Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

опасностями и видели насилие. И все же она, Сильви, предпочла храброму, умному и достойному мужчине велеречивого щеголя и лжеца. Может, в ней самой скрыт некий порок? Может, ей попросту не суждено познать любовь и семейную жизнь?

На следующий день Гийом отвел девушку в порт и познакомил со шкипером, которому, как он полагал, можно доверять. Тот ходил с Гиоймом в одну церковь, как и его жена с детьми. Сильви решила, что доверять ему, конечно, можно, но не больше, чем любому другому мужчине.

Ей теперь принадлежал немалый груз, который было бы непросто доставлять повозками по сельским дорогам, а потому в Париж придется возвращаться по воде. Судно знакомца Гийома довезет ее по реке до Марселя, там книги перегрузят на морской корабль, идущий в Руан, город на северном побережье Франции. А из Руана она двинется в Париж, тоже по воде.

Ящики с бумагой и книгами погрузили на следующий день, а утром нового дня Гийом проводил Сильви на борт. Ей было по-прежнему неловко принимать от него столько помощи, не имея возможности отблагодарить его так, как ему хотелось. Она твердила себе, что Гийом вызвался добровольцем, никто его не заставлял и не соблазнял, но все равно ощущала себя виноватой.

— Напишите мне, когда продадите все книги, — сказал он. — Просто укажите, что вам нужно, и я сам доставлю в Париж следующую партию.

Гийом в Париже был Сильви ни к чему. Он наверняка примется настойчиво ухаживать за нею, и избавиться от назойливого кавалера будет не так-то легко. Словно наяву, перед мысленным взором возникла эта малоприятная картина, но все же не следовало отклонять столь щедрое предложение. Ведь так она получит новые книги без необходимости вновь отправляться в долгое и опасное путешествие.

Так что, согласиться или нет? Сильви прекрасно понимала, что именно движет Гийомом. Если бы речь шла о ней одной, стоило бы отказаться. Но у них двоих общий святой долг.

— Отличная мысль! — ответила девушка. — Я непременно напишу.

— Буду ждать вашего письма, — пообещал Гийом. — И молиться, чтобы оно пришло поскорее.

— Прощайте, Гийом, — только и сказала Сильви.

5

Элисон боялась, что король Франциск умрет. Тогда Мария станет вдовой и бывшей королевой, а она сама, Элисон, сделается всего-навсего подружкой бывшей королевы. Это несправедливо, черт подери!

Из-за болезни Франциска все пребывали в подавленном настроении. Смерть государя всегда и везде становилась причиной внутренних неурядиц. Случись Франциску умереть, братья де Гиз снова начнут спорить за первенство с Бурбонами и Монморанси, истинной религии снова выпадет сражаться с ересью, а могущество и богатство снова достанутся тем, кто в итоге окажется проворнее и будет биться упорнее и свирепее.

Когда Франциску стало хуже, Элисон призвала к себе королева Екатерина.

— Передай весточку своему приятелю Пьеру, — сказала королева-мать, облаченная в великолепное черное шелковое платье, усыпанное драгоценными каменьями.

Обладавшая женским чутьем, как это принято называть, Екатерина, судя по всему, догадалась о том, что Элисон неравнодушна к Пьеру Оману. Кроме того, королеве-матери исправно докладывали все сплетни, ходившие при дворе, так что она, должно быть, знала, что Пьер женат.

Саму Элисон это известие потрясло до глубины души. Она — вот глупышка — позволила себе увлечься Пьером. Он был умен и очарователен, пригож и всегда хорошо одет. Ей даже как-то пригрезилось, что они поженились и стали этакой парой тайных советников при короне, преданных не только королю с королевой, но и друг другу. Как ни жаль, об этой грезе лучше забыть.

— Разумеется, ваше величество, — ответила Элисон.

— Скажи ему, что я хочу видеть кардинала Шарля и герцога Франсуа в своей приемной через час.

— А если он спросит, для чего?

Королева-мать улыбнулась.

— Если спросит, отвечай, что не знаешь.

Элисон вышла из покоев Екатерины и отправилась бродить по коридорам дворца Гроло. Попадавшиеся навстречу мужчины кланялись, дамы приседали в реверансах. Элисон льстило это внимание, особенно теперь, когда все могло вот-вот закончиться.

Продолжая бродить, она размышляла о том, что задумала Екатерина. Королева-мать славилась своим хитроумием и жестокостью. Когда умер Генрих, Екатерина проявила слабость — и только поэтому объединилась с братьями де Гиз; несомненно, ныне она осознала свою ошибку, поскольку Франсуа и Шарль быстро оттеснили Екатерину и подчинили себе короля через свою племянницу Марию. Элисон была уверена, что одурачить себя во второй раз Екатерина не даст.

Братья де Гиз имели во дворце собственные покои, располагавшиеся рядом с королевскими. Братья отлично понимали всю важность нахождения поблизости от короля. Пьер же вечно отирался подле кардинала Шарля, хотя спал не во дворце, а таверне «У святой Жанны», рядом с собором; Элисон знала, что каждое утро он появляется во дворце еще до того, как братья встанут, и не уходит, пока те не отправляются спать ввечеру. Только так он мог оставаться при деле.

Она нашла Пьера в приемной кардинала Шарля, где юноша коротал время с другими помощниками и слугами де Гизов. Сегодня Пьер нарядился в синюю куртку без рукавов поверх белой рубахи с пышным воротом. Знает, подлец, что синий ему к лицу!

Кардинал еще не выходил из спальни, хотя встал уже давно — лентяйством его преосвященство не попрекали даже враги.

— Я его извещу, — сказал Пьер, завидев Элисон. — Чего желает Екатерина?

— Сама не пойму, — призналась девушка. — Этим утром короля осматривал Амбруаз Парэ. — Так звали королевского врача. — Пока лишь Екатерине ведомо, что он сказал.

— Быть может, король пошел на поправку.

— Или нет. — Подумать только, счастье Элисон — и счастье ее подруги, Марии Стюарт, целиком зависело от хлипкого здоровья Франциска! Все бы