В боях за Дон - М. Н. Алексеенко

отличившихся в уничтожении вражеских танков был артиллерийский дивизион 69-го гвардейского артиллерийского полка под командованием Василия Петруни. О нем и пойдет наш рассказ.

…Капитан В. Бородулин пересек пшеничное поле, еще не тронутое огнем войны, вышел на рубеж, откуда ему предстояло организовать разведку наблюдением. Чтобы его не обнаружил неприятель, он опустился в воронку от авиационной бомбы, уточнил передний край расположения противника, наметил ориентиры и районы особого внимания, затем разъяснил подчиненным боевые задачи.

Разведчики заняли указанные им позиции, приступили к выполнению своих нелегких обязанностей, отыскивали в окопах, траншеях, в кустах тщательно укрытые и замаскированные орудия, танки, пулеметные расчеты. Первым доложил Лаптев:

— Ориентир третий, влево сорок, ниже пять, самоходное орудие у кустов занимает позицию.

Через две-три минуты вновь послышался его голос:

— Ориентир первый, влево двадцать, в балку Широкую втягивается колонна танков.

Бородулин направил бинокль в указанное ефрейтором направление. Он поблагодарил воина и приказал ему продолжать наблюдение.

В соседней ячейке у прибора находился сержант Громаков. Он следил за обстановкой в направлении на Суровикино.

— Ориентир второй, влево пятьдесят, выше десять, в лощине сосредоточивается пехота, — последовал его доклад.

Офицер проверил и убедился: в лощине находилось до батальона вражеской пехоты. О месте сосредоточения неприятеля незамедлительно сообщил командиру артиллерийской группы.

Через десять минут разрывы крупнокалиберных снарядов вздыбили землю над лощиной. После того как все поднятое вверх опустилось, Бородулин спокойно произнес:

— Отсюда в ближайшее время атаковать наши позиции некому.

А вот из-за лесополосы показались фашистские танки, за ними бежали автоматчики.

Раздалась властная команда: «К бою!» Затрещали автоматы и пулеметы мотострелков. По указанным разведчиками местам сосредоточения танков ударила наша артиллерия. На поле боя заполыхали машины, залегли сопровождавшие их пехотинцы. Гитлеровцы вскоре дрогнули и стали отползать, чтобы укрыться за обрывистым берегом реки Чир. В этот критический для них момент поднялись в контратаку мотострелки. За ними устремились разведчики. Они отбросили захватчиков на исходные позиции.

Находчивость в этом бою проявил рядовой Василий Сухоручко. Он незаметно подобрался к подбитому и брошенному фашистами танку, снял с башни пулемет и открыл из него огонь по приближавшимся с фланга гитлеровцам. Их внезапная атака по мотострелкам была сорвана.

Вскоре фашисты возобновили обстрел района расположения мотострелков и артиллеристов. Снаряды и мины рвались рядом с окопами разведчиков. Однако никто из них не покинул занимаемых позиций. Они продолжали вести наблюдение за противником. Получившие ранения рядовой Гвоздев, сержант Несмеянов и старший лейтенант Аболмасов перевязали друг другу раны и вновь встали к приборам.

С наблюдательных пунктов поступили схемы обнаруженных целей. До передачи их в штаб группы капитан Бородулин обработал схемы, определил координаты целей. На карте было обозначено расположение инженерных сооружений, огневых точек на переднем крае и в ближайшей глубине обороны противника.

По поступившим из штаба дивизионов схемам с обозначением расположения артиллерийских батарей офицеры определили количество батарей — более сотни. Показалось, многовато.

Бородулин сложил кальки, на просвет рассмотрел положение целей, определил точки засечек. Ему удалось установить, что центры многих батарей не совмещались. Расхождения в засечках выходили за пределы допустимых норм.

Что это могло быть? Капитан задумался. Он не сомневался в умении разведчиков точно определять положение целей. Возникло предположение: многие батареи были кочующими, вели огонь с временных позиций. Для проверки своего предположения Бородулин собрал журналы учета огневой деятельности вражеской артиллерии, по записям в них сличил время стрельбы каждой батареи и характер их огня. В результате проведенного им анализа он установил: более пятидесяти батарей обозначили свои позиции огнем один раз, вели стрельбу без пристрелки, по площадям; позиции располагали на твердых участках местности. Гитлеровцы непрерывно искали слабые места в нашей обороне, наносили удары то на одном, то на другом направлении, батареи артиллерии усиления непрерывно кочевали, создавая повышенную плотность огня на избранных направлениях.

Командование сочло возможным исключить кочующие батареи. Из 93 засеченных целей обстреливались лишь 42.

Как только разведчики доложили о месте сосредоточения частей, подготовившихся к очередной атаке, из ближайшей балки послышались раскаты залпов гвардейских минометов, грохот артиллерийских и минометных батарей. Район расположения фашистов окутало дымом. Замолчали вражеские батареи. Очередная атака фашистов не состоялась. Расчеты капитана Бородулина полностью оправдались. Артиллеристы сэкономили большое количество боеприпасов, так нужных в те жаркие дни сражения в излучине Дона.

…Наиболее напряженные и ожесточенные бои произошли в первой половине июля. Только за один день было уничтожено свыше трех десятков танков, более восьмисот фашистских солдат и офицеров. Запомнился фронтовикам тот день суровый.

…Как только косые лучи восходившего солнца коснулись земли, мощная артиллерийская канонада потрясла степь. Сотни тонн смертоносного груза обрушились на наши позиции. Более тридцати минут бушевал огненный смерч над передним краем обороны, затем постепенно переместился вглубь. Вслед за ним из-за косогора выползли немецкие танки. С наблюдательного пункта разведчики насчитали их вначале до 20, затем более 60. Образовав форму усеченного конуса, они лавиной приближались к переднему краю.

— К бою! Заградительный! — раздалась команда, переданная командиром дивизиона.

Выждав, когда танки подойдут к пристрелянному рубежу, капитан Петруня скомандовал: «Огонь!» От прямых попаданий снарядов сначала запылал один, затем еще два танка.

Неожиданные потери на дальних подступах обороны наших частей вызвали среди немецких танкистов замешательство. Нарушился порядок действия танков, они начали маневрировать по полю, пытаясь выйти из зоны огня. Темп движения замедлился. Этим воспользовались бойцы части. Они успели изготовиться к отражению атаки. Но значительное численное превосходство в танках позволило фашистам преодолеть заградительный огонь. До 40 танков приблизились к нашей передовой линии.

Мотострелки первыми вступили в борьбу с вражескими бронированными машинами, они бутылками с горючей смесью и связками гранат уничтожили около 10 танков. Большинству же вражеских экипажей удалось приблизиться к огневым позициям артиллеристов.

Оценив обстановку, начальник штаба дивизиона Александр Васильцов вызвал к себе командиров взводов, объяснил им задачу. В заключение он сказал:

— В крайних батареях по одному взводу разверните в стороны соседей. Танки наверняка попытаются обойти нас с флангов.

Как только танки приблизились к намеченному командиром дивизии рубежу, прогремели залпы, затем выстрелы орудий слились в сплошной грохот. Расчеты действовали согласованно, быстро, метко разили захватчиков.

В считанные минуты вторая батарея уничтожила 4 танка. На ее позиции гитлеровцы обрушили огонь из танков и пулеметов. Падали сраженные осколками разрывавшихся поблизости снарядов артиллеристы, на место убитых и тяжелораненых, вставали бойцы из соседних батарей.

На левом фланге артиллеристы под командой сержанта Заболотного уничтожили три танка и не пропустили фашистов к Дону.

Враг, не считаясь с потерями, продолжал атаковать. Одна за другой атаки обрушивались на горстку храбрецов. Прекратили стрельбу три расчета, убитые разорвавшимися рядом немецкими снарядами. На одном