Тайна фамильного портрета - Кэролайн Кин

Кэролайн Кин

Тайна фамильного портрета

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ПРАЗДНИК МАРДИ ГРА!

— Эй, вы, кумушки, поторапливайтесь! В этой толчее я того гляди потеряю Неда!

Нэнси Дру с трудом пробиралась сквозь толпу взволнованных пассажиров, только что прибывших самолетом в Новый Орлеан. Мало того, она, то и дело оглядываясь назад, руководила двумя лучшими подружками, Бесс Марвин и Джорджи Фейн, и старалась не выпускать их из виду. И при этом нельзя было сильно отставать от намного опередившего их Неда Никерсона. Нед вел девушек в зал ожидания. Там их должен был встретить Брайен Ситон, друг и одноклассник Неда по колледжу Эмерсона. Тот самый Брайен, который пригласил их всех к себе в Новый Орлеан на праздничную карнавальную неделю Марди Гра.

Нэнси и ее друзья с восторгом откликнулись на приглашение. Еще бы! Как не воспользоваться случаем и не побывать на знаменитом празднике Марди Гра! Они с нетерпением ждали этой славной недели, каждый день которой отмечен карнавальными шествиями, парадами, балами, ярмарками, и все это в таком замечательном старом романтическом городе, как Новый Орлеан. Да таких городов в их стране раз-два и обчелся!

Но в настоящий момент Нэнси было не до карнавала. Она ощущала себя кем-то вроде жонглера-фокусника. Надо было, не теряя из виду маячащий впереди красный свитер Неда, следить, чтобы Бесс и Джорджи не отставали от нее. Нед вдруг остановился и принялся трясти руку оказавшемуся перед ним молодому человеку. У Нэнси вырвался вздох облегчения. «Отлично, значит, он нашел Брайена», — подумала она.

Поработав слегка локтями в толпе, Нэнси, Бесс и Джорджи в конце концов добрались до зала ожидания, где уже встретились Нед и Брайен.

— Вот мы и на месте, — обратился Нед к Брайену. — Я же говорил тебе, мы обязательно приедем.

Брайен приветливо улыбался прибывшим гостям. Он был высоким, светловолосым, но все-таки не таким красивым, как Нед, да и ростом чуть пониже. Но в его улыбке было столько обаяния, что девушки приветствовали его ответными улыбками.

Нед представил их друг другу.

— Нэнси, Бесс и Джорджи, — чуть церемонно назвал он каждую из них. — А это, знакомьтесь, мой друг Брайен Ситон, с которым я, кстати сказать, делю славу лучшего игрока нашей футбольной команды.

Нэнси взглянула на Неда и засмеялась.

— Ну и скромник же ты, Нед Никерсон, — поддела она его. — Это главное, что мне нравится в тебе. Брайен снова улыбнулся.

— Не будем спорить, — сказал он. — Я принимаю его таким, каков он есть.

Здание аэровокзала было запружено людьми. Нэнси с друзьями протолкнулись к багажному отделению.

— Нам предстоит потрясающая неделя, — продолжал Брайен. — Я наметил много увеселительных мероприятий для всех нас.

— Здорово! — обрадовалась Нэнси. — Неделя разрядки и веселья — вот что мне так необходимо!

— Еще бы, тебе туго пришлось, когда ты распутывала последнее дело, — отозвалась Джорджи.

— Ой, так было страшно, — прибавила Бесс, и ее даже слегка передернуло от ужаса при одном воспоминании.

Джорджи взглянула на нее насмешливо и, передразнивая, сделала круглые глаза. Джорджи и Бесс были двоюродными сестрами, но являли собой полную противоположность друг другу. Джорджи, высокая, стройная, кареглазая, с каштановыми волосами, со спортивной фигурой, и двигалась быстро и легко. Бесс была хорошенькой блондинкой, голубоглазой, немного полноватой. В момент опасности она предпочитала улизнуть куда-нибудь. Но как ни велика была разница между кузинами, у них было одно общее — дружба. Они были очень привязаны друг к другу и к своей лучшей подружке Нэнси Дру, верность которой они сохраняли всегда.

— Ладно, по крайней мере с этим делом покончено, — сказала Нэнси.

— А впереди нас ждет Марди Гра! — радостно напомнил Нед.

— Верно, — подхватил Брайен. — Не будем терять времени! Сначала надо заехать за моим отцом. Надеюсь, вы не против? У него вообще-то французская спортивная машина, но она в очередной раз на ремонте.

— Не против, — ответила Нэнси.

— Вот и прекрасно, — сказал Брайен. — Потому что я хочу, чтобы вы кое на что посмотрели. Мой отец сейчас у своего троюродного брата, Уоррена Тайлера, а у него есть такое… Вы просто глазам своим не поверите.

Нэнси и ее спутники сняли свои чемоданы с конвейерной ленты и двинулись к выходу вслед за Брайеном. Он вывел их к стоянке автомашин и указал рукой направо. Они увидели сверкающий, голубой, новенький, самой последней модели седан.

— Мы поедем в седане, — сказал Брайен. — А ваш багаж отправится вон в той машине.

Рядом с седаном был припаркован черный лимузин. Около него стоял седовласый, пожилой шофер. Он помог Брайену загрузить чемоданы в багажник, сел за руль и уехал.

Нэнси и Нед уселись на переднем сиденье седана, а Бесс и Джорджи залезли на заднее. Брайен вывел машину на шоссе.

Еще раньше в рассказе о Брайене Нед как-то заметил, что его друг вырос в очень богатой семье. Но то, что увидела Нэнси, превзошло ее ожидания. Такого она и представить себе не могла: французские спортивные машины, личные шоферы, лимузин… Насколько ей было известно, отец Брайена был бизнесменом. Правда, Нед предупредил ее, что Брайен не слишком любит распространяться о своем отце. Пока они ехали по шоссе, Нед и Брайен вспоминали истории из жизни колледжа, в котором учились. Девушки слушали, делали круглые глаза и переглядывались. Нэнси это надоело, и она поинтересовалась, какие мероприятия включены в их праздничную программу.

— Вообще-то мне хотелось, чтобы это было сюрпризом, — признался Брайен. — Но ладно уж, расскажу сейчас. Сегодня в яхт-клубе «Серебряный парус» костюмированный бал-маскарад, и все мы на него приглашены. Я даже подобрал для вас костюмы. Нед подсказал мне, конечно, кое-какие детали. Надеюсь, я ничего не перепутал.

— Я согласна на любой, — сказала Бесс. — Только если мне не придется превращаться в какое-нибудь животное.

— Можете доверять моему вкусу, — заверил друзей Брайен. — Говорю честно.

— Да, но можем ли мы доверять вкусу Неда? — съязвила Нэнси.

— Ты никак не могла обойтись без этой остроты, — в свою очередь поддел ее Нед.

— Просто я вспомнила некоторые казусы…

— Ладно, ладно, — прервал ее Нед и повернулся к Брайену. — У Нэнси мозги, как стальной капкан. Никогда не рассказывай ей ничего такого, что она со временем может тебе припомнить.

— Детектив должен помнить все, — засмеялась Нэнси. — Хватит, дай мне передохнуть! Тут в разговор вступила Бесс:

— Кстати, Брайен, а что это ты собираешься нам показать?

Брайен загадочно улыбнулся.

— Не знаю, насколько вы интересуетесь искусством, но недавно всех потрясла одна невероятная находка, которая имеет прямое отношение к моей семье.

— Находка? — переспросила Нэнси, в которой постепенно росло любопытство.

— Был такой художник, Люсьен Болье. Он жил и работал в Новом Орлеане, десять лет назад он умер, — начал свой рассказ Брайен. Машина свернула с шоссе на боковую дорогу. — Он очень известен в Новом Орлеане. Он рисовал виды города, портреты его жителей и все в таком роде. Но вам ни за что не угадать, что недавно было найдено! Портрет моей мамы, который он написал, вот что! Нэнси удивленно приподняла брови. Они с Недом переглянулись. Нэнси припомнила, как Нед однажды сказал ей, что мама Брайена умерла, к тому же при весьма загадочных обстоятельствах.

— Твоей мамы? — неуверенно переспросил Нед.

— Да, — ответил Брайен и затем прибавил: — Только очень жаль, что не мой папа нашел этот портрет. Он бы все за него отдал. А обнаружил портрет Уоррен Тайлер, троюродный брат моего отца. Как раз к нему мы сейчас и едем. Я должен заехать за отцом по дороге домой, и можно, воспользовавшись случаем, посмотреть портрет.

Дальше они ехали молча, и Нэнси размышляла о только что сказанном. Ее удивляло одно: Уоррен Тайлер и мистер Ситон были троюродными братьями. А если так, то почему Тайлер не отдает портрет отцу Брайена? Ведь наверняка он понимает, как много значит этот портрет для семьи Ситонов. Но прежде всего ее интересовал вопрос: как вообще он оказался у мистера Тайлера?

Голос Брайена вывел ее из задумчивости:

— Вот мы и приехали.

Уоррен Тайлер жил в большом доме, построенном еще в начале века в модном для того времени архитектурном стиле. Дом неплохо сохранился, только кое-где на фасаде облупилась краска. Брайен припарковал машину, а затем провел друзей по широкой лестнице. Они вошли, не постучавшись.

С порога друзья услышали из гостиной громкие сердитые голоса. Но как только Брайен крикнул: «Папа, привет!» — голоса немедленно стихли.

В прихожую вошел высокий мужчина. Он взглянул на часы и ворчливо произнес:

— Ты задержался!

— В аэропорту была тьма народу. — Видно было, что Брайену неловко перед друзьями за подобный прием, но он твердо продолжал: — Папа, я хочу тебе представить Неда Никерсона, Нэнси Дру, Бесс Марвин и Джорджи Фейн. Знакомьтесь, это мой отец, Бартоломью Ситон.