Тайна фамильного портрета - Кэролайн Кин

— Послушайте, — сказал Брайен, — я чувствую себя ужасно неловко из-за того, что испортил вам каникулы. Поэтому сегодня вечером мы все едем в город веселиться. И пожалуйста, не спорьте со мной, ладно? Хочу сделать вам такой подарок!

Нэнси улыбнулась:

— Ну что же, нам это подходит!

После обеда Нэнси, Нед и Брайен решили искупаться в подогреваемом бассейне за домом. Они плавали наперегонки и загорали на солнце в шезлонгах. Друзьям было так хорошо, что они на время забыли обо всех неприятностях.

Бесс и Джорджи вернулись около четырех часов дня, нагруженные сувенирами и подарками. Они пожаловались, что много ходили и теперь у них болят ноги. Но стоило Брайену сказать, что вечером им всем предстоит прогулка, они пришли в полный восторг и позабыли об отдыхе.

В восемь часов вечера, предварительно поужинав, компания погрузилась в седан Брайена и поехал а в центр. Друзья оставили машину вблизи Французского квартала, одного из старых районов города, и дальше отправились пешком.

Повсюду двигались толпы, было тесно, но люди радовались и улыбались друг другу. Из всех кафе доносились громкие звуки диксиленда, и многие даже танцевали прямо на тротуарах.

На каждом углу играли уличные музыканты, а художники, сидя на тротуаре, делали зарисовки уличных сценок. Большинство гуляющих были в карнавальных костюмах. Нэнси, широко раскрыв глаза, любовалась живописным гуляньем. Тут были разноцветные, яркие клоуны, привидения, всякие колдуны и ведьмы. Нэнси обратила внимание на то, что старинные дома были прекрасно отреставрированы. Подобная архитектура сохранилась только в Новом Орлеане, и только в его Французском квартале.

Бесс и Джорджи ни разу не вспомнили о своих уставших ногах. Нэнси видела, что они веселятся от души. Развеселился даже Брайен. Он смеялся, шутил. Казалось, он забыл о неприятностях, которые грозили его отцу.

— Нам нельзя опаздывать на большое карнавальное шествие, вы еще должны посмотреть на все эти празднично разукрашенные, движущиеся по улицам платформы с ряжеными, — с воодушевлением объяснял друзьям Брайен, ему хотелось все им показать. — И потом, я хочу, чтобы мы все совершили прогулку на «Натчезе».

— Ой, а что такое «Натчез»?

— Это старый колесный пароход, который восстановили и отремонтировали, — ответил Брайен. — Такие пароходы плавали по Миссисипи много-много лет назад, перевозили людей и товары. У парохода сзади огромное деревянное колесо, его лопасти отталкиваются от воды и приводят пароход в движение. Это тоже достопримечательность Нового Орлеана, часть наших традиций.

— Наверное, это здорово, — сказала Джорджи.

— Если на этот раз ничто не помешает, — добавила Бесс, глядя выразительно Нэнси в глаза.

— Да ладно, будет вам, — отозвалась Нэнси. — Обещаю больше никому не портить праздник. Мы придумаем, как этого избежать, вот увидите.

— Последнее знаменитое высказывание Нэнси Дру, его надо запомнить, — сострил Нед, легонько похлопав Нэнси по плечу. — Погодите, еще ночь не наступит, а она опять влипнет в приключение, и тогда конец всеобщему блаженству: Нэнси ведет дело!

— Ой, нет, только не сегодня, — попросила Бесс. — Не надо в такой вечер!

Но Нэнси уже не слышала ее слов. Замерев на месте и не отрывая глаз, она смотрела на кого-то в толпе. Нед, повернувшись к ней, уловил ее напряженный взгляд, но не успел вымолвить и слова, как Нэнси, бросив друзей, ринулась в толпу и исчезла в потоке гуляющих. Что она там увидела? И кого преследовала?

— Нэнси! — закричал Нед, но она не слышала его. Крик Неда привлек внимание прохожих, и они, как по команде, устремились за девушкой.

Нэнси неслась как сумасшедшая, расталкивая людей, пробиваясь вперед. Наконец, она устала и уже просто шла. Совсем обессилев, она прислонилась к фонарному столбу, чтобы не упасть, и с трудом переводила дыхание.

Нед первым подбежал к ней.

— С ума сошла? Куда это ты понеслась, как будто что-то стряслось, словно ты чудовище увидела? — накричал он на подругу, но, вглядевшись в ее лицо, тихо спросил: — Нэнси, ты в порядке? У тебя такой вид, как будто тебе почудилось привидение.

— Возможно, так и было, — все еще с трудом переводя дыхание, ответила она. — Пусть я сумасшедшая, но я только что видела Даниэль Ситон, хотя наверняка это была не она, а другая женщина, но точь-в-точь похожая на ту даму с портрета!

МАЙКЛ ВЕСТЛЕЙК

Нэнси расстроилась. Огорчен был и Брайен. Друзья старались убедить их в том, что это была просто ошибка, Нэнси обозналась. Они отправились на танцы, но это не развеяло их дурного настроения. И развлечение было им уже не в удовольствие.

В конце концов они отправились домой намного раньше, чем предполагали.

— У меня из головы не выходит то лицо, — говорила Нэнси, потягивая горячий чай из чашки. — Я увидела женщину мельком в толпе и сразу была поражена ее сходством с той, которая изображена на портрете.

— С моей мамой, — с запинкой, как бы нехотя, произнес Брайен.

— Должно быть, это простое совпадение, — сказала Бесс. — Что еще можно предположить?

— Не знаю, — сказала Нэнси. — Я вспоминаю ощущение, которое у меня возникло, когда я увидела ту картину в доме у Тайлера. Лицо женщины на портрете так меня поразило, что-то перевернулось в глубине моей души. С тех пор меня мучает неотвязная мысль о той женщине с портрета. И вдруг эта встреча сегодня вечером… Это была… она.

— Нэнси, — сказал Брайен, — это невозможно, моей мамы нет, и ожить она не могла. Поверь мне.

— А может быть, — выдвинула свое предположение Джорджи, — то лицо с портрета очень сильно врезалось тебе в память. И потом, когда ты увидела на улице женщину, лицо которой чуть-чуть напомнило тебе лицо мамы Брайена, у тебя разбушевалось воображенье.

— Это что-то странное, — сказала Нэнси. — Я не могу объяснить, что со мной было, и все тут.

— Брайен, а вдруг это была кто-нибудь из твоих родственниц? — спросила Бесс.

Брайен отрицательно покачал головой:

— Нет, среди наших родственниц нет такой, что была бы так… так похожа на маму.

— Но ощущение, честно говоря, не из приятных, я испугалась, — призналась Нэнси. — Мне было как-то жутковато.

— Меня не надо в этом убеждать, — сказал Нед. — Достаточно было на тебя посмотреть, когда ты стояла, обнимая фонарный столб, — ну настоящее привидение! У тебя ни кровинки в лице не было! Белая как полотно!

— Это я во всем виноват, — сказал Брайен. — И зачем только я попросил тебя взяться за расследование!

— Не говори глупости! — отрезала Нэнси. — Даже если бы не было никакой кражи, я была бы потрясена не меньше, увидев эту женщину в толпе. Так что моя реакция к расследованию не имеет никакого отношения.

«Так ли это на самом деле? — размышляла про себя Нэнси. — Здесь еще очень много неясного. Например, при каких обстоятельствах, катаясь на лодке по морю, погибла миссис Ситон? Убийство это было или несчастный случай? Брайен слишком расплывчато говорил обо всем этом. А если та женщина в толпе действительно его мама? Правда, все друзья в один голос утверждают, что меня подвело воображение, что сходство с портретом случайное, что промелькнувшая женщина вполне может быть дальней родственницей Брайена. В конце концов, Брайен может и не знать всех своих родственниц, особенно по материнской линии». Но Нэнси скептически отнеслась к доводам приятелей. Она уже давно распутывала детективные истории и потому знала, что настоящий сыщик обязан полагаться на свое чутье. Какой бы глупой или даже безумной ни представлялась ей самой внутренняя догадка, она должна была ее проверить. В этом деле нельзя пренебрегать и малейшими деталями, любая из них может оказаться важнейшей зацепкой в расследовании.

В ту ночь Нэнси спала плохо. Она то и дело просыпалась. Каждый раз, засыпая, она видела один и тот же навязчивый сон. Перед ней стояло лицо той женщины. Просыпаясь, она думала: «Пусть события развиваются сами собой, но я должна найти картину, хотя бы только ради того, чтобы еще раз увидеть лицо на портрете». Нэнси решила, что следует поднапрячься с расследованием, ускорить его. Каникулы? Карнавал? Ничего, подождут!

На следующее утро Нэнси вознамерилась нанести визит дедушке Брайена, Майклу Вестлейку. Он был владельцем большой коммерческой фирмы, известной во всем городе. Приехав в офис Майкла Вестлейка, Нэнси представилась его секретарше приятельницей Брайена Ситона и объяснила, что хотела бы поговорить с мистером Вестлейком по поводу одного дела, которое непосредственно касается его семьи. После чего секретарша вышла, а Нэнси осталась ждать перед закрытыми дверьми. Через несколько минут секретарша провела ее в кабинет Майкла Вестлейка.

— Входите, мисс Дру, — сказал мистер Вестлейк, привставая ей навстречу. Он сидел в кресле за старинным письменным столом. — Нынешним утром у меня плотное расписание, но для подружки Брайена мне времени не жалко. Чем могу служить? Вы говорите, что дело, которое привело вас ко мне, носит семейный характер, не так ли?