Концентрация и медитация - Кристмас Хемфрейс

что пресытился миром перемен и, отрекшись от прошлого, страстно стремится отыскать и завоевать Реальность. Некоторые достигают этой стадии вследствие пережитых страданий, некоторые — путем интеллектуального понимания иллюзорной природы явлений и желания раскрыть Ноумен, который лежит позади их, других же приводит к этому призыв чистого сострадания посвятить свою жизнь уменьшению «могучего моря скорбей, образованного слезами человеческими»[3]. Только эти люди могут быть уверены, что они вступают на Путь с правильным мотивом, так как только те, в ком заложено белое пламя сострадания, не взирая на все затмения, понимают, что «жить, чтобы приносить благо человечеству — это первый шаг»[4] и вследствие этого всегда прислушиваются к голосу Сострадания, когда он шепчет: «Может ли быть блаженство, пока все живущее обречено на страдание? Неужели ты спасешься и будешь слышать, как весь мир вопит?»[5]

Когда человек вступает на путь, для него невозможны компромиссы. Когда стопы поворачиваются в сторону Просветления, притяжение сердца к миру остается позади. Двигаться чересчур быстро — значит чрезмерно увеличивать противодействие соперничающих притяжений. Следовательно, пусть ум и сердце проникнутся единым намерением перед тем, как будет предпринято это путешествие, и прежде всего пусть мотив будет чист. Все, кто практикует медитацию, свидетельствуют, что практика медитации может избавить от страдания, поднимая сознание на недосягаемый для него уровень, но не это будет мотивом, ведущим человека к Цели. Избирайте путь ради него самого. Правильный мотив всегда безличен, это безличное волевое желание устранить всякое страдание без чрезмерного внимания к своему собственному страданию, и стремление раскрыть внутри каждой формы жизни ту «Сущность Ума», которая, как указывает «Сутра Хой Нэна», является внутренне чистой. «Свет находится внутри тебя», — говорили египетские иерофанты, — «пусть этот свет воссияет». Пробуждение во всех формах жизни этого знания и путь к его пониманию — вот цель всех, кто стремится идти по пути, проложенному Всепросветлснием.

2. Саморазвитие или служение

Не обманывайтесь ложной антитезой саморазвития и служения, идеала Архата и Бодхисаттвы. С одной стороны, ни один человек не сможет служить другим, пока не достигнет некоторого господства над орудиями своего труда; с другой стороны, всякое саморазвитие и очищение будет тщетным до тех пор, пока остается мысль о «Я», то есть о самом себе. Иначе говоря, мудрый человек выбирает Средний Путь, так как его жизнь есть счастливое чередование интроверсии и экстраверсии, субъективной жизни (медитации) и объективной жизни (служения). В служении объективность находит свое выражение, но это служение не будет осознанным, если человек не руководствуется пониманием, порожденным медитацией.

3. Медитация и молитва

Большинство жителей Запада рождаются и воспитываются в атмосфере Христианства и с ранних лет привыкают к практике молитвы. Это слово имеет множество значений, варьирующихся в зависимости от духовного развития индивидуума, но (за исключением толкования, которое дает чистая мистика) в основе молитвы всегда лежит просьба, обращенная к некоторому Существу или Силе. Однако это не назойливая просьба выпрашивания чего-то такого, чего у нас нет. Метод молитвы в лучшем случае является сильным сердечным желанием; медитация, с другой стороны, переориентирует это желание и таким образом производит знание, благодаря которому человек приобретает все, чего он правильно желает. Медитирующий не просит о руководстве, так как он знает, что очищенный Ум взывает к внутренней мудрости; он не жаждет добродетелей, так как знает, что в медитации он может приобрести и приобретает их; он не ходатайствует за других, раз путем своих собственных усилий, без посторонней помощи может помочь им в той мере, в какой это позволяет их карма. Короче говоря, молитва в лучшем из своих проявлений есть сокровенное сердечное желание, порождающее мистический настрой; медитация, сопровождаемая разумом, создает Знание. Однако есть пункт, в котором оба метода соприкасаются. Если под молитвой подразумевается «возвышение себя на уровень Вечного» или хотя бы, при условии безличности желания, — «Искреннее желание души, произнесенное или невыраженное», то она перестает быть молитвой в обычном смысле этого слова и возвышается до уровня медитации. От медитации, которая характеризуется сознательным единением с Богом внутри ее отличает обращение к некоторой внешней силе.

4. Природа «Я»

«Познай самого себя», — сказал Дельфийский Оракул. Путь медитации есть путь знания, и целью всякого знания является найти и отождествиться с «Я» (то есть с самим собой) внутри. Следовательно, чрезвычайно важно обладать некоторым знанием о природе Я и его носителей, чтобы понять назначение и технику медитации. Простейший анализ в этом направлении сделал св. Павел, разделив Тело, Душу и Дух. Тело содержит в себе весь комплекс личности, Душа — все, что мыслится как Высшее «Я», а Дух является удобным обозначением того, что Будда назвал «Нерожденным, Невозникшим, Несотворенным и Бесформенным». Эти наименования сами по себе бессодержательны, они суть лишь «способ говорить, дефиниции для обыденного употребления», как объяснил Будда свой анализ «Я» нищенствующему монаху Паттхападе.

При рассмотрении этих трех понятий целесообразно начать с torn, носителями или формами которого являются два остальных. Чересчур просто было бы думать о человеке как о существе, имеющем душу или дух, на самом же деле каждый человек, каждая форма жизни есть по своей сущности искра Пламени, «фрагмент Неделимого, облаченный в покровы иллюзий». Отсюда вытекает богатство аналогий и символов, используемых для описания эволюции (само это слово означает «развертывание») как развития уже имеющихся предначертаний, сбрасывания завес, скрывающих реальность. Не без основания Восток резюмирует свою мудрость в фразе: «Стань тем, кто ты есть». Дух не есть лишь атрибут. Называемый в Индии «Атманом», он отражает сущность человека, однако, поскольку он есть лишь неотделимый аспект безымянной Сущности, ни один человек не может заявить, что Дух принадлежит ему одному. Отсюда вытекает Буддийская Доктрина анатты, не Атта (Атман), устраняющая иллюзию, будто в человеке есть какой-то довлеющий принцип, неизменно отличающий его от других форм жизни.

Короче говоря, Дух, подобно Нирване, есть всякая форма жизни, высшая или низшая, есть лишь вечно меняющееся проявление вечно Непроявляющегося. Однако Единое проявляется как Множественное, и каждая искра Пламени окутана в плоскостные оболочки или тела. Самой разряженной из этих оболочек является Буддхи, пристанище интуиции; Она, вместе с Манасом (умом) составляет то, что можно назвать высшим «Я», в противоположность той составной части личности, чьим последним облачением является внешне видимое тленное тело.

Каждое из этих тел имеет свою собственную жизнь и форму, а весь комплекс тел образует Вселенную в миниатюре и, следовательно, является ключом к вселенской мудрости. К несчастью для нас, желания носителей этих жизней находятся на низшей стадии эволюции, они часто несовместимы друг с другом и неизменно враждебны интересам «Я». Тело имеет