Да хоть три. А вот без воды долго не протянем.

– Тот остров, в отличие от нашего, весь зарос, – сказал Малышев, вглядываясь. – Видишь, лес по краю сплошной стеной. А там, где деревья, там и вода рядом должна быть.

– Очень на это надеюсь, – буркнул Шнайдер.

Пока остальные обменивались впечатлениями, Свем Одиночка внимательно осматривал землю, прилегающую к началу моста.

– Что ты там ищешь, Свем? – осведомилась Марта.

– Не могу понять, – сказал охотник.

– Что именно?

– Как такой большой и толстый Клёнья прополз по такому узкому мосту на другую сторону? А он прополз. Иначе бы оставил здесь неподалёку следы.

– Вообще–то Клёнья умеет принимать практически любую форму, насколько я знаю, – сказал Никита. – Вытянулся в колбасу и прополз.

– И «Маша» с «Гансом» вместе с ним, – добавил Влад. – Чудны дела твои, господи.

– Тогда понятно, – кивнул Свем.

– Что ж, – сказал Дитц. – Надо следовать дальше. Здесь нам ловить нечего.

– А выдержит он нас всех? – с сомнением окинул мост взглядом Мартин. – Уж больно несерьёзен с виду. Я, конечно, не инженер, но мне трудно понять, как можно надёжно перекрыть такой пролёт, опираясь всего на две точки.

– Я же говорю – магия, – повторила Нэла. – Какие вы все недоверчивые, право слово.

– От материала зависит, – сказал Никита. Он присел у начала моста и постукивал по ограждению и покрытию сначала рукоятью меча, а затем и лезвием. Мост отзывался глухим тупым звуком. – Судя по всему, это всё–таки не металл. В общем–то, теоретически можно себе представить достаточно лёгкий и одновременно прочный материал, способный не только перекрыть такое расстояние, но и выдержать нас всех. – Никита умолк, явно утомлённый столь длинной тирадой.

Велга негромко засмеялся.

– Ты чего? – покосился на него Мартин.

– По этому мосту прополз Клёнья, – объяснил Александр. – Не говоря уже о «Маше» и «Гансе». Как ты думаешь, сколько они весят?

– Чёрт, – сказал Мартин. – Я идиот. Ну конечно же.

– Ты не идиот, – успокоила его Марта. – Просто ты стараешься предвидеть всё. Как и положено командору.

– Всё равно, – сказал Дитц. – Мартин в чём–то прав. Торопиться нам особо некуда. Поэтому предлагаю следующий порядок движения. Первыми идут Малышев и Свем. Доходят до середины. Если всё нормально, за ними следуют Нэла и Майер. Когда Малышев и Свем будут на другой стороне, идет следующая пара. Я – замыкающий. Наша задача, чтобы на мосту одновременно не находилось больше четырёх человек.