100 великих событий ХХ века - Николай Непомнящий

Однако тут медикам могут весьма эффективно помочь генные инженеры. Сегодня в принципе нетрудно вмонтировать в эмбрион свиньи участок хромосомы, снимающий проблему несовместимости.

Поиски нужного гена ведутся достаточно интенсивно, и в случае успеха можно будет считать проблему имплантантов решенной.

Правда, тогда на очередь могут встать другие проблемы, скорее уже психологические и моральные. Представим, что подобные операции станут вполне доступными. И среди нас появится особая категория людей: с сердцем обезьяны, печенью свиньи, почкой еще какого-то животного… Прямо остров доктора Моро… Где гарантии, что они не столкнутся с предрассудками, предубеждениями, а то и дискриминацией?

Возможно, поэтому многие исследователи считают и такое решение проблемы лишь полумерой. «Лучше всего действовать по патенту гидры», – полагают они.

В самом деле, наш организм постоянно обновляет и ремонтирует сам себя: костный мозг вырабатывает новые кровяные клетки, слои кожи обновляются за счет подкожных тканей, заживают раны, срастаются переломы костей. Но можно ли мечтать о регенерации целого органа?

Вот, казалось бы, крайний случай: клетки головного и спинного мозга (нейроны) единственные, которые не способны восстанавливаться. Но недавно канадские нейробиологи из университета провинции Альберта – профессор Самюэль Вайс и его аспирант Бренд Рейнольдс – установили, что в определенных условиях клетки головного мозга подопытных мышей можно заставить делиться!

Возможно, это открытие проложит путь к управлению регенерацией и всех остальных органов и тканей нашего организма. Перед исследователями в новом свете предстает феномен так называемых фантомных конечностей, когда человек с ампутированной рукой или ногой ощущает ее как настоящую: чувствует в ней боли, мышечные судороги, отчетливо представляет себе, в каком положении она находится в данный момент.

На сегодняшний день известно, что подобные ощущения испытывают около 70 процентов людей, перенесших ампутацию. Возникать они могут лишь в спинном и головном мозге. Но тогда получается, что мозг хранит «портрет» всего тела, вплоть до кончика каждого мизинца. Причем образ этот полон даже у инвалидов, родившихся с недостающими конечностями! Эту информацию и можно попытаться задействовать для саморемонта человека.

Есть же какая-то программа, по которой ящерица может отрастить хвост, а некоторые земноводные даже лапу. Наверняка сохранились подобные алгоритмы и в наших нейронных структурах. Нужно лишь научиться их «включать». Вот максимально надежный и нравственно безупречный способ исправления любых изъянов человеческого тела.

1967

Экранизация романа Л. Толстого «Война и мир»*

Первая попытка отечественных кинематографистов переложить для экрана бессмертную эпопею Льва Толстого была предпринята в 1915 г. режиссерами Владимиром Гардиным и Яковом Протазановым. Учитывая состояние тогдашнего кинематографа, получилась лишь экранизация отдельных отрывков романа.

Спустя сорок лет американский режиссер Кинг Видор вновь обратился к «Войне и миру», сняв двухсерийную версию с участием таких звезд Голливуда, как Одри Хепберн (Наташа Ростова), Генри Фонда (Пьер Безухов), Мела Ферреры (Андрей Болконский) и др. Однако фильм не имел того успеха, на который рассчитывали его создатели. Именно американо-итальянская киноверсия «Войны и мира», а также приближающееся 150‑летие Бородинского сражения побудили советских кинематографистов снять свой вариант толстовского романа.

Первоначально главным претендентом на роль постановщика фильма выступал мэтр отечественного кинематографа, глава оргкомитета Союза кинематографистов СССР и хозяин «Мосфильма» Иван Пырьев.

Но у него имелось много врагов, которые и инспирировали в феврале 1961 г. письмо видных военных деятелей и работников культуры и искусства, в котором Минкульту предлагался в качестве постановщика Сергей Бондарчук: «Как известно, американский фильм, созданный по этому роману, не передал ни художественных, ни национальных особенностей эпопеи Л.Н. Толстого, ни великого освободительного духа борьбы русского народа, чем вызвал справедливые претензии советского зрителя.

Русский фильм “Война и мир” может стать событием международного значения. К работе над ним должны быть привлечены крупнейшие драматурги и мастера кино. Постановкой фильма должен руководить кто-то из лучших наших кинорежиссеров. Наиболее достойной кандидатурой нам представляется лауреат Ленинской премии, народный артист СССР С.Ф. Бондарчук». Пырьев не простит этого Бондарчуку до самой своей кончины.

Кадр из фильма С.Ф. Бондарчука «Война и мир»

В феврале 1961 г. у Е.А. Фурцевой состоялось совещание, где окончательно был решен вопрос об экранизации «Войны и мира». На нем, кроме минкультовских работников, присутствовали также представители Госкино (зампред В. Баскаков) и мосфильмовцы (директор студии В. Сурин, С. Бондарчук).

3 апреля Сурин обратился к Фурцевой с просьбой разрешить начать заготовку сценария на три серии (чуть позже фильм разрастется до четырех серий). На эти мероприятия глава «Мосфильма» просил выделить 150 тысяч рублей из фондов Минкульта. 5 мая Фурцева ответила согласием, распорядившись выделить из фондов 30 тысяч рублей. С этого момента началась работа в архивах, рисовались эскизы будущих декораций и костюмов.

В качестве соавтора в написании сценария Бондарчук взял в помощники 35‑летнего драматурга Василия Соловьева. «Работая над сценарием картины “Война и мир”, – писал Соловьев, – я проштудировал с карандашом в руках, делая выписки, десятки томов: литературоведческие исследования, переписку Толстого, военные источники – книги, известные только специалистам. И это все для того, чтобы понять, как, какими путями развивалась мысль Толстого».

В эти же дни Бондарчук начал подбирать актеров на главные роли. Так, на роль Андрея Болконского пробовались Юрий Соломин, Эдуард Марцевич и Олег Стриженов, но состязание выиграл последний. На роль Кутузова 16 мая был приглашен ленинградский актер Николай Симонов, последняя роль которого в телефильме «Очарованный странник» потрясла Бондарчука.

Среди других возможных исполнителей в планах Бондарчука значились: Александр Кторов (Николай Болконский), Владимир Станицын (граф Ростов), Никита Михалков (Петя Ростов). Осенью на «Мосфильме» начались первые репетиции.

27 февраля 1962 г. генеральной дирекцией студии был принят литературный сценарий 4‑х серий, 20 марта этот сценарий был обсужден на совещании в Минкульте. Там его тоже одобрили и обязали ряд ведомств и учреждений оказывать всю необходимую помощь создателям будущей эпопеи.

26 марта Фурцева направила письмо заместителю министра сельского хозяйства И. Мозговому о выделении 900 голов лошадей нужных мастей. Консультант фильма по кавалерии генерал-лейтенант Н. Осликовский и директор фильма Н. Иванов вскоре выехали в ЗакВО и ТуркВО для определения годности лошадей горных батарей. В скором времени именно эти лошади станут костяком для создания кавалерийского полка при «Мосфильме» под съемки «Войны и мира».

30 марта фильм был запущен в подготовительный период. Финансирование было выделено приличное: 795 тысяч рублей на актерские пробы, постройку декораций и т. д. плюс 600 тысяч на приобретение необходимого инвентаря.

Остаток весны и все лето в павильонах «Мосфильма» шли интенсивные актерские пробы.

Олег Стриженов внезапно раздумал играть Андрея Болконского. И это накануне начала съемок! Свой отказ Стриженов мотивировал тем, что собирается пойти работать во МХАТ, а съемки, которые грозят растянуться на несколько лет, не позволят ему отдавать всего себя сцене. Бондарчук отправился жаловаться на него в Госкино. Стриженова вызвал к себе зампред Баскаков, но и он ничего не добился. Когда актер наотрез отказался возвращаться в «Войну и мир», зампред только руками развел: «Ну, не с милицией же заставлять играть Болконского». Даже министр культуры Фурцева, которая лично отвечала за создание грандиозной эпопеи, не смогла уговорить его сниматься.

7 сентября 1962 г. съемки фильма «Война и мир» начались. Это были локальные съемки уходящей осенней натуры, которые должны были вестись на протяжении месяца. Снимать начали с эпизода, где французские солдаты расстреливают у стен Новодевичьего монастыря москвичей, подозреваемых в поджогах города. Среди последних находился и Пьер Безухов, роль которого исполнял сам Сергей Бондарчук (в первоначальных планах режиссера было пригласить на эту роль знаменитого штангиста Юрия Власова, но тот отказался). К слову, его жене Ирине Скобцевой досталась в картине роль прелестной Элен.

Съемки у стен монастыря велись в течение нескольких дней, после чего группа перебазировалась в Кремль, чтобы снять несколько объектов на его территории. В конце сентября, недалеко от Иванькова, в селе Богословском, начали снимать эпизод «охота в имении Ростовых в Отрадном».