Пропавший - Микаэль Крефельд

– Причина смерти?

– Дежурный врач считает, что ей стало плохо в ванне и она утонула. Следов насилия они не нашли. Но я просил их сделать вскрытие.

– А как квартира? Ее осмотрели на предмет каких-нибудь улик?

– Полицейские, выехавшие на вызов, не обнаружили признаков взлома или следов борьбы. Все выглядит так, будто Клара Граф просто утонула. Несчастный случай? – добавил Курц скептически.

– Кто, кроме нас с вами, знал, что вы собираетесь навестить Клару Граф?

– Никто. Как я говорил, мне приходится действовать втихомолку, чтобы не раздражать начальство. Сегодня у меня свободный день. А что?

– Кто-то навел убийцу на ее след.

– Почему вы так думаете?

– Потому что, как только мы приехали в Берлин, за нами начали следить.

Курц и Луиза удивленно взглянули на него:

– Что вы говорите?

– Да. Я в этом уверен. Если Клару утопил тот же преступник, который стоит за убийствами ваших туристов и который подстроил исчезновение Могенса, то он пошел на большой риск, когда решился убить Клару. Мы заставили его выйти из укрытия.

– И что вы предлагаете?

– Поехать туда и осмотреть квартиру Клары. Это можно устроить?

Через час они уже входили в ворота дома номер девять на Грейфенхагенерштрассе.

Толстые шланги насосов, по которым откачивалась вода из квартир Клары и ее нижнего соседа, протянутые через подъезд, все еще оставались на месте. Дверь в квартиру стояла распахнутая, а в вестибюле они увидели молодого человека в резиновых сапогах, который как раз выбрасывал в мусорный мешок книги, погибшие от протечки. При виде Курца молодой человек поднял голову, и тот предъявил ему свое полицейское удостоверение:

– У вас тут не протечка, а настоящий потоп!

– У меня залило весь кабинет и детскую комнату, – горько пожаловался молодой человек.

– Это вы заявили о происшествии?

Молодой человек кивнул:

– Я проснулся оттого, что вода лила потоком.

– В котором часу это было?

– Между четырьмя и половиной пятого. Жаль, конечно, фрау Граф, хотя она и была уже совсем старая.

– Вы знали ее?

Он пожал плечами:

– Здоровались при встрече. Она держалась особняком.

– А вчера вечером вы слышали в ее квартире какой-нибудь шум?

– Нет, а что?

Молодой человек с любопытством взглянул на Курца, тот в ответ только покачал головой:

– Просто так. Стандартный опрос. Так, значит, вы ничего не слышали и не видели, чтобы к ней кто-то заходил?

Молодой человек покачал головой:

– Ни то ни другое. В последнем я совершенно уверен, потому что никогда никого с ней не видел. Она, как говорится, жила очень замкнуто.

Томас и Луиза поднялись вслед за Курцем на второй этаж. Дверь в квартиру Клары была приоткрыта, через щель тянулся шланг. Курц открыл дверь, ткнув в нее двумя пальцами.

– Думаю, что нам уже не нужно осторожничать, чтобы не наследить. Тут и так ничего путного не осталось, столько народу здесь прошлось по воде в сапогах.

Нагнувшись, он внимательно осмотрел место вокруг замка и прилегающий косяк:

– Непохоже, чтобы дверь взламывали. А это значит, что либо у преступника был ключ, либо Клара сама открыла ему дверь и впустила.

Они зашли в прихожую и по ходу шланга направились в дальний конец коридора к ванной комнате. В ванной на полу все еще стояла вода, а на закрытой крышке унитаза лежали мокрая одежда Клары и ее парик.

– Интересно, как это убийце удалось заманить ее сюда? Как он заставил ее сесть в ванну и дать себя утопить? – сказал Томас.

– Хороший вопрос! – согласился Курц.

– Может быть, у них были интимные отношения, – предположила Луиза, – и они вдвоем принимали ванну?

Томас решительно покачал головой:

– По словам нижнего соседа, Клара жила замкнуто и ни с кем не общалась.

Затем он обратился к Курцу:

– Может быть, он сначала задушил ее и уже потом притащил сюда?

– Нет. На теле не обнаружено внешних признаков насилия.

Они снова вышли в прихожую, а из нее – в гостиную. Тут все оставалось так же, как в прошлый раз, когда здесь были Томас и Луиза. Единственное исключение составляло брошенное на ручку кресла вязанье и кофейная чашка, стоящая рядом с пепельницей на журнальном столике перед диваном. Томас смотрел в пространство невидящим взглядом, между тем как его мозг работал на всех оборотах.

– Выходит, убийца пришел неожиданно, когда она пила кофе, – бормотал про себя он. – Его впускают, он просит, вероятно, разрешения воспользоваться ванной комнатой и зовет ее оттуда, чтобы утопить. Он оставляет на столике ее чашку, чтобы все выглядело так, будто она все время была одна. Могло это происходить примерно так?

– Пожалуй, сложновато, – возразил Курц. – С какой стати ей было идти в ванную?

Томас кивнул:

– Вы правы. Сложновато и слишком интимно. Но если иначе, то как?

– Если он ее утопил, то остается только кухонная раковина, – робко предположила Луиза.

Они пошли в темную кухоньку. Томас подошел к раковине и открыл внизу шкафчик. Он нагнулся, а Луиза подала ему свой айфон, чтобы он мог посветить туда фонариком. На дне шкафчика оказалась целая лужа воды, и на стене под раковиной обои были насквозь мокрые.

– Либо Клара перед смертью устраивала генеральную мойку посуды, либо здесь ее и утопили. Я больше склоняюсь к последнему.

Томас встал и бросил беглый взгляд на мусорный мешок в шкафчике. Сверху лежало два кофейных фильтра, а под ними прозрачная пластиковая банка с остатками печенья.

– Может быть, они с убийцей были так хорошо знакомы, что она пригласила его на чашку кофе? Неожиданно появившийся старый знакомый?

– Так вы думаете, что убийца, увидев, как вы оба заходили к Кларе, потом вернулся для того, чтобы уничтожить последнюю свидетельницу, которая могла бы его опознать? – уточнил Курц.

– Возможно, это что-то объясняет. Но что же связывает Клару, убийцу и наше посещение?

– Могенс. То, что мы разыскиваем моего брата, – сказала Луиза.

Томас кивнул:

– Да, но тоже только отчасти. Клара же не знала Могенса. По крайней мере, так она сказала.

– Зато все они могли знать Ренату Шуман, – предположил Курц.

– Вот именно. Клара могла знать о Ренате что-то такое, что служило уликой против убийцы. Что-то уличавшее его в преступлении.

– Только вот что? Если что-то связанное с Ренатой могло служить против него опасной уликой, то почему же он тогда воспользовался именем Ренаты для того, чтобы заманить сюда Могенса, а возможно, и не только его?

Томас покачал головой:

– Совершенно не представляю себе. Может быть, использование образа Ренаты для него так же важно, как и убийство путем утопления? Возможно, в основе лежит страсть, ревность или месть. Кто знает!

– Однако, каков бы ни был мотив, мы имеем дело с серьезными психическими отклонениями, – пробормотал Курц.

76

Когда они выходили из ворот дома номер девять на Грейфенхагенерштрассе, у Курца зазвонил телефон. Он отвечал короткими фразами и быстро спрятал трубку в карман:

– Это звонили из ИТ. Они нашли IP-адрес последнего сообщения по электронной почте, отправленного вам с аккаунта Могенса.

– И что же?

– Оно было отправлено из интернет-кафе, так что за это нам невозможно уцепиться. В ИТ сумели открыть аккаунт его электронной почты.

– Значит, я смогу посмотреть его почту? – обрадовалась Луиза.

Курц покачал головой:

– Сообщение, отправленное из интернет-кафе, – единственное, которое не было удалено, в остальном его аккаунт пуст. К сожалению! – развел руками Курц.

Некоторое время они молча продолжали идти по улице. Но вдруг Луиза остановилась и выхватила из сумки свой айфон. Открыв электронную почту, она выбрала из списка электронный адрес Могенса и начала что-то лихорадочно набирать.

Увидев, что она затеяла, Томас сказал:

– Писать ему сейчас, да еще выражаясь такими словами, не лучшая идея!

– А мне плевать! – ответила она. – Этот мерзавец уже убил моего брата.

– Этого мы не можем знать наверняка.

Она обернулась к нему, чуть не плача:

– Неужели ты и впрямь слеп? Сперва он закрыл аккаунт Ренаты, затем убил Клару, а теперь удалил аккаунт Могенса.

– Луиза, прошу тебя, не отправляй это письмо! Это перечеркнет последнюю надежду найти твоего брата!

Она замотала головой:

– Эта гадина не должна остаться победителем. Я не позволю, чтобы это сошло ему с рук.

– Мы все хотим того же.

Томас перевел взгляд на Курца, который, не понимая датских слов, которыми они обменялись, отлично видел отчаянное настроение Луизы.

– Существует ли у вас какая-нибудь база данных на лиц, сдающих квартиры на время отпусков? – спросил он Курца.

– Вы думаете, что по прибытии он остановился на частной квартире?

– Возможно. Если бы он остановился в гостинице, его личность легко было бы установить. Поэтому он избегал гостиниц.

Курц кивнул:

– Проблема только в том, что в базе числится более трех тысяч фамилий тех, кто сдает квартиры, а тех, кто делает это незаконно, вдвое больше. Обманывать налоговую службу стало у нас национальным спортом.