100 великих событий ХХ века - Николай Непомнящий

Арабо-израильские войны (причем значительно более кровопролитные) были и до, и после, однако целый ряд факторов выделяют Шестидневную войну в бесконечном ряду арабо-израильского противостояния.

Моше Даян

В результате этой войны территория, находящаяся под контролем Израиля, увеличилась более чем втрое. Согласно признанным международным сообществом соглашениям о прекращении огня, заключенным Израилем и арабскими странами после Войны за независимость, территория страны составляла немногим более двадцати с половиной тысяч квадратных километров. В ходе Шестидневной войны Израиль завладел Синайским полуостровом (площадью более 60 тыс. кв. км), Голанскими высотами (1200 кв. км), Западным берегом реки Иордан (более 6 тыс. км), небольшим, но густо заселенным сектором Газа, и, что самое главное, Восточным Иерусалимом, включая Старый город. Немедленно по окончании войны Восточный Иерусалим был аннексирован, после чего 28 июня 1967 г. объединенный город был провозглашен единой и неделимой столицей страны. Этот статус древнего города был зафиксирован позднее в первой статье принятого 5 августа 1980 года Основного закона о Иерусалиме – столице Израиля.

Символическое значение победной для Израиля Шестидневной войны невозможно переоценить: после многих столетий изгнания объединенный Иерусалим оказался под контролем еврейского государства.

Именно в результате Шестидневной войны под контролем Израиля оказываются все территории, на которых, согласно резолюции Генеральной ассамблеи ООН № 181 от 29 ноября 1947 г., должно было быть создано палестинское государство. После проигранной арабами войны 1948–1949 гг. эти территории отошли к Израилю (Северо-Западный Негев, Северная Галилея, так называемый «иерусалимский коридор» и район Беэр-Шевы), Иордании (Западный берег реки Иордан) и Египту (сектор Газа). Ни одна из этих трех стран не была заинтересована в создании палестинского государства и не сделала ни малейших шагов в этом направлении. В июне 1967 г. ситуация кардинальным образом изменилась: захватив Западный берег Иордана и сектор Газа, где жили тогда более 600 тысяч палестинских арабов, Израиль вольно или невольно оказался единственным препятствием для создания независимого палестинского государства. Тот факт, что на протяжении 19 предшествующих лет ни Египет, ни Иордания не предоставили палестинцам не только государственности, но даже и автономии, был быстро забыт, а Израиль был объявлен средоточием мирового зла.

Уже 1 сентября 1967 г. состоявшаяся в Хартуме конференция Лиги арабских государств приняла решение, значительно осложнившее поиск решения арабо-израильского урегулирования: нет – переговорам с Израилем, нет – признанию Израиля, нет – миру с Израилем. Ситуация, бывшая и без того напряженной, обострилась еще больше. Именно в результате Шестидневной войны произошла кристаллизация политической идентичности палестинских арабов: если раньше они действовали против Израиля в рамках той войны, которую вели против него арабские страны, то теперь они, оказавшись под юрисдикцией Израиля, в собственных глазах, в глазах международного сообщества и всего арабского мира, стали самостоятельной политической единицей. Одновременно с этим организация ФАТХ из небольшого партизанского отряда, поддерживаемого Египтом и Сирией и используемого для провокационных вылазок в глубь израильской территории, превратилась в повсеместно признанного выразителя чаяний палестинского народа. Ни одна арабская страна и прежде официально не признала право Израиля на существование в безопасных границах, однако обострение проблемы палестинских арабов в результате Шестидневной войны придало этой непримиримой позиции видимость легитимности.

Хотя в результате Шестидневной войны под контролем Израиля оказались значительные территории, руководство страны не приняло решения о распространении на них израильской юрисдикции. Так сложилась беспрецедентная в современном мире ситуация, во многом продолжающаяся до сих пор: под контролем израильских войск оказались земли, даже с израильской точки зрения не являющиеся частью территории страны, на которых живут люди, 90 % которых не имеют израильского гражданства.

Единственной категорией жителей Западного берега (Иудеи и Самарии) и сектора Газа, имеющими израильское гражданство, являются еврейские поселенцы. Кроме Восточного Иерусалима израильская юрисдикция была распространена только на Голанские высоты (специальным законом, принятым Кнессетом 15 декабря 1981 года). Синайский полуостров был в 1979–1982 гг. поэтапно возвращен Египту, в Газе и в городах Западного берега в 1993–1995 гг. была создана Палестинская национальная администрация, однако проблематичный статус большей части территорий Иудеи и Самарии остался не урегулированным.

В результате Шестидневной войны возникли три категории палестинских арабов, причем их статус практически никак не изменился до настоящего времени. Представители одной категории – палестинские беженцы, покинувшие свои дома в ходе проигранной арабами войны 1948–1949 гг., – живут в различных странах за пределами Израиля. Точная численность палестинских беженцев неизвестна, более или менее достоверные подсчеты позволяют говорить о 550–600 тысячах палестинцев, оказавшихся в 1947–1949 гг. в Ливане, Сирии, Иордании, Ираке, Египте и других странах. Однако большинство палестинских беженцев 1947–1949 гг. осело именно на территориях, завоеванных Израилем в ходе Шестидневной войны: на Западном берегу Иордана и в Газе. Сто с лишним тысяч палестинцев, оставшихся на территории Израиля, получили израильское гражданство, а после отмены в декабре 1966 года режима военных администраций – и более или менее полные гражданские права. Однако палестинцы, проживавшие на территориях, завоеванных в 1967 г., не получили израильское гражданство. Двадцать лет политического и юридического бесправия вызвали интифаду, конца которой не видно, несмотря на всевозможные предложения и уступки, инициированные израильским руководством.

За несколько дней до начала Шестидневной войны в Израиле было впервые создано правительство Национального единства, возглавляемое Леви Эшколем. Сразу после окончания войны в резолюции, принятой 19 июля 1967 года, правительство Израиля выразило готовность уйти с большей части занятых в ходе боевых действий территорий (а именно с Синайского полуострова и Голанских высот) в обмен на подписание мирного соглашения с Египтом и Сирией. Однако арабские страны не пожелали вести переговоры, ответив на протянутую руку мира тремя «нет» Хартумской конференции.

Заменившая Леви Эшколя в 1969 г. на посту главы правительства Голда Меир отличалась более «ястребиными» взглядами, чем ее предшественник. В период правления Голды Меир и Моше Даяна (занимавшего в 1967–1974 гг. ключевой пост министра обороны) мирные инициативы Л. Эшколя были преданы забвению. Предложения об отступлении из Синая в обмен на подписание израильско-египетского мирного договора, сделанные в 1969–1971 гг. государственным секретарем США Уильямом Роджерсом и выступавшим от имени ООН шведским дипломатом Гуннартом Яррингом, на этот раз были отвергнуты израильским руководством. В руководстве страны возобладало мнение, что, поскольку ни Газа, ни Западный берег не являются историческими частями Египта и Иордании и оказались в их составе лишь в результате войны 1948–1949 гг., то их присоединение к Израилю в результате новой войны вполне может быть оправдано.

Кроме того, утверждалось, что в этой войне Израиль не был агрессором, а коли так, то и не должен возвращать захваченные территории. Действительно, израильскому удару по египетскому военно-воздушному флоту предшествовало размещение египетских войск вдоль Суэцкого канала, изгнание сил ООН, призванных обеспечивать условия перемирия между Израилем и Египтом, а также блокада Тиранского пролива, которая перекрывала доступ к Эйлатскому порту. Утверждалось, что все это было равнозначно объявлению войны, и если бы Израиль не нанес удар первым, это поставило бы под угрозу само его существование. Руководители страны подчеркивали не только стратегическую значимость Иудеи и Самарии для обеспечения обороны Израиля, но и их важность в контексте многовековой истории еврейского народа. Началось поселенческое движение, арабские страны стали готовиться к новой войне, а надежды на мирное урегулирование умерли, едва зародившись.

Шестидневная война оказалась едва ли не последней по-настоящему победоносной войной в истории государства Израиль. Хотя и в последующих войнах израильские войска добивались поставленных политическим руководством целей (ЦАХАЛ закончил Войну Судного дня на подступах к Каиру и Дамаску, а в ходе Ливанской войны оккупировал Бейрут), это была последняя кампания, в ходе которой армия и до, и во время, и после боевых действий пользовалась безоговорочной поддержкой населения. Более того, в ходе Шестидневной войны инициатива в проведении военных операций принадлежала именно армейскому командованию, тогда как политическое руководство пребывало в неуверенности по поводу того, как следует поступать Израилю.